Изгой рода Орловых. Маг стихий - Данил Коган

— Во-первых, кто я такой, чтобы меня убивать? Меня достаточно будет припугнуть, чтобы я не дергался. Во-вторых, мы не будем трогать основное исследование внутреннего круга «Чистого мира». Для того чтобы создать прибыльное дело, побочных патентов будет более чем достаточно. А что касается недвижимости, мы просто пойдём к вашей сестре — я ведь так понимаю, с ней у вас прекрасные отношения?

— Да, вы правильно понимаете.

— Проведём обмен через неё. Тогда никаких вопросов к нам с вами не возникнет. А для рода там мелочёвка, как я и сказал, ещё и убыточная по большей мере.

— Интересно. Вижу, вы достаточно искренни. Сразу скажу, я очень не люблю, когда ходят вокруг да около. Вы высказали очень чёткое и понятное пожелание. Я посоветуюсь с сестрой — ведь она будет инвестировать в проект. Ваш процент мы оговорим, если будет её предварительное согласие. У вас есть доступ к договорам фонда?

— Да. В том числе и к тем, которые были… закрытыми для общественности.

— Какую роль во всём играет Великая Княгиня?

— О, Алексей. Она по сути идейный вдохновитель «Чистого мира». Честно скажу, общение с ней — это совсем не мой уровень. Но ваш отец отзывался о Ее Высочестве очень тепло.

— То есть вы не можете представить ей меня? — спросил я, подняв бровь.

— Почему? Я написал письмо в её канцелярию, как только вы покинули мой кабинет. Вряд ли даже у вас есть её прямой номер.

— Нет, — я развел руками. — Чего нет, того нет.

— Так мы договорились? — он смотрел на меня с надеждой.

— Знаете, предварительно договорились, — ответил я, подавая ему руку.

Глава 16

Новые вводные

Вечером я получил два важных сообщения.

От Ветра:

«Ну что, нам с ребятами надо решать, отпуск брать или нет? А то сроки поджимают. Решили послушать, что ты предлагаешь. Но нужна отмашка. Да, нет?»

Я сразу набрал ответ:

«Конечно да. Я уже договорился с Фурсовым о преференциях на синице для отряда. Что требуется от меня прямо сейчас?»

«Числа, Боярин. Циферки. Чего, кому, сколько. Снаряжение. Где будет база. Зачем нам это? Ответ на первый вопрос можешь письменно прислать, чтобы ребята могли обдумать и поторговаться. Для остального нужна встреча».

«Ну и для поторговаться встреча».

«Короче, надо встретиться».

«Чем скорее, тем лучше».

Я подождал, не напишет ли он что-нибудь еще, а затем скинул ему стандартный учредительный договор группы ликвидаторов. И отдельно штатное расписание с выплатами. Отдельно правила распределения трофеев. Примерный список снаряжения, который собираюсь приобрести. Все эти документы я создал при помощи Кая.

Написал:

«Встреча завтра с утра подойдет? Если да, назначай время».

«Давай завтра в девять. Я сейчас твои предложения в чат команды брошу и еще паре человек».

«Ого! А что за люди?»

«Сюрприз будет тебе, Боярин. Или не будет. Не хочу впустую языком трепать. До завтра».

Второе сообщение было от регистрационной палаты о том, что особняк «черных алхимиков» зарегистрирован на мое имя. Очень вовремя. Надо бы посмотреть, что там осталось от обстановки после того, как в доме похозяйничали силовики. «Фабрику смерти» и запасы дряни наверняка вывезли, а вот все остальное под вопросом.

Мария в этот раз ночевала у меня, соблазнившись «ужином от Игоря». Она почти насильно затащила старика за стол. Возможно, впоследствии об этом пожалела. Игорь вел себя отчужденно. Практически не разговаривал. Крайне холодно и односложно отвечал на вопросы. И очень быстро покинул нас, сославшись на дела. Какие у него дела, дрянь его разъешь?

После ужина и обсуждения с Марией я написал поверенному Пустовалова письмо с просьбой организовать встречу с внучкой барона. Нужно было решать вопрос с неожиданным наследством и его дурацкими условиями. Собственно, никаких конкретных телодвижений до этого разговора я предпринимать не собирался. Естественно, я собирался отказаться от усыновления вместе со всеми полагающимися почестями, но мнение Ксении и ее интересы нужно было бы учесть. А для начала хотя бы узнать.

* * *

Утром вторника я двинул на встречу с ребятами, не ожидая от разговора никаких неожиданностей. Ветер прав, встреча нужна, и надо начинать готовиться к первой вылазке. Расходы на отряд превышали мои доходы на порядок. Я мог себе позволить содержать людей на тех условиях, которые предложил, не больше полугода. Если за это время не удастся выйти на солидную прибыль, отряд придется распустить. Об этом тоже стоило открыто заявить сегодня.

Двенашка встретила меня проходной. Мой пропуск еще действовал, приказа об отставке до сих пор не было. Надеюсь, мне не придется «дорабатывать» после того, как заканчивается мой двухнедельный отпуск.

Я не планировал так быстро уходить со службы, но череда событий, последовавших за смертью деда, оказалась слишком стремительной. Появились деньги, на которые я не рассчитывал, и перспективы, которые относил в своих планах на более поздние сроки. Та же инициация, по моим расчетам, должна была состояться не раньше чем через год и, конечно, не в таких шикарных условиях. Приходится подстраиваться под реальность, менять стратегию на ходу. Упустить возможности, которые открывались передо мной найденным схроном отца и внезапной посмертной щедростью деда, было бы непростительной глупостью.

Да и уровень игры, в которую я попал, сильно превышал возможности и компетенции обычного рядового, ну ладно, ефрейтора «Управления ликвидации аномальных флуктуаций». Я просто не мог себе позволить и дальше оставаться в низовой позиции. А служебный рост внутри структуры — дело отнюдь не быстрое, каким бы уникальным магом стихий я ни стал в итоге. Мало того, независимость в принятии решений и ограничения доступа к определенной информации все равно оставались бы, даже сдай я экзамен на офицерский чин. Мое решение: «переждать, получить бумажный щит и набраться опыта», — казавшееся таким верным еще месяц назад, сегодня подлежало решительному пересмотру.

Вот чему я был рад, так это переводу моей группы во второй дивизион из участка. Не пришлось нарушать слово, данное Плахину: «Никаких интриг, никакого боярского говна». Если посмотреть с точки зрения лейтенанта, если бы я увел группу на вольные хлеба прямо из участка, это вполне могло подойти под определение «всякое боярское говно». А сейчас я чист. Может, звучит наивно, но я привык выполнять взятые на себя обязательства, даже такие, казалось бы, мелкие. Репутация складывается по крупинкам, а потерять ее можно одним махом. А институт репутации в имперском обществе был одним из основных