Дворецкий поместья «Черный дуб» - Варвара Корсарова

– Боюсь, этого мы никогда не узнаем.

– Арман, это вы нашли барона? Пожалуйста, расскажите, как все было.

Несколько секунд они смотрели друг на друга: Ирис – настойчиво, Рекстон – неодобрительно.

– Их милости нездоровилось, – начал он сухим тоном, – они провели день в спальне. Вечером к барону наведался доктор Фальк и сказал, что причин для беспокойства нет. Даже лекарств не выписал, лишь велел пить больше теплой жидкости. Барон почувствовал себя лучше, он ушел наверх и занялся работой. Я принес ему ужин, он сказал, что скоро отправится спать. Но спустя два часа, когда я зашел в спальню, хозяин отсутствовал. Я поднялся в кабинет. Он был заперт изнутри. Я постучал, ответа не получил. Я забеспокоился и выбил дверь. На шум явилась госпожа Эрколе. Мы вместе вошли и обнаружили барона. Он лежал на полу. Я перевернул хозяина и нашел шкатулку – барон, видимо, выронил ее. Предполагаю, что он пытался встать после падения и даже сделал несколько шагов, поскольку лежал на некотором расстоянии от стола. В сознание его привести не удалось, и я обнаружил, что пульса уже нет. Госпожа Эрколе упала в обморок. Мне пришлось уложить ее на диван, спуститься, разбудить водителя и послать его за доктором. Я вернулся в кабинет. Госпожа Эрколе еще не пришла в себя. Я открыл окно, чтобы впустить свежий воздух, поднес к ее лицу нюхательные соли. Хозяйка очнулась и заплакала. Вскоре привезли доктора. Он констатировал смерть и попутно обнаружил, что в правой руке барон крепко сжимает куриную косточку.

Ирис поежилась. Ей было здорово не по себе во время рассказа. В носу свербило от слез, непролитых по ее родному незнакомцу.

– Хотите знать что-то еще? – очень холодно осведомился Рекстон.

Уж не думает ли он, что ею движут больное любопытство и жажда мрачных деталей?!

– Окно было закрыто, когда вы вошли?

– Да, госпожа Диль, заперто на щеколду. Дверь была заперта изнутри на ключ. Потайных ходов в доме нет. Барон погиб в результате несчастного случая.

Ирис неприятно удивила проницательность Рекстона – он понял ход ее мыслей.

– Кто находился в доме в тот вечер?

– Госпожа Эрколе, ее горничная Софи и я. Водитель спал в своей каморке при гараже. Прочим слугам дали выходной… Госпожа Диль, даже полицейский не допрашивал меня так, как вы. Что вы хотите выведать?

– Сама не знаю, – пробормотала Ирис.

Рекстон тяжело и пронзительно смотрел на нее.

– Вы считаете, кто-то виновен в смерти их милости?

Ирис неопределенно пожала плечами.

– В таком случае вам лучше не поднимать эту тему, особенно в присутствии госпожи Эрколе. Мы все потрясены случившимся, но нам не нужны новые неприятности. Вам понятно, госпожа Диль?

Ирис не понравился тон его голоса. Сейчас в нем не было ни капли почтительности, какую должен проявлять слуга. Рекстон выговаривал ей, как хозяин – нерадивой горничной.

– Я все поняла, Арман. Спасибо, что ответили на мои вопросы.

– Я могу продолжать работу?

– Валяйте.

Ирис поспешила убраться из кабинета. Она вдруг почувствовала необыкновенную усталость.

Глава 7

Деревенское общество

Ирис легла рано, поэтому утром поднялась ни свет ни заря. За окном висела пелена тумана. В доме стояла тишина, даже из кухни не доносилось ни шороха. Было самое время поразмышлять без помех.

Она оделась и спустилась в сад. Тут тоже царил покой. Пахло мокрой корой, туман окутывал деревья, как занавес. Ирис пошла по тропинке между кустами почти вслепую. Удивительно идти одной в такой ранний час сквозь туманный полог, не слыша привычных городских звуков. Точно в сказочную страну попала. Восхитительное, но и немного пугающее чувство.

Она вздрогнула, когда до нее донеслись шум и чье-то тяжелое дыхание. Ирис насторожилась и замедлила шаг. Вскоре она вышла на залитую солнцем полянку, где туман уже рассеялся. Там, голый по пояс, стоял Рекстон и занимался гимнастикой. Он зажал локтями за спиной трость и делал повороты. Было слышно, как похрустывает его позвоночник. Черные волосы блестели от влаги, грудь мерно поднималась и опускалась.

Ирис замерла и смутилась, но отвернуться и не подумала. Рекстон был отлично сложен, и она, широко открыв глаза, рассматривала его гладкие плечи, вздувшиеся вены на руках и плоский живот с темной полоской волос, убегающих за пояс брюк. Какое, оказывается, поджарое, ладное тело прячется под строгими черными костюмами!

Рекстон вдруг глухо застонал и скривился от боли, бросил трость на траву и повернулся, растирая шею. Ирис увидела, что его гладкую смуглую спину пересекает длинный багровый шрам, тянущийся от лопаток до поясницы. Она ахнула и прижала ладонь к губам. Что с ним случилось? Давняя травма? Его словно вспороло лезвие чудовищных размеров!

Рекстон, услышав ее возглас, оглянулся и сердито спросил:

– Кто здесь?

Он сорвал с ветки висевший там свитер, натянул его и всмотрелся в заросли кустарника. Ирис пришлось выйти.

– Это всего лишь я, – смущенно откликнулась она. – Доброе утро, Арман.

– Доброе утро, госпожа Диль. Гуляете?

Он подошел к ней, вытирая лоб полотенцем, потом повесил его на шею. Глаза дворецкого насмешливо блестели, уголок губ подрагивал в улыбке. Ирис было неловко смотреть ему в лицо, поэтому она коснулась рукой ветки и ойкнула, когда ее обдало водопадом капель.

– Да, вышла прогуляться и подумать.

– Вы ранняя пташка.

– Вовсе нет, в городе я сплю до обеда. Иногда представления заканчиваются поздно… Какой красивый сад!

– У нас отличный садовник. Хотите, покажу вам солнечные часы и беседку? Если не боитесь промочить ноги…

– Спасибо, – пробормотала Ирис.

Она вдруг превратилась в застенчивую школьницу, которая не знает, о чем разговаривать с мальчиком, который ей нравится.

Они зашагали в глубь сада прямо по сырой траве.

– Саду столько же лет, сколько и дому, – рассказывал Рекстон. – В него вкладывали немало средств, он получал больше заботы, чем некоторые люди. За домом – ряды яблонь, они дают неплохой урожай. Густав делает из них вкусное вино, а уж от его яблочных пирогов не отказался бы и сам король.

Ирис молча кивала. Сад и правда был сказочный. Тут росли узловатые дубы, буки и вязы. Среди веток сновали птицы. Ирис не знала их названий, потому что в столице живут лишь голуби и воробьи, а в портовых районах полно чаек-попрошаек. А тут каких только пташек нет – с голубыми перышками на шейках, с белой грудкой, с хохолком…

– За садом начинается буковый лес. Он тоже относится к поместью. В нем живут полудикие пони. Они пасутся вольно, но часть из них отлавливают. Раньше их использовали для работы