Маленькая уютная планета - Игорь Вереснев

Второй день прошёл так же, как первый. На третий Крашевский решил не усердствовать с «процедурами», чтобы вечером оставаться в адекватном состоянии и посмотреть, что включает здешний «досуг». Увы, развлекательный комплекс представлял собой всего лишь несколько зрительных залов, где крутили импортные фильмы и телешоу, и небольших танцплощадок, где голографические ведущие демонстрировали популярные танцы разных галактических рас и зазывали гостей присоединяться. Предлагались и энергичные спортивные танцы, и медленные, однако живых танцоров набиралось не многим больше, чем голографических. В кинозалах посетителей было побольше, но переходя из одного в другой, Алексей всё чаще замечал спящих в удобных ортопедических креслах. К концу представления развлекательный корпус обещал превратиться в общественную спальню.

Только на пятый день пребывания на Аквии Крашевский спохватился, что прилетел сюда не расслабляться, и у него есть кое-какие обязательства. Агрессивный релакс отодвинул весь мир за пределами Курорта на самую дальнюю периферию сознания. Хотя консоль интеркома имелась в каждом номере, Алексей не воспользовался ей ни разу, так как уходил утром и возвращался вечером уставший и сонный. Пора наверстать упущенное.

После тридцати минут возни с консолью пришло разочарование. Доступ к информационной системе Аквии оказался сильно урезан, вызывая подозрение, что на самом деле это всего лишь информотека Курорта. В ней имелось огромное количество рекламных материалов на самых разных языках, сведения об архипелаге, о климате планеты, о морской флоре и фауне. Интерактивно можно было записаться на приём к специалисту, добавить или отменить процедуру, вызвать дежурного медбрата/медсестру. Покопавшись, Крашевский добрался до списков гостей Курорта, нашёл в них себя. Впрочем, доступна была лишь самая общая информация: полное имя, гражданство, даты пребывания на Курорте, сектор и личный код, по которому можно было отправить сообщение либо голосовой вызов на запястник. Полезная информация, будь у него знакомые среди гостей.

Выйти за пределы Курорта не получалось. Удобная, интуитивно понятная поисковая система отказывалась выполнять составленные Алексеем запросы.

Вопрос: «Милена Панкова». Ответ: «Данные отсутствуют».

Вопрос: «Иммигранты из Новой Европы». Ответ: «Данные отсутствуют».

Вопрос: «Натурализованные граждане Аквии». Ответ: «Данные отсутствуют».

Вопрос: «Глубоководные исследования на Аквии». Ответ: «Данные отсутствуют».

Разумеется, на все вопросы о несчастных случаях, смертности, болезнях ответы были аналогичны. Размышления о том, что бы ещё спросить, прервал лёгкий щипок в запястье — «личный медбрат» напомнил, что пора купаться. Алексей и без этого щипка понял: консоль в номере не годится для решения поставленной задачи. Её интерфейс разработан для инопланетных гостей, которым вовсе не надо знать всё об Аквии. Следовало найти консоль для персонала.

Прежде Крашевский не задумывался, где, собственно, живут обслуживающие Курорт аквари. На других мирах неподалёку от отелей для туристов всегда имелись жилые кварталы персонала. Очевидно, нечто подобное есть и здесь?

Остров общеоздоровительного сектора соединяла с соседним Сектором кардиологии и ревматологии широкая дорога с подвесным мостом, по которой можно было свободно прогуляться, а ещё лучше — прокатиться на электросамокате. Судя по карте Курорта, дорога эта тянулась и дальше, через все острова до самого восточного края. Никаких ограничений в передвижении между секторами нет. Крашевский решил этим воспользоваться и принялся за планомерное изучение архипелага.

Проехать весь Курорт насквозь и вернуться можно было часа за полтора, но чтобы обследовать каждый из островов времени, требовалось гораздо больше. К тому же, чтобы не «нервировать» персонального медбрата, приходилось постоянно останавливаться для купания в бассейнах — благо, они во всех секторах одинаковы. Дополнительно по утрам и вечерам Алексей пытался проследить, куда уезжают после смены и откуда прибывают врачи. Увы, напрасно. Сотрудники его сектора никуда не уезжали, не уплывали и не улетали. Когда, позавтракав, гости приходили в лечебные корпуса, персонал уже был там. Но не могли же они жить в своих рабочих кабинетах и процедурных!

За три дня он прошерстил почти весь архипелаг. Оставались самые дальние острова, но Алексей сильно сомневался, что найдёт отгадку там. Он так сосредоточился на размышлениях о своих последующих действиях, что едва не потерял равновесие, когда на мосту между двумя островами его вдруг окликнули и тронули за руку.

Поспешно выровняв самокат, он повернул голову. Плечом к плечу с ним катила высокая молодая женщина. Может быть от неожиданности или из-за того, что вместо мешковатого, закрывающего большую часть тела костюма на ней теперь был купальник, Крашевскому понадобилось с полминуты, чтобы узнать. Брюнетка из злополучного кафе!

— Привет... — растерянно пробормотал он.

Начал сбавлять скорость, но женщина с бесстрастным лицом схватила его за руку и повлекла за собой. Миновав мост, они свернули на дорожку, ведущую вглубь парка. Несколько поворотов, и вот они возле маленькой беседки под широкими листьями бананов. Брюнетка остановила самокат, соскочила на землю, не выпуская руку Крашевского, пошла к скамейкам. Ничего не оставалось, как следовать за ней.

Лишь усевшись, она заговорила:

— Рада тебя увидеть снова. Надеюсь, с Влади благополучно обошлось?

— С Владой, Владой Пинк, — поправил Алексей. — Да, всё нормально. Отделалась лёгкими ушибами. Кстати, она — аквари. Ты знала?

— Конечно. Она мне о своей любимой Аквии все уши прожужжала, такая болтушка. Может, и мы наконец познакомимся? А то на «Орбитальной» всё внезапно завертелось, я даже имени твоего спросить не успела. Для меня ты так и остался «парнем, которому я заказала макароны».

Алексей прыснул невольно, хоть лицо брюнетки было по-прежнему бесстрастным.

— Ну, тогда ты для меня: «девушка, умеющая драться».

— Такое прозвище мне нравится. Но имя у меня тоже есть: Иша Тивари.

— Я — Алексей Крашевский. Не слишком сложно для произношения? Я с Новой Европы... ты тоже?

— Увы, я на твоей родине побывала только транзитом. Я с Мохенджо-Даро.

— Откуда-откуда? — Алексей вытаращил глаза. О планете, затерянной на самом краю освоенной человечеством части Галактики, легенд ходило больше, чем достоверной информации.

— Мохенджо-Даро. Что не так?

— У нас многие сомневаются, что такой мир на самом деле существует.

— Как видишь, мы существуем. Правда, очень далеко отсюда. Прямых рейсов до Аквии от нас нет, пришлось добираться с тремя пересадками. Последняя — как раз Новая Европа.

— Ага, так ты летела на «Императрице Сисси»! — догадался Крашевский. — И там познакомилась с Владой.

— Не совсем, на лайнере я её заметила — такую яркую! — и запомнила. А когда увидела на смотровой площадке знакомое лицо, решила подойти. Познакомились, разговорились. Она такая милая... или он?

Иша неожиданно подмигнула, хоть на лице её никакие эмоции при этом не отразились. Это