Шесть оттенков одержимости - Амалия Мо

Спустя четыре минуты и восемь секунд из-за угла показался пожилой мужчина. Он улыбался, но взгляд старался определить цель моего визита раньше, чем я заговорил.

— Не скажу, что твой визит — неожиданность, но в данный момент я занят, — Авраам сложил руки за спиной и склонил голову, давая мне возможность переварить услышанное.

— Где я могу подождать?

— Через дорогу есть замечательный ресторанчик. Я закончу через минут двадцать и с радостью поболтаю со старым знакомым.

Не споря, я поплёлся к месту и занял свободный столик у окна.

К счастью, Авраам оказался человеком, который ценил время также, как и я. Он появился на пороге спустя девятнадцать минут. Отряхнув тающий снег с пальто, он не торопясь снял его и повесил на спинку стула.

Верховный сел напротив, заказал себе кофе, коротко кивнув официанту, и только после этого перевёл взгляд на меня. Эта неторопливость раздражала, но я понимал, что она намеренная.

— Мне нужна информация, — устав ждать, я перешёл к делу. — В твоём храме давно появлялись новые первокровные?

— Ищешь кого-то конкретного?

— Женщину.

— Ох, все беды от женщин, — улыбка тронула его губы, но взгляд продолжал цепляться за меня. — И какую женщину ты ищешь?

— Авраам, прошу, хватит, — надавив на виски, я пытался унять головную боль. — Я задал простой вопрос.

— Да, в моём храме были новые первокровные. Среди них есть женщины.

— Есть кто-то с маленьким ребёнком? Голубоглазая брюнетка…

Улыбка служителя стала шире ровно в тот момент, когда перед ним поставили чашку.

— Я знаю о ком ты говоришь, Риэль, — лениво помешивая содержимое, ответил Авраам. — И полагаю, что она оказалась здесь не просто так. Насколько разумно мне передавать о ней какую-то информацию?

— Абсолютно не разумно, но она нужна мне…

— А ты нужен ей? — от прямого вопроса и такого же взгляда, я замер.

— Уверен, что нет…

— Вот видишь, как бывает просто разобраться с проблемой, когда задаешь правильные вопросы. Лидия оказалась здесь из-за страха. И я был бы плохим служителем, если бы не заботился о тех, кто приходит в мой храм.

— Я не собираюсь тащить её обратно силой, — пытаясь оправдаться, сказал я. — Мне нужно только убедиться, что с ней всё в порядке.

— Это ты так думаешь сейчас, — Авраам сделал глоток кофе. — А когда увидишь её?

Ответа у меня не было.

— Ты всегда был честным парнем, — продолжил он. — Поэтому скажу прямо. Она пришла сюда не за помощью храма. Она пришла спрятаться. А храм — последнее место, которое я позволю превратить в охотничьи угодья, даже для Верховного.

Какое-то время мы молчали. Я слушал гул зала, стук посуды, чужие разговоры и вдруг отчётливо понял, насколько нелепо выгляжу со стороны. Верховный из Ноктилии, который пересёк полконтинента, чтобы выспрашивать у старика адрес женщины, сбежавшей от него.

— Если она боится меня… значит, я уже всё испортил, — произнёс я скорее для себя.

Авраам внимательно посмотрел.

— И хочешь исправить? Зачем?

— Если скажу, что ради неё — совру. Если ради себя — прозвучит ещё хуже… Она предпочла сделать вид, что мертва из-за меня…

Слова давались тяжело, будто я вытаскивал их из себя щипцами.

— Я не хочу возвращать, — добавил я после паузы. — Не хочу снова ломать ей жизнь. Мне просто нужно увидеть своими глазами, что с ней всё в порядке. Что это не очередная злая шутка. И тогда… тогда, возможно, я смогу оставить её в покое.

Авраам чуть наклонил голову, разглядывая меня так, словно пытался отделить правду от самообмана.

— Я отвезу тебя к ней, но буду рядом, чтобы ты не натворил глупостей. Как бы странно это ни звучало, но Лидии тоже пора тебя отпустить. Она больше похожа на тень, чем на женщину…

Услышанное тяжело легло на плечи. Я довёл её… Сломал, как всегда и мечтал. И осознав это почему-то не испытал радости.

Перед глазами всплывали обрывки — её злость, упрямство, то, как она смотрела на меня исподлобья, будто каждый раз готовилась к войне. И я каждый раз эту войну принимал. Ни разу не задумавшись, что, возможно, ей нужна была не схватка.

— Если она стала тенью, значит, я выжег в ней всё остальное.

— Рад, что ты это понимаешь, — махнув официанту, Авраам рассчитался. — Поехали, я предпочитаю ложиться спать рано.

Мы вышли из ресторана вместе. Снег усилился, улицу уже припорошило белым, и город стал тише, будто кто-то убавил громкость. Я шёл рядом, сунув руки в карманы пальто, и впервые за долгое время не строил план.

Раньше я бы готовился к встрече как к операции: аргументы, давление, пути отхода. Сейчас в голове была пустота. Потому что любые слова звучали жалко. Что можно сказать женщине, которая была вынуждена умереть, лишь бы избавиться от тебя?

— Сразу предупрежу, — произнёс Авраам, забираясь в свою машину, — если ты повысишь голос или попробуешь надавить на неё, я просто разверну тебя и отправлю обратно в Ноктилию. Мне плевать на твой статус.

Я кивнул, прекрасно понимая, что Верховный подставлял себя в этой авантюре.

— Если бы не тот факт, что ты, будучи помолвленным, притащился в такую даль, я бы послал тебя к чертям, — заметил Авраам, ведя машину по улицам, на которых из-за снегопада образовались пробки. — Новая женщина не помогла тебе спастись от прошлой? Можно ли это списать на истинные чувства?

Дворники лениво скребли по стеклу, разгоняя мокрый снег, но через секунду всё снова затягивало белой пеленой. Вопрос Авраама прозвучал буднично, почти насмешливо, но попал точно в цель.

— Перед её смертью я собирался… Не знаю… поговорить по душам. Обсудить прошлое. Извиниться… Я ненавидел Лидию и много лет превращал её жизнь в кошмар. На союз с ней я решился тоже не из-за светлых побуждений. А потом понял, что всё это время заблуждался. Мне привычнее было врать себе, чем выслушать её хоть раз.

— Не мудрено, что девчонка решила подстроить свою смерть.

— Я бы хотел сказать, что еду извиниться или отпустить. Но если честно… я просто не могу жить, не убедившись, что это не очередной обман.

Авраам ничего не