Алые небеса. Книга 1 - Чжон Ынгволь

– Мне очень жаль, но больше он действительно совсем ничего не говорил.

– Но я написал это совершенно искренне! И это все, что он мне ответил?..

Ли Ён разочарованно склонил голову, все еще держа ладонь в прежнем положении.

– Итак, дальше… Его величество просил передать, что глубоко тронут вашим искренним сотрудничеством в этом деле. Еще большее впечатление на него произвели слухи о том, что ваше высочество был убит горем из-за того, что не смог поймать преступника.

Причина, по которой он был убит горем, заключалась не только в поимке преступника, но эту тайну слуга решил унести с собой в могилу. Не ради хозяина – исключительно ради самого себя.

– Раз уж его это настолько тронуло, то так оно и…

– И поскольку ваше высочество сумел помешать тем, кто это замышлял, то они обязательно предпримут дальнейшие действия. Поэтому он попросил вас спокойно подождать их следующего шага.

Ли Ён опустил руку. На его лице отразилось недовольство. Сердце слуги сжалось. Это потому, что евнух не успел вовремя отдать ему сверток?..

– Это воля отца – гадать, каким будет следующий шаг, но он не может приказать и мне просто ждать. Он собирается использовать меня в этом деле и дальше?..

– Ах да! По такому случаю его величество передал вам подарок.

Его движения были подобны молнии. В одно мгновение сверток оказался в руках Ли Ёна.

– То, что я открываю подарок, не означает, что я согласен еще раз взяться за это дело. Это лишь плата за прошлую услугу. Понял? Хороший ван должен платить по счетам.

Рука принца, разворачивавшая обертку, вдруг остановилась. Из-под ткани появился уголок, и принадлежал он явно не картине. Тем не менее принц оказался более настойчивым в своих надеждах, чем прислуга:

– Ах! Так это целый альбом? Ну что вы, одного рисунка было бы достаточно. Ха-ха-ха! Но даже если это так, я не отказываюсь от своих слов! Это цена за то, что я нашел вашего астронома.

Как только подарок был окончательно открыт, Ли Ён застыл. Это была не картина, а иероглифы, сложенные в поучительный текст. Слуга заметил, что замерший принц побледнел так, будто из него вытекли все краски. Через некоторое время он обессиленно поднял руку и встряхнул книгу, но из нее так и не выпало ни одной картины.

– Неужели это «Весны и осени»[28]?

– Да, в этот раз на придворных чтениях обсуждают эту книгу.

– Эти чтения только отцу и нравятся, я-то тут при чем? У нас дома их все равно полно!

– Его величество сказал, что лучшая награда, которую он может вам дать, – это подарить вам ощущение единения через книгу, несмотря на то что вас разделяют стены дворца.

– Л-лучшая награда? Эта ерун… то есть эта книга? В мире так много подарков, которые могли бы лучше выразить его чувства! Например, сансухва или хваджо… Или картины с красавицами. Кстати, о красавицах…

К лицу Ли Ёна вернулся цвет. Он вспомнил о плане поехать в художественную академию при дворе и встретиться там с Чхве Гёном. Принц просто попросит о картине там. Если ему удастся получить картины Чхве Гёна и Ан Гёна, он сможет унять гнев и обиду…

– Последнее, что вам передал его величество ван: сейчас в академии не хватает рабочих, поэтому все художники трудятся не покладая рук. И чем больше в вас королевской крови, тем осторожнее вы должны быть в плане злоупотребления их трудовыми ресурсами.

Принц снова побледнел; казалось, даже сам его облик стал рушиться. Собравши последние силы, он поднял книгу в воздух и еще раз встряхнул ее. Несмотря на все его старания, с ее страниц слетела одна пыль.

Так Ли Ён остался в дураках. Слуга, посмотрев на него, вспомнил урок: когда оказываешь кому-то услугу, оплату обязательно бери вперед.

Мансу без лишних колебаний открыл дверь.

– Как и ожидалось, здесь никого нет. Но в доме полный порядок…

– На полу нет чего-нибудь вроде одеяла?

– Нет. Тут хорошо прибрано.

Неужели это не тот дом? В конце концов, он пришел к этому месту, опираясь на свои ощущения, и больше искать ему было негде. Ха Рам открыл глаза и посмотрел по сторонам. Он не видел ничего, кроме красного цвета, поэтому беспомощно топтался на месте. Мансу, отбросив манеры, вошел в комнату вместо чиновника.

– Тут есть одеяло! Оно тонкое, аккуратно сложено… Фу! Ну и вонь…

Раз уж оно сложено, то либо хозяин успел побывать дома, либо вонючие одеяла – это настолько обыденная вещь, что невозможно сугубо по их наличию отличить один дом от другого. Одно из двух.

Мансу крикнул, выходя из дома:

– О, тут во дворе что-то есть!

– Что там?..

Он внимательно осмотрел двор, склонил голову и сказал:

– Хм… копыта. Во дворе… А двор ли это вообще?.. Как бы то ни было, здесь следы лошадиных копыт. Кажется, она сильно лягалась. Все вокруг раскурочено…

– Конь? В такой-то деревне?

– Вот-вот! Если так посмотреть, к дому ведут только эти следы. Может, это и были похитители?

– Их мог оставить и Анпхён-тэгун.

– Ах, точно! Его странное высочество отправился сюда верхом на лошади в тот день. Но ведь все это было до того, как пошел снег…

– С его характером не исключено, что он побывал тут и после снегопада. Но его высочество никак не мог узнать дом, который даже я не узнаю… Мансу, тихо!

По команде чиновника мальчик затаил дыхание и перестал двигаться. Их окружили несколько человек. Напуганный, Мансу встал рядом с Рамом, который сразу закрыл глаза.

– Кто вы? – спросили незнакомцы.

– Мы пришли к хозяину этого дома по одному делу. А вы кто?

– Мы, как вы можете видеть… или не можете? Ох, как же его угораздило?.. – раздался цокот. – Мы живем в этой деревне.

Мансу, прижавшийся к юноше сбоку, тут же расслабился и отошел в сторону. Эти люди встретили их легкими улыбками; хотя их одежда была перепачканной, они явно были деревенскими жителями. Незнакомцы продолжали перешептываться между собой и изучали Рама любопытными глазами.

– Я был тут недавно, но в деревне никого не было. Куда все подевались?

– Это место давно опустело. Когда в округе запретили заготавливать лес, мы переселились чуть дальше, в горы. Колем дрова там и побираемся чем придется, как бродяги.

– А теперь вы возвращаетесь жить сюда?

– Нет. Мы здесь только сегодня, нужно было продать кое-что на рынке. Только дела шли совсем плохо, поэтому мы прикрыли лавку и сейчас возвращаемся домой.

– Простите, а среди вас есть владелец этого дома?

– Хозяева? Нет. Их не будет здесь всю зиму. А зачем они вам?

– Мне нужно было кое-что