Дворецкий поместья «Черный дуб» - Варвара Корсарова

– От «Сагитты» тут только кузов. Барон усовершенствовал автомобиль. Получилось удачно, потому что ему помогал механик Фальк, отец доктора Фалька.

– Автомобиль можно продать?

– Если найдете покупателей. Поскольку модель нестандартная, а машина – старая, это будет непросто. Но можно попробовать. Однако автомобиль вам пригодится, если вы решите наладить в поместье какое-нибудь производство.

– Арман, вы рады, что я не буду продавать «Черный дуб»?

Рекстон мельком глянул на нее, потом сосредоточил внимание на дороге. Машину он вел очень уверенно.

– Я пока не могу сказать, правильное ли вы приняли решение, госпожа Диль. Все зависит от ваших мотивов.

– У меня простые мотивы! – рассердилась Ирис. – Хочу жить в доме моих предков и привести его в порядок. И точка!

– Как вам угодно, госпожа Диль.

– Слушайте, зовите меня Ирис.

– Это не в моих правилах, госпожа Диль.

Ирис обиделась на него и замолчала до самого Альсингена.

Автомобиль въехал на главную улицу и остановился у красивого коттеджа с цветами на окнах.

– Поместье «Сорочье гнездо». Здесь живет госпожа Дамарис Ойген с дочерью. Вдова крупного землевладельца, – рассказал Рекстон, выбираясь из автомобиля. – Подождите меня, я быстро вернусь.

– Я с вами! – Ирис выскочила на улицу. – Дайте сюда письмо, я сама его передам. Хочу познакомиться с предводительницей местного светского общества.

– Госпожа Диль, мне показалось, что ваша тетя не желала бы этого.

– Да, мне тоже так показалось. Но с чего бы? Я всегда, когда селюсь на новом месте, первым делом иду знакомиться с соседями. А как же иначе?

Она решительно открыла калитку и зашагала по выложенной плиткой дорожке. Рекстон последовал за ней.

– Госпожа Диль, на вашем месте я бы послушался госпожу Эрколе.

– Она мне ничего не приказывала. Я всего лишь хочу передать ее письмо.

С того самого момента, как она объявила за завтраком о своем решении, Ирис владело лихорадочное возбуждение. Хотелось действовать, двигаться, чтобы как-то оправдать свой поступок. А знакомство с местным обществом – первый шаг, чтобы в него вписаться.

На дорожку перед Ирис приземлилась сорока, она насмешливо затарахтела.

– Арман, доброе утро! – окликнул дворецкого нежный голосок.

С качелей у вишен встала прелестная юная девушка в розовом платье. Она захлопнула книжку и крикнула:

– Мама, у нас гости! Дворецкий из «Черного дуба»!

– Здравствуйте, барышня Лисси, – приветствовал ее Рекстон.

Девушка застенчиво улыбнулась ему, перевела взгляд на Ирис, вздернула бровь и надменно поздоровалась:

– Здрасьте.

Из глубины сада к гостям поспешила дама, точь-в-точь похожая на сороку. Дама была остроносая и суетливая, одета в черную юбку, жакет и белоснежную блузу с кружевами. Она затарахтела так быстро, что захлебывалась словами.

– Рекстон! Вас послала Грета? Ах, какой сюрприз! А это кто с вами? Новая служанка? У нее для нас гостинец от Густава? То варенье, которое он нам обещал? Милочка, пройдите к черному входу и отдайте экономке.

– Здравствуйте, госпожа Ойген, – улыбнулась Ирис. – Я не служанка. Я Ирис Диль, племянница госпожи Эрколе. Она передала вам письмо.

Госпожа Ойген обменялась недоуменными взглядами с дочерью, затем поднесла к глазам лорнет и без всякого стеснения изучила Ирис с головы до ног.

– Вот как? Та самая родственница Гвидобальдо? Хм!

– Его дочь, – уточнила Ирис, чувствуя неладное.

– Уличная артистка, которая выступает с куклами, – подсказала Лисси с легкой ехидцей.

Вот как! Они уже в курсе! Новости и правда здесь распространяются молниеносно. Не иначе, госпоже Ойген их принесла сорока.

– Приятно познакомиться, дорогуша, – сказала госпожа Ойген кислым тоном.

Она повернулась к Рекстону и завела с ним разговор, как будто Ирис тут и в помине не было. Расспросила его о здоровье госпожи Эрколе, посетовала, что погода нынче дождливая, и поинтересовалась, долго ли пробудет в поместье Даниэль. Ирис торчала с письмом в руке и не знала, что делать. Грубость хозяйки «Сорочьего гнезда» ее обескуражила.

– Давайте сюда, – потребовала Лисси и забрала у Ирис письмо. – Подождите тут, пока мама напишет ответ.

– Если вы не против, мы зайдем позже и заберем ваш ответ, госпожа Лисси, – сказал Рекстон.

– Конечно, дорогой Арман, как вам будет угодно! – расцвела госпожа Ойген.

А Лисси добавила:

– Я бы хотела показать вам, как цветет розовый куст. Помнится, вы сомневались, что он переживет зиму. Арман, зайдите как-нибудь вечером.

Она обольстительно улыбнулась, накручивая золотистый локон на палец. Дворецкий молча поклонился и подал Ирис руку.

Она была благодарна ему за то, что он увел ее от этих невежливых дамочек.

– Я им не понравилась, – сказала Ирис, когда они вышли за калитку.

– Полагаю, госпожа Ойген и барышня Лисси восприняли вас как… человека не их круга. Они еще не составили о вас верное представление.

– А я полагаю, что они чванливые фифы!

– Это сильное заявление, госпожа Диль.

– Я сказала ровно то же, что и вы, только простыми словами… Они приняли меня за служанку. Разве я похожа на служанку?

– Ни капли, госпожа Диль. Для этого вам недостает выучки и обходительности.

– Ох, простите! Я сама говорю, как чванливая фифа. Но я не имела в виду, что быть служанкой хуже, чем быть уличной артисткой. Просто это разные вещи.

– Понимаю, госпожа Диль.

– Куда теперь? – Ирис глянула на следующее письмо. – Идем к Ларе Хунтер, председательнице охотничьего общества?

– Ее дом – на окраине Альсингена. Доедем в автомобиле.

Дом госпожи Хунтер походил на форт, спрятанный за мощным каменным забором. Название поместье носило подходящее – «Лесная крепость». Лес подступал прямо к дому.

– Желаете, чтобы я отнес письмо? – поинтересовался Рекстон без всякой надежды.

– Нет. Сделаю еще одну попытку.

– Госпожа Хунтер – своеобразная дама.

– Не сомневаюсь.

Ирис смело прошла в мощные каменные ворота, над которыми была выгравирована дата постройки. Перед домом расстилался огромный луг, усаженный кустарниками.

Ирис успела сделать лишь несколько шагов, как прогремел выстрел и над ухом что-то просвистело. Рекстон схватил ее за плечо, стремительно пригнул к земле и сам сел на корточки.

– Дьявол! – вырвалось у Ирис.

Она всего два дня в этой местности, а выстрелов уже наслушалась предостаточно! Мило тут встречают гостей!

– Госпожа Хунтер, пожалуйста, не стреляйте! – прокричал Рекстон, сложив руки рупором.

– А, это вы! – прокричали в ответ.

Из рощи вышла высокая дама в болотных сапогах, бриджах и охотничьей куртке. На голове у нее красовалась шляпа с пером, во рту торчала зажженная трубка. У нее были сросшиеся брови, нос с горбинкой и манеры фельдфебеля. Дама на ходу перезаряжала дробовик.

– А я тут со скворцами разбираюсь, – объявила она резким лающим голосом. – Засранцы склевали