Бюро магической статистики - 2 - Галина Дмитриевна Гончарова

- Она настоящая…

- Замечательная!

Мужчины подозрительно переглянулись.

Подумали пару минут. А поскольку знали они друг друга давно, и ссориться не собирались ни по каким поводам, пришли к единому выводу.

- Если ты ей понравишься, я на пути не встану.

- И я у тебя. Если она сама решит – пожалуйста.

Робин пожал плечами.

- Я подозреваю, что она на нас смотрит, как на друзей. Но поухаживать попробую. Так, ненавязчиво.

- И я тоже, если не возражаешь.

- А как вообще ухаживают за девушками, если ей цветы дарить нельзя? И стихи я подзабыл?

- Не знаю. Но думаю, надо у нее самой спросить. А цветы-конфеты… Лисси скорее справочнику обрадуется. Или книгам.

- Вот точно!

Парни переглянулись и рассмеялись.

Действительно, почему не попробовать? А там пусть Элисон сама решает, что ей делать – и как! И кого выбирать – тоже!

***

- Мама!!! Ну почему вы с отцом такие жестокие?!

- Потому что!

- Мама, я его люблю!

- Любит она… иди кур покорми!

- Даже на ярмарку нельзя!

- Вообще будешь дома сидеть, пока не поумнеешь!

Алина Эрмерих проводила воспитательную работу с Лизой. Дочь возмущалась и сопротивлялась! А что? Она уже взрослая! Что эти родители могут понимать?

Они жизнь прожили… в их время вообще все не так было! А она любит Аарена! И все у них будет хорошо! Просто дайте им свободу и позвольте жить своим умом!

Алина, которая подозревала, что ума-то дочери и не досталось, вместо него что-то другое отросло, свободу давать не собиралась. Наоборот, рассказала все мужу.

Альдо тоже проявил поразительную черствость, выдрал Лизу вожжами, хотя и не сильно, и запер в комнате. Потом уж, через несколько дней приставил помогать по хозяйству, но обещал, чуть что – и опять за вожжи. Они не отцветают, это не крапива, ими в любое время года получить больно.

Лиза рыдала, но отец и мать оставались глухи равно к мольбам, угрозам и объяснениям.

- Мам, ну что такого, что ты его семью не знаешь? Всякое же бывает, вон, Жозеф – пьянь горькая, а родители хорошие были!

- Вот! А выдай тебя за такого Жозефа замуж, поди, слезами зальешься. Так-то и не скажешь, что у него бутылка – лучшая подруга.

Алина тоже не могла достучаться до дочери.

Может, она и древняя старуха для нее, но… какие-то вещи остаются неизменными во все века.

Если знаешь семью, можно предсказать и характер, и поступки самого человека. Оно понятно, в семье не без урода, но ведь есть и такие семьи, где все – уроды. Всякое случается, так дочку отдашь, а потом она за себя наплачется, а ты за нее втрое.

И если у человека хорошие намерения, он втихорца голову девке дурить не станет. Честь по чести к родителям придет, поговорит… а даже если на первый раз его поленом и погонят, так оно тоже проверка. Не придет второй раз?

Не нужна ты ему, если он при первых же трудностях сдулся.

Не хочет к родителям идти, втихаря голову крутит? Не для добра ты ему нужна, это уж точно. Побалуется и выкинет, а то и еще чего похуже придумает. Но объяснить это дочери Алина не могла.

Влюбленные идиотки – глохнут, слепнут и тупеют разом, тут остается только работой загрузить до просветления, и стеречь, чтобы не сбежала. Так что – иди кур кормить, они сами себе зерна не найдут!

Лиза так и сделала.

А когда зашла за угол дома, наткнулась на Марию.

Младшая сестра подмигнула ей, и протянула клочок бумаги.

Да, иногда грамотность – зло. Знал бы Альдо, отродясь бы девкам в школу ходить не разрешил, а так одна написать и прочитать может, вторая, по глупости романтической, принести и отнести… переписка Лизы с Аареном не прерывалась ни на день.

Мария ходила в школу, а по дороге из школы оставляла клочки бумаги в условленном месте и там же забирала ответы. Еще и читала… такие страстные!

Ах, вот бы ей кто-то написал что-то такое же!

Цветок моей души!

Сахар моего сердца!

Царица моих глаз…

А в школе одни тупоумные мальчишки, которые то за волосы дергают, то лягушек подбрасывают. Тьфу, дураки!

***

Миранда застонала.

Голова болела.

Она лежала в полумраке, и кажется… связанная?

Определенно, да!

Связанная по рукам и ногам.

Миранда захотела закричать, но рот у нее тоже был завязан чем-то вроде тряпки, так что получилось только мычание. Но ее все равно услышали.

Дверь распахнулась, на пороге стоял мужчина. Миранда заскулила сквозь тряпку.

Кто это?

Она никогда его не видела.

И что с ней будет… маааааамааааа!!!

Мужчина шагнул вперед. Мощный, не толстый, а именно что мощный, он легко схватил Миранду за шкирку и вздернул вверх.

- Поговорим, детка?

- Ммммыыыыы…

- Будешь кричать – ротик заткну. Только не тряпкой, а кое-чем другим, поняла?

Миранда не поняла, но орать она точно не станет. Угроза звучала очень внушительно.

- Кивни, если поняла.

Миранда послушно кивнула.

- Вот и отлично.

Тряпку развязали. Миранде дали кружку с водой, поднесли к губам, и она принялась пить. Ничего не пила она вкуснее этой воды! Мужчина наблюдал за ней с плотоядной ухмылкой.

- А теперь поговорим. Документы я твои видел. Здесь ты у кого живешь?

- К тетке приехала.

Миранда отвечала на вопросы, упомянула, что ее кузен – рент Слифт – служит в полиции, рассказала о тете, потом об Алане…

Мужчина слушал, кивал то ли ей, то ли своим мыслям, а потом ухмыльнулся.

- Вот и отлично.

Достал из кармана пузырек и протянул ей.

- Пей.

Миранда шарахнулась в сторону.

- Нет!

- Это сонные капли. Можешь понюхать, если знаешь запах. Безвредно, с магической составляющей.

Запах Миранда знала. Принюхалась – да. Мята, шалфей, анис, что-то сложноопределимое… мама тоже иногда