Бюро магической статистики - 2 - Галина Дмитриевна Гончарова
Так папа говорит.
А еще он говорит, что Эмме надо выгодно выйти замуж, а то у них не все в порядке с деньгами. Ну, это папа всегда так говорит! Но папа – он такой…
Скучный и приземленный. И как только мама за него замуж вышла?
Мама у Эммы поэтесса, у нее даже сборник стихов вышел. Правда, папа ругался, и говорил, что второй раз за это платить не будет! Ничего он не понимает!
А настоящее искусство никогда не понимают!
Это участь всех творцов и создателей воистину великого – быть при жизни оплеванными и освистанными грубой толпой! Как матушка Эммы. Как сама Эмма. Она тоже писала стихи, но пока для сборника их было слишком мало. Да и папа как-то подозрительно начинал кривиться, когда она принималась их зачитывать.
Ничего…
Эмма сейчас об этом думать не будет. Где тут дверь?
Не понять… коридор, узкий, полутемный… Эмма решила открывать все двери. Так она и до гостиной доберется, или посветлее будет…
Первая же дверь встретила ее кухонными запахами, и Эмма скривилась. Туда ей точно не надо.
А вот вторая…
Эмма толкнула ее, и глазам девушки предстало…
Она даже сначала не сообразила, что она видит. Крысы поняли это намного раньше.
Если кто-то слышал, как умеют орать эти, в сущности, небольшие зверьки, особенно, когда хотят… а они хотели! Сидишь тут, в небольшой клетке, ни тебе развлечения, ни радости, раз в день зайдут покушать принесут, а крысы – общественные и стайные, им скучно бывает.
И сейчас…
Крысы дружно запищали – заверещали.
Эмма открыла глаза.
Рот.
Если бы рядом был кто-то, она бы и в обморок упала, не постеснялась, но… стоило только девушке понять, что в обморок она упадет РЯДОМ с крысами, а то и НА крыс, как сознание и вернулось, и намертво вцепилось в свою хозяйку. Какой уж тут обморок!
КРЫСЫ!!!
Из горла девушки вырвался такой дикий визг, что смутилась даже крысиная стая. Дрогнул Хью, который как раз спускался вниз по лестнице на первый этаж, с тем, чтобы выставить нахалку.
Бросился к окну Матео – интересно же!
И как раз увидел, как облако голубого шелка, за которым кометой несутся локоны, визг и романтическое настроение (не оставаться же ему, настроению этому, рядом с крысами) вылетает в сторону рамбиля.
Увы, сельская местность вообще плохо располагает к романтике.
Эмма неслась так, что по дороге споткнулась о курицу. И вот уж чего не хотели Боги… или хотели? Целилась бы Эмма нарочно – не смогла бы так точно оседлать свинью, как сейчас. Плотненько, увесисто, только задом наперед… нет в жизни идеала.
Свинья, ощутив на себе вполне весомую, хотя и очень романтичную особу, завизжала еще сильнее крыс. И рванулась вперед. А поскольку Эмма в нее вцепиться не догадалась, да и не во что было, не в хвост же, то и удержалась на свинке весьма недолго.
Так, пару метров проехала.
Потом свинья вырвалась из рук страшного врага, и умчалась к фермеру, твердо решив не появляться в этом страшном месте хотя бы неделю. А Эмма оказалась в одной из нарытых ей канав. Хорошая такая канавка была, грязистая. До того, как в нее попали особа и романтика, потом грязи там не осталось, она органично воссоединилась с Эммой, оттеняя ее богатый внутренний мир.
Впрочем, Эмма осталась в канаве ненадолго секунд на десять, а потом вскочила и помчалась к рамбилю, забыв обо всей романтике мира.
Сразу уехать не удалось. Увы.
Шофер, забыв про субординацию и совесть, подыхал со смеху за рулем, так что нежная и трепетная Эммочка стукнула его по голове сумочкой. А та проявила свой поражающий эффект.
Сумочка-то тяжеленькая, там всякое… вот самое нужное, но по весу – килограмма три, даже у такой нежной и трепетной феи. А как ей без краски, кисточек, пуховки, пудры, салфеток…
Шофер хрюкнул, закатил глаза и сполз на руль уже без сознания.
Элисон выла у окна. На смех уже сил не оставалось, это был какой-то истерический припадок.
Нехорошо?
Но… а у кого бы хватило сил? Вот, у парней тоже не хватило, соседнее окно было оккупировано двумя мужчинами, которые висели чуть ли не в обнимку, поддерживая друг друга. Хорошо еще, не выпали сверху. Этого бы несчастная курица, которая сидела посреди двора, и кажется, едва удерживалась, чтобы крылом у виска не покрутить, точно не пережила.
Рент Хью вышел из двери, огляделся вокруг в полном шоке, и предложил единственное что оставалось.
- Добро пожаловать, рента Залхерст!
Курица, которая отлетела в сторону от пинка Эммы, возмущенно закудахтала, и бросилась наутек. А что?
Свинья умная, свинья сразу сбежала. Вот, и ей бежать надо! А то кто ее знает, чем это закончится? Приглашают тут всякое в дом, а оно потом летит, визжит, честных куриц пинает…
Повторного опыта птичке точно не хотелось.
***
В дом Эмма решительно не пошла. Так что Хью пришлось принести тазик с водой вниз. И нашатырный спирт тоже.
Робин спускаться отказался, а вот Матео не удержался. Вышел на крыльцо.
- Рента, добрый день!
Эмма смотрела злыми глазами. Глазом.
Второй заплывал синяком, падение с крыльца даром не прошло, как и катание на свинье. Незабудки пострадали больше всего, шляпку вообще втоптали в грязь, локоны выглядели, как пакля, шелка порвались и испачкались… да-да, и куры, и свиньи – домашние животные. И в туалет они ходят возле дома. Так что от бывшей красотки еще и припахивало, но Матео решил об этом умолчать.
- Вы кто? – не стала церемониться рента Залхерст. Все равно миссия по обольщению и покорению провалена, ни один мужчина на нее в таком виде не позарится. Да и смех из окна она помнила… не простит! Никогда!!!
- Рент Эдер, к вашим услугам.
- Не рент Лейтнер? – чего уж теперь церемониться? И так страшнее крокодила. И планы рухнули…
- Конечно, нет! Робин не может к вам выйти.
Матео даже не соврал.
Робина неудержимо пробивало на смех, а издеваться над девушкой еще больше? Да куда уж больше-то? И над собой издеваться не хочется, Робин сильно опасался, что в таком состоянии просто навернется с лестницы. Они с Элисон сейчас сидели на полу в обнимку, икали, всхлипывали, заводились хохотать по новой, пили воду и опять икали.
