Фемоген 3 - Ферриус Понс

Звонил отец. Ви этот вызов, конечно же не стала блокировать, только текстовым сообщением указала, что беспокоить меня через динамики видеопанели на стене не стала. Всё как я и подумал.

— Да? — подтянул в сторону иконку с зелёным телефоном.

— Привет, Галактион, — услышал в динамике голос отца, — извини, что так рано, но больше сдерживать твою маму я не могу. Она рвётся тебе позвонить ещё с одиннадцати вечера.

— Эм…, а что случилось?

Мой старший родитель не успел ответить, аппарат у него отобрали.

— Галактион, а ты знаешь, кто мне вчера звонил? — другой голос раздался в динамике.

Конечно, это была мама, и она не стала размениваться на приветствия.

— Здравствуй, мама. Давно не общались, — говорил безэмоционально, потому что не успел проснуться.

— Не знаешь!

Определённо Екатерина Ивановна была заряжена энергией. Возможно, даже ночь не спала. Ей мои слова слышались фоновым шумом.

— Звонил мне вчера Валентин, — продолжила неожиданная собеседница, — жаловался, что Лена подала документы на развод. Ты понимаешь, что это значит?

— Что Валентин не очень хорошо разбирается в людях?

Мама была обходительной, когда того хотела. Отношения с мужем матери её внучки она поддерживала тёплые, чтобы тот чувствовал себя комфортно во время посещения Леной и Яной моих родителей. Мужик был, видимо, настолько счастлив заполучить себе Елену Прекрасную, что на остальных людей внимание не обращал.

А зря. Самая старшая женщина из Воронцовых его считала довеском к Лене и необходимым злом. Необходимость в нём сейчас пропала.

— Да при чём тут Валентин вообще? Лена перевелась к тебе в институт и разводится с мужем! Ты понимаешь, к чему это всё идёт?

— Я, конечно, туповат — профессия такая, но что-то покумекать могу.

— Понятно. Ещё не проснулся до конца! Ты Лену любишь вообще?

Удивительно, куда она свернула разговор. Такие мелочи её обычно не интересовали.

— Люблю, конечно!

— Хорошо, значит я могу быть спокойна. Доброго дня тебе тогда, не буду отвлекать!

— Спасибо, мама, тебе тоже доброго.

Как так моя родительница додумалась спросить именно сейчас, я даже не могу помыслить, но ответил я тогда, когда в проходе спальни появилась совсем не сонная супруга в своём ночном комплекте. Мой ответ она слышала.

— Доброе утро, Галактион. Екатерина Ивановна мне вчера звонила уже после откровений Валентина.

— Доброе, — кивнул ей, — при этом она не знает, что ты ночуешь у меня. Должен сказать тебе спасибо.

— Твоя мама человек хороший, но целеустремлённый в своих идеях. А ты знаешь, что я не хочу создавать тебе лишних проблем.

— Ценю!

— Ты бегать пойдёшь? Я проснулась специально пораньше.

Скажи я нет, она сама пойдёт. Но по взгляду вижу, что она надеется на моё товарищеское плечо. И, возможно, ещё бедро, как ближайшую часть ноги при беге бок о бок.

— Конечно, — я поддержал предложение.

— Тогда я первая в ванную.

Туда она и поторопилась. Я сознательно заставил себя не смотреть вслед.

Бегать мы отправились уже через двадцать минут. Темп был лёгкий, но я рассчитывал вечером отправиться на тренировку, поэтому никуда не торопился. Мне даже нравилось, вынужден был себе в этом признаться. Раньше с Леной у нас не было общих повседневных занятий вне работы.

А сейчас было приятно бежать рядом с близким человеком, просто наслаждаясь процессом и обществом.

Домой вернулись заряженные энергией, а не уставшие. То что надо для начала трудового дня! Завтракали быстро и практически молча, словно каждый день на протяжении многих лет вот так проводим время.

«Умеет, всё же, супруга создать атмосферу! Без всякого образования по специализации психолога.»

После завтрака принялись одеваться. В одной комнате толкаться нам не пришлось, мне нужно было только забрать свои вещи. Облачался в гостиной и справился первым. Ожидать живущую у меня коллегу долго не пришлось, Лена появилась почти в полном наряде, оставалось только надеть туфли.

Сегодня снова была тёмно-зелёная юбка и жакет, но уже под белую блузку. Акцент был сделан на серьгах с изумрудом в золотой оправе. Две крупные капли покачивались в лад с движениями головы. Но взгляд мой почему-то приковывала шея. Такая изящная!

— Как тебе? — задала вопрос Лена, обратившая внимание на мой интерес.

— Давно я не видел, чтобы ты их надевала, — говорил про серьги.

— Всё как-то неуместно было. А сейчас подумала, что наконец-то могу себе позволить надеть твой подарок просто на работу. Статус позволяет!

Она обворожительно мне улыбнулась.

— Когда, если не сейчас? — кивнул с согласием.

— Верно!

Супруга сделала ещё несколько поворотов рядом с зеркалом, наслаждаясь полётом волос и гроздей изумрудов.

Так и не разбудив нашу соню, мы отправились пешком к корпусу исследовательского центра. Пришлось чуть поторопиться, чтобы соблюсти рабочий режим. У нас обоих сегодня были планы, требующие реализации.

— Ты мне так и не рассказала в деталях про своё исследование, — обратился к коллеге, идущей вновь со мной под руку, — а прочитать самостоятельно не успел. У тебя материал накопился изрядный уже.

— Я как раз сейчас выжимку пишу для предстоящего отчёта. Как закончу, дам тебе на ознакомление.

— Хорошо. Жду. А я договорился с Либерманом встретиться завтра. Он исследует смежную область, что не удивительно для нашего Института. Может быть, он нашёл что-то дополнительно проясняющие наши открытия.

— Если он захочет делиться, — хмыкнула спутница, — помню этого колобка от науки.

— Ты успела с ним что-то не поделить?

— Упустил ты этот момент. Пока ты проходил практику у своей матроны, он меня агитировал выбрать куратором его.

Лена повернула ко мне голову, бросив поясняющий взгляд.

— Поня-ятно! Приму к сведению. Надо же!

— Сейчас то ему может быть уже и не надо, — заметила супруга.

— Он вообще целился на Изуми. Так что…

— Ага, может и надо, — она аж фыркнула.

— Вообще, мужика можно понять, — решил немного защитить поведенческий аппарат здорового мужчины.

— Чтобы его понять, он должен выглядеть хотя бы как твой друг Штильнец, — возразила Лена, — не говоря уже про тебя. На твой интерес к студенткам в институте даже никто внимание не обращает. Даже женщины.

— Не знал, — посмотрел удивлённо на профиль жены.

Изящная линия ото лба до самого подбородка, выделяющаяся слегка вздёрнутым носиком.

— А ты успеваешь ещё и сплетни собирать! — цокнул языков.