Алые небеса. Книга 1 - Чжон Ынгволь

Она коснулась ворот. Дыхание сперло где-то в горле, а рука дрожала, когда она пыталась постучать.

– Дори! – Чхонги пыталась отдышаться. – Дори!..

Никто не ответил ей, но ворота открылись, словно ее тут ждали. Отворил их незнакомый ей прислужник.

– Вы по какому делу?

– Дори, – пытаясь отдышаться, сказала она, – ищу… Дори…

– Что? Доль?.. У нас такого нет…

Не было времени говорить. Она оттолкнула слугу и вошла внутрь. В отличие от прошлого раза, когда вокруг не было ни души, теперь по двору туда-сюда сновали слуги.

– Девушка, сюда нельзя входить без разрешения!

Однако парня по имени Дори нигде не было видно. Это точно то место. В прошлый раз по ошибке она вошла именно сюда. Все вокруг нее вертелось и гудело. Она изо всех сил пыталась перевести дух и чувствовала, что ее вот-вот стошнит.

– Уходите. Здесь…

– П-погодите. – Тяжелый вздох. – Есть ли тут Дори…

– Ах, Дори? Он вышел ненадолго… Ой! А вот и он!

Как только Дори вошел во двор, он тут же увидел Чхонги.

– Так вы здесь? А я и не знал… Получается, зря ходил до «Пэк Ю».

Ноги девицы Хон подкосились, и она рухнула на пол, а испуганный слуга подбежал к ней. Девушка достала из мешка чужую обувь и выставила пару перед Дори. Она все еще ничего не могла сказать.

Предмет, который доказывал, что именно Чхонги была рядом с Ха Рамом в момент его исчезновения, не нуждался в дополнительных объяснениях. Дори опустился на колени и широко улыбнулся.

– Эти ботинки принадлежат моему хозяину.

Чхонги указала на свои глаза. Привыкший к такому общению с немой матерью, Дори будто услышал слова, которые она никак не могла произнести.

– Вы спрашиваете, красные ли у него глаза? Верно, красные.

– Он… человек?..

– Да! Наш хозяин – самый обычный человек, как и вы, художница Хон! – Он посмеялся. – Красными глаза у него стали после сильной лихорадки, которой он переболел в детстве. Это не значит, что он не человек.

Тогда девица Хон пальцем обвела лицо. На этот раз Дори на мгновение призадумался, но совсем скоро ответил:

– Ах, лицо? Ха-ха! Как у человека может быть такое лицо?

Девушка кивнула.

– Я тоже ума не приложу, – все еще хихикая, сказал он. – Не знаю. Видимо, это семейное.

Тогда Чхонги наконец смогла отдышаться и впервые подала свой настоящий голос:

– Я могу… его нарисовать. Теперь я смогу. Смогу нарисовать…

Хотя он не совсем понимал, о чем именно она говорила, Дори с улыбкой сказал:

– Мой хозяин тоже искал вас. Спасибо, что пришли к нему сами.

– А где он? Хочу увидеть его прямо сейчас…

– Ох… Его нет дома. Он во дворце, но… я не знаю, когда он вернется. Может, через месяц, или три, или дольше?..

– Это немного затруднительно, ведь мне нельзя покидать дворец ближайшие несколько месяцев… Только тогда я смогу заплатить вам за картину.

Получив заказ на рисунок от слепого чиновника Ха, Ан Гён немного растерялся:

– Мне неважно, когда ты отдашь деньги. Но зачем тебе…

– Я в долгу у принца Анпхёна.

– Ах, принц Анпхён. – Он расхохотался. – Тогда мне лучше нарисовать сансухва?

– Думаю, да.

Рам поставил чашку, встал и вытянул ладонь в сторону. Мансу, до сих пор сидевший в углу, подбежал и вложил в его руку трость. Когда он выглянул за дверь, то увидел начальника дворцового караула и двух солдат. Один из них держал связку ключей.

– Вы очень расстроите его высочество.

Ан Гён последовал примеру астронома и тоже встал.

– Просто я очень ему благодарен.

Они покинули Соунгван вместе с Мансу. Начальник караула шел впереди, а двое солдат следовали в конце.

– Вы так выражаете свою благодарность?

– Если бы не он, кого бы еще заинтересовали сансухва такого простого художника, как я? Он оценил меня, и я тоже начал себя ценить. Поэтому я так редко дарю ему свои работы. Чем труднее что-то получить, тем ценнее оно становится. – Он добродушно расхохотался.

– Это жестоко. Я даже сочувствую принцу Анпхёну.

За этим разговором они подошли к зданию, которое находилось прямо за дворцовым Соунгваном. Это был склад. Начальник достал ключ из связки и отворил замок. Из-за того, что дверь уже давно не открывали, она издала громкий скрип. Пыль взмыла в воздух, Рам закрыл нос и рот рукой.

– Фу! Весной надо бы тут прибраться.

Ан Гён вошел внутрь, обеими руками разгоняя перед собой пыль. Мансу и Ха Рам последовали его примеру. Солдаты остались у двери снаружи, настороженно оглядываясь по сторонам.

Художник доставал книги с полки одну за другой и ставил их на покрытый пылью стол. Но эти книги отличались от обычных, маленьких и тонких, книжек. Они были настолько громадными, что даже поднять их в одиночку было трудно. Ан Гён принялся перелистывать страницы и проверять, в каком они состоянии. Внутри них были яркие цветные карты. Отодвинув одну такую книгу, он тут же принимался за другую.

Перебирая очередные листы, художник сказал:

– Многое предстоит отреставрировать. Где-то не хватает аж нескольких глав. Повсюду следы крыс… – Он поцокал. – Не знаю, из-за дождевой ли это воды, но некоторые страницы слиплись и не разъединяются. Если потянуть, они могут порваться. Все размокло так, что и букв различить толком нельзя.

– Так со всеми книгами?

– Да, кроме последнего тома «Географии восьми провинций». Остальные части пострадали. Если оценивать их состояние по пятибалльной шкале, то всем можно было бы ставить твердый кол.

– Требуется слишком много работы. Надо ведь еще и картографические сведения обновить.

– Даже если начинать с самой запущенной книги, так много всего придется отремонтировать…

Ан Гён покачал головой:

– Нам не хватает рабочих рук, а к этому нельзя подойти спустя рукава. Здесь и несколько незаконченных карт есть. По стилю похожи на те, что рисовали в Хансоне, но их уже давно перестали рисова…

Не успел он договорить, как его руки, быстро перелистывавшие страницы, вдруг замерли. Затем художник вернулся к началу книги и начал медленно просматривать лист за листом. Время от времени он приостанавливался и чрезвычайно нежно поглаживал книгу. Ан Гён долго смотрел на одну и ту же карту. В морщинах под глазами появилась влага.

Рам молчал. Он не задавал лишних вопросов и не дергал внезапно переставшего говорить художника. Юноши словно не существовало до тех пор, пока Ан не сумел взять под контроль свои эмоции:

– Ах, о чем я там говорил?..

– О том, что некоторые из карт не завершены.

Рам не касался того, что только что произошло, но Ан Гён чувствовал, будто его мысли вот-вот прочитают. Он понимал, что люди не могут знать, что у