Изгой рода Орловых. Маг стихий - Данил Коган
— И что же? Вы поверите мне на слово? — все так же тяжело спросил старик.
— Да. Или не поверю, если вы будете неубедительны. Извините, что так прямо, но вы сами просили. Если поверю, передам вам оригиналы и забуду об этом вопросе без всяких дополнительных условий, слово дворянина и человека чести.
Несколько минут прошли в тяжелой давящей тишине. Я попивал морс. Соколов, не моргая, смотрел мне в переносицу, но взгляд его был расфокусирован. Он думал.
Наконец его зрачки дрогнули, и я почувствовал на себе легкое давление ауры опытного истинного мага. То ли прощупывает, то ли пытается исподволь повлиять на мое мнение. Стоило ожидать. Ну пусть пробует. Я к подобному давлению довольно устойчив.
— Хорошо, — сказал он. — Вы даете слово, я даю слово. Все остается между нами двумя. Евгений же не в курсе?
— Я посчитал необходимым сообщить эти сведения только вам, — ответил я спокойно. Давление немного усилилось, но сильного дискомфорта я по-прежнему не ощущал. — И да, вашего слова будет достаточно, Ростислав Анатольевич.
— Мы сотрудничали с этим типом в рамках собственных исследований дряни и мутагенных факторов. Род имеет алхимическое производство, зелья для создания химер в противовес как раз ордынским тварям. Это исследование в целом одобрено короной. Конечно, я догадывался, кто он. Но ни я, ни моя семья не выходили за рамки получения нужных технологий. В этом могу поручиться. Например, особняк, который захватила ваша группа, мы прошляпили, а не предоставили ему в пользование.
— А алхимическое оборудование на их фабрике смерти?
Соколов сморщился, будто лимон раскусил.
— Его мы продали Фурсову. А тот брал по заказу Топора. Косвенно мы замешаны. Но мы не знали кому это оборудование предназначается в конечном итоге. А прямого сотрудничества с колдуном мы старались избегать. Вопрос закрыт?
— Вопрос закрыт. Спасибо, что уделили мне свое время. Оригиналы документов я вам пришлю.
И я сделал вид, что собираюсь уходить.
Наступил довольно тонкий момент. Если бы я сейчас попросил об услуге, все осталось бы похожим на шантаж, хотя им не было. Я бы действительно сдал Соколовых имперским властям, если бы сомневался в их прямой злонамеренной измене стране. Я рассчитывал на знание менталитета бояр и понимание, как работают взаимоотношения внутри их семей. И не ошибся.
— Постойте, юноша. — Соколов полностью убрал ауру и смотрел на меня уже не так холодно. — Вы оказали моей семье серьезную услугу своим визитом и поведением. Я бы не хотел зависших обязательств; как я и говорил уже, у меня лично осталось мало времени. Если есть что-то, в чем я или моя семья могли бы вам помочь, я бы с радостью исполнил это.
Я сделал вид, что задумался, даже лоб наморщил. Все это неумелое актерство входило в негласные правила этикета. Он знал, что я, скорее всего, заранее решил, о чем попрошу. Но он сам сделал предложение, и теперь наши взаимоотношения перешли к комфортному для любого боярина формату «услуга за услугу». Причем он, возможно, сам не понял, что произошло. Это как социальный рефлекс.
— Вы знаете, — сказал я, будто вспомнил незначительную деталь, — мне нужна рекомендация для создания команды ликвидаторов от человека со статусом графа или главы боярской семьи. Я думал обратиться к сестре или отцу Марии Истоминой, с которой мы дружим, — при этих словах он ухмыльнулся. Ну конечно, он знает, как мы дружим. Дронов вокруг моего дома летает предостаточно. — Но если бы это был не связанный явно со мной род, у рекомендации появился бы дополнительный вес в глазах контролирующих органов, — закончил я несложную мысль.
— Это довольно незначительная услуга, Алексей Григорьевич. Я, конечно, рад буду ее вам оказать, но…
Я воспользовался паузой:
— Я тоже не сделал ничего особенного. На моем месте так поступил бы любой порядочный человек. А ваша «незначительная» услуга сильно облегчит мне жизнь.
Он помолчал. Затем протер лоб платком, который извлек из-под пледа. Рука слегка дрожала.
— Хорошо. Я сегодня же распоряжусь, чтобы секретариат все подготовил, и попрошу секретаря связаться с вами. Надеюсь, что между вами и Евгением не будет в результате этого, — он кивнул на бумажки на столе, — недопонимания?
— Что вы! Евгений очень приятный парень и хороший знакомый. Меня все устраивает.
Я встал и поклонился. Пора бы и честь знать. Цели достигнуты, старик устал. А у меня еще куча дел.
Потратив некоторое время на расшаркивания, я покинул «Устав Соколиной охоты», в этот раз ничего там не сломав и никого не избив. Изменил традиции, однако. Владелец прямо светился от счастья, когда провожал меня до дверей.
* * *
Я отправился к своим «оглоедам». Надо бы себе даже мысленно запретить их так называть. Мне еще плахинщины в команде не хватало. Нет, лейтенант мужик отличный, но он служака — всю жизнь в форме. А я… это я. Его уникальный стиль общения с подчиненными мне не подходит.
Да и матерные тирады, вроде тех, которые легко, на одном дыхании выдавал Рудницкий, я не собираюсь перенимать как метод общения. Буду душить занудством и бить вежливостью. Прямо по темечку, ага.
Собрав всех в конференц-зале, который оборудовали на первом этаже, я сразу взял быка за рога.
— Так, коллеги. В Счастье мы не поедем, пока я не инициируюсь как стихийник и пока не буду уверен, что все вы овладели своими новыми способностями. С сегодняшнего дня наступают обязательные тренировки праны и «леденцов», которые вы приняли.
— Бли-и-ин, — протянула Серна. — Значит, амулетик трансформации ты для себя приберечь решил. А я так надеялась… — она картинно закатила глаза.
— Я тебе новый куплю. Такой же. Но не в смысле в подарок, а как служебный. Уйдешь со службы — амулет сдашь, — сразу обозначил я позицию, чтобы потом не возникло неловких ситуаций.
— Ну ты и жлоб, шеф. Что за отношение к несчастной девушке.
— А ты не охренела ли, подруга? — я опасно близко подошел к лексикону Занозы, но наглость Серны потрясала.
— Я пробивал стоимость, такой амулет тысяч на двести потянет. Ты мне не
