Древо Вечности 4 - SPAIZZZER

Мы увидели ещё один метеор. Люмуф мгновенно запрыгнул на одну из стен и создал деревянный щит. Метеор врезался в деревянный щит и рассыпался. Моё первое прямое попадание от падающих метеоров, и я понял, что они содержали звёздную ману. Внутри этих метеоров была звёздная мана. Мой щит не рассыпался бы так легко. Не от чего-то столь простого, как падающие камни из космоса.

Я обернулся и увидел ещё больше людей-собак; они выглядели как маги, с каменными посохами и кристаллами. — Вы.

Дома Стелла была не в состоянии кого-либо отправить обратно. Она рухнула после того, как Люмуф перешёл. Как же я

Нет. Семя клона было одним из способов, которым я мог спасти этих людей. Я мог бы использовать Древо Клонов, чтобы отправить кого-нибудь ко мне.

В отличие от луны, на которой никогда не было деревьев, в этом мире когда-то были деревья. Я знал это из краткого состояния аватара и с того момента, как мои корни коснулись земли.

— Люмуф. Посади моё семя в землю. Сейчас же. — Люмуф спрыгнул со стен и приземлился на землю.

— Ты уверен? Этот мир умирает. — Ещё один метеор врезался в другом месте. Это был мир, переживающий метеоритный апокалипсис.

— Люмуф, ты предлагаешь нам дать этим людям умереть? — Ну, я обычно не заботился, но полагал, что видеть умирающий мир прямо на моих глазах — это нечто иное. Это было похоже на просмотр фильма, где кто-то использовал чёрную дыру в центре планеты.

— Я всегда могу создать больше семян, но давай не будем терять время.

Моё семя было посажено в землю, и оно поглотило ману из земли, быстро превратившись в огромное дерево. Люди-собаки смотрели с изумлением. Я никогда не использовал транспортную способность Древа Клонов. Я не ожидал, что мне придётся проводить эвакуацию целой планеты, но, полагаю, всегда бывает в первый раз.

Наши дети умирают.

Я снова почувствовал голос через свои корни. Люмуф немедленно закричал: — Этот мир умирает! Мы отправим вас в безопасное место. Идите скорее! Скажите всем!

Люди-собаки переговаривались между собой, и некоторые подошли к дереву. Первый человек-собака, вызвавшийся добровольцем, выглядел как некий воин; у него были доспехи и копьё за спиной. Он коснулся моего дерева-клона, и появилась большая древесная дверь.

Я отправил его сквозь неё и почувствовал, как это истощает мою собственную ману.

Когда он появился по ту сторону, Эдна уже собрала группу в режиме ожидания. Человек-собака выглядел шокированным, и первое, что он увидел, — это голубое небо снаружи.

— Небеса. Они всё ещё голубые! — сказал он. Я поговорю с ними позже.

Люди-собаки выглядели настороженными, но Люмуф был убедителен, и всё больше и больше проходили через дверь. Всё больше метеоров падали, и всё больше земли трескалось и раскалывалось. По сути, это была планета, которая находилась в процессе разрушения. В течение нескольких месяцев вся планета превратилась бы в отдельные куски.

Остальные люди-собаки этого города прошли через портал; я не мог сказать, кто есть кто, казалось, некоторые из них были важнее других, но в конечном итоге почти все прошли.

Несколько из них остались позади. Не из-за подозрительности, а чтобы помочь. Люди-собаки неделями сталкивались с падающими звёздами. Всё началось со странного искажения пространства, и звёзды изменились. Солнце когда-то было золотым, а небеса — голубыми, но оно стало красным, и мир начал распадаться.

Многие города были разрушены падающими звёздами с тех пор.

Здесь не было демонов, только обычная звёздная катастрофа.

Это было не время сдерживать артефакты, поэтому Люмуф щедро использовал свитки Телепортации и перемещался в другие города. Карта была в реальном времени, и красные точки обозначали выжившие города. С каждым днём всё больше этих красных точек исчезало.

Я не знал почему, но чувствовал себя очень грустно.

Наши дети умирают.

К сожалению, межпространственная транспортировка могла быть осуществлена только у моего главного дерева-клонов.

— Ты тоже должна пойти. Нам нужны твои порталы, иначе погибнут ещё больше, — сказал я Стелле через три дня после того, как мы оказались в Кометном Мире. К этому времени люди-собаки уже проинформировали остальных моих Валтхорнов о том, что произошло в их мире.

Они всё ещё были официальной тайной, конечно, и никогда не покидали моей Долины Несгнивших. Вместо этого Валтхорны разбили целый лагерь беженцев в моей долине. Это, конечно, было ностальгией.

Моя долина когда-то была лагерем беженцев выживших Новофриканцев.

Стелла, со своим порталом, работала с Люмуфом и открывала порталы между континентами и городами Кометного Мира. Большинство из этих людей-собак называли себя Канарами. Вместе, неделями и месяцами, мы отправляли народ Канаров в наш мир.

Мы не особо вели переговоры; казалось, люди там осознали свою обречённость, поэтому присутствие Люмуфа было, возможно, присутствием ангела спасения.

Солнце-отец рушится.

Мы не могли спасти всех. Каждый день я видел, как исчезают всё новые красные точки, либо из-за метеоров, либо из-за расколотой земли. Земля трескалась всё больше с каждым днём, и в конце концов последняя красная точка исчезла с карты. Все, кого я мог спасти, были спасены. Ещё миллионы погибли.

Триста пятьдесят тысяч Канаров прошли через эти порталы в течение нескольких месяцев и прибыли в мою Долину Несгнивших. Мы немедленно нашли изолированное, тихое место на Центральном Континенте и тайно перевезли их туда через нашу сеть подземных туннелей.

Затем я отправил Люмуфа и Стеллу обратно, и в мире Кометного Мира моё дерево-клонов было последним живым существом, которое оставалось.

Стелла вернулась, истощённая, и отдохнула. На следующий день она излила своё отчаяние. — Я могла бы сделать больше, если бы мы нашли их раньше.

В этот момент я подумал о том, что произошло бы, если бы я выбрал Корону Магии или Волю Мира. С Короной Магии я должен был бы иметь возможность создавать больше маны пустоты и, следовательно, открывать эти порталы сам. Более того, теоретически, я должен был бы иметь возможность использовать эти заклинания через Люмуфа. С Волей Мира я, вероятно, попытался бы приблизить наш мир к нему.

Метеоритный дождь Кометного Мира усилился, и мир треснул. Огромный кусок отделился, и погода стала почти непригодной для жизни.

Но моё дерево-клонов было не тем, что так легко уничтожить. Мои корни уходили глубже в землю. Было что-то, что я хотел сделать.

Я искал голос. Возможно, я не смогу достичь ядра моего мира, но я должен быть в состоянии достичь обнажённого ядра