Напарник оборотня - Анастасия Деева
Марта ушла из-под второго удара остервеневшей вампирши и бросилась бежать сторону тамбура, ведущего на улицу. Айрэн в одном прыжке перекрыла ей выход. Золотаева затормозила, огляделась и поняла, что рядом — лестница. Ей пришлось перескочить через тело Тимура, чтобы подняться наверх. На бегу она стаскивала с себя платье.
Только бы успеть!
Вампирша не спешила. Она заранее подготовила «выпитое» из чародея-жертвы заклинание Молнии, её ладонь наливалась пурпурным огнём. Айрэн готовилась поразить разрядом спину убегающей.
В этот самый момент Тимур открыл глаза. У него было сломано предплечье, грудь ломило от боли, а лоб и щеки изрезало осколочными. В ушах закладывало после взрыва, но надо было вставать, чтобы прикрыть напарницу.
Заметив, что у Айрэн искрит ладонь, лейтенант здоровой рукой поднял пистолет и нажал на курок.
Пули одна за другой входили в кровавый «щит» вампирши, уничтожая остатки защит. Несколько пуль вошло и в её тело.
Лицо Айрэн исказилось клыкастым оскалом. Тварь развернулась к нему, перенаправляя мощный разряд в сторону недобитого киборга. В последний момент лейтенант прикрыл грудь и голову протезами, чтобы защитить сердце и мозг. У его техномагических рук была прекрасная изоляция.
Все же ударившее в него заклинание, которое он принял в себя, оказался лишком сильным. Протез, принявший на себя основной удар, разлетелся на куски.
Тимура ударило током. Боль и адреналин удержали лейтенанта в сознании, но драться он уже не мог. Айрэн, видя, что противник не опасен, взглянула наверх. Она понимала: назойливая эмэсбешница где-то скрылась, но уйти со второго этажа некуда. Разве что в окно выпрыгнуть или воспользоваться артефактнным телепортом и сбежать обратно в Реальность. Этого нельзя было допускать, так как мерзкая девчонка могла привести с собой подмогу.
Вампирша бросилась к лестнице. Надо было прикончить противницу и срочно напиться ее крови. Антимагические пули начинали действовать, и Айрэн понимала, что слабеет.
Тимур, превозмогая боль в израненном, резко ослабевшем теле, попытался подняться на четвереньки. Так как он лежал поперёк лестницы, нежить, перескакивая через него, споткнулась и упала. Она быстро сгруппировалась, поднялась и хотела рвануть наверх, но решила не оставлять врага за спиной. Развернувшись прямо на ступеньках, она замахнулась, чтобы пнуть лейтенанта в лицо.
Нариев, откинувшись назад, подставил под удар целый протез. Это причинило невыносимую боль в плече, но голову он спас, а вампирша, с размаху въехав ногой по протезу, заорала от злости и боли.
Обезумевшая, разъяренная тварь набросилась на лейтенанта, рывком приподняла за грудки, нанося удар за ударом с целью сломать ненавистному эмэсбэшнику ребра.
Тимур попытался сбить вампиршу с ног, но раненное тело двигалось непривычно медленно. Его бёдра и голени были изрешечены осколками, культя с разлетевшимся протезом была бесполезна, а вторая, переломленная рука уже почти не слушалась. Между тем нежить, напавшая на него, билась с холодной остервенелой злостью.
…Марта, скинув с себя всё до последнего нитки, снова выбежала в коридор. Собака внутри неё рычала и лаяла, требуя дать ей волю. Марта не сопротивлялась, спуская зверя с поводка.
Из её кожи полезла шерсть, лицо мялось и вытягивалось вперёд, а ладони превращались в лапы. Мучительное превращение пронзило всё естество оборотня миллиардом раскалённых иголок. Подстёгиваемая адреналином и страхом за близкого человека, Золотаева превращалась в немецкую овчарку быстрее обычного.
Подбежав к лестнице, собака увидела, что окровавленный, израненный Тимур уже лежит на полу, а клыки нежити тянутся к его шее.
Повинуясь инстинкту защиты хозяина, овчарка прыгнула вниз. Невзирая на жуткую, изматывающую боль, оборотень завершала превращение прямо в полёте. Собака, завершив трансформацию, упала на спину вампирши, клацнула зубами, захватывая малиновые косы. Оборотень мотнула головой, словно бы пытаясь оторвать волосы от черепа Айрэн.
Голова вампирши дёрнулась назад, и острые клыки прошли в сантиметре от сонной артерии лейтенанта.
Не ожидавшая нападения со спины, Айрэн попыталась развернуться, чтобы достать невесть откуда взявшуюся овчарку стремительно заострившимися длинными когтями.
Собаке пришлось выпустить её волосы, чтобы не подставлять бок под удар.
В этот момент вампирша нанесла по овчарке второе, подготовленное заранее заклинание.
Марту подхватило ветром и вынесло в окно, отбросив далеко от дома. Она шмякнулась метрах в двадцати от стены, но стремительно вскочила и, не раздумывая понеслась обратно.
Айрэн уже вскочила, и её рука снова искрились для повторной магической атаки. Овчарка атаковала первой, вонзаясь в руку, на которой еще не успел сформироваться огненный хлыст. Вложив в силу клыков всю мощь своих предков, оборотень перекусила запястье, ломая вампирше кость.
Айрэн, испытав сильнейшую боль, страшно заорала.
Пасть Марты сверкнула, отражая от себя магию крови вампирши. Так она сделала капли безопасными и безвредными для себя.
Нежить занесла вторую руку для удара, но собака, обученная перехватам во время курса защитно-караульной службы, повисла и на второй руке, роняя Айрэн на землю и прижимая её лапами.
Вампирша поняла, что у неё почти нет сил на сопротивление. Антимагические пули, вошедшие в её корпус, высасывали из неё волшебную энергию, делая тело вялым и непослушным. Нежить при всём желании уже не могла так же яростно сопротивляться, как раньше.
В этот миг где-то наверху послышались голоса, топот ног.
— Всем лежать! — раздался громкий приказ. — Лицом в пол!
Айрэн, приподняв голову, увидела, что в неё целятся ребята в форме, бронежилетах, касках и с балаклавами на лицах.
Их было много, и сопротивляться больше не было смысла. С яростным стоном, больше похожим на рёв, вампирша замерла.
Марта, всё еще скалясь и рыча, отступила. Шерсть её по-прежнему стояла дыбом, но расслышав знакомые голоса, собака начала успокаиваться
Пока несколько человек из группы задержания надевали на вампиршу антимагические наручники, несколько человек склонились над Тимуром.
— Эй, лейтенант, ты как? — капитан Потапов снял маску с лица.
Тимур попытался что-то прошептать пересохшими губами, но из горла вырывался только хрип. Ему отчаянно не хватало воздуха, и тело уже почему-то даже не болело, а цепенело, оказывалось слушаться. Было только холодно, очень холодно.
— Ирка, аптечку!
Присевшая рядом старлей Ермолаева, не снимая маскировки с лица, полезла пальцами в висевшую на поясе сумочку.
Марта бегала рядом с ними, скулила, преданно заглядывая в глаза каждому.
Собака чувствовала, что с её обожаемым Тимуром всё плохо. Она не знала, что делать и как вмешаться. Овчарка попыталась лизнуть его в нос, но её отогнали, чтобы она не
