Маленькая уютная планета - Игорь Вереснев
Координационный Совет Аквии хотел пролонгировать аренду на следующие сто лет. Лучше — на тысячу. Ещё лучше — бессрочно. Однако Сенат Новой Европы, загипнотизированный сверхприбылями Курорта, отказался продлевать договор. Законодатели метрополии не стремились вмешиваться во внутренние дела колонии. Контроль над финансовыми потоками, — вот что их интересовало. Далеко не все из них мечтали «стричь купоны», в большинстве своём сенаторы были патриотами. Им не нравилось, что львиная доля доходов Аквии переливается в экономику Империи — главного конкурента в галактической политике.
Сенат не сомневался, что Аквия подчинится, — привыкли к полной зависимости колонии. Но не тут-то было. Координационный Совет объявил бойкот: ни один гражданин Новой Европы не получит услуги Курорта до тех пор, пока аренда не будет продлена. Обескураженные подобной наглостью, сенаторы пообещали, что в таком случае вообще ни один лайнер с туристами не войдёт в локальное пространство планеты. И тут в спор вступила Галактическая Империя. Имперское Правительство обвинило власти Новой Европы в угрозе жизням и имуществу своих граждан, пребывающих как на самом Курорте, так и на орбитальных заводах.
Ничего подобного сенаторы не заявляли, наоборот, желали, чтобы имперцы покинули окрестности Аквии как можно быстрее, прихватив с собой всё своё имущество, коль пожелают. Но спичка раздора уже вспыхнула. Дипломатические миссии были поспешно отозваны, военно-космические силы обеих держав приводились в боевую готовность, на якорных станциях вводился чрезвычайный режим. Новая Европа неожиданно оказалась в дипломатической изоляции: непродуманный ультиматум, выдвинутый Аквии, истеблишмент всех галактических держав воспринял на свой счёт. Многие из них успели вкусить «чудеса» Курорта, другие планировали это сделать. Когда чужаки внезапно и неспровоцированно разрушают твои планы, они превращаются во врагов.
Галактическая война не начиналась благодаря тому, что никто не знал, как её вести, чтобы одержать быструю победу. Ни одна виртуальная симуляция, построенная искусственным интеллектом военных стратегов, не давала преимущество атакующей стороне, благодаря «бутылочному горлышку» якорной станции, сквозь которое требовалось провести необходимые для захвата планеты тяжёлое вооружение и коспопехоту. Оставались только рейды снабжённых гипердвигателями крейсеров к окраинным слабо защищённым планетам. Захватить, тем более удержать колонию малочисленная команда корабля не могла, но огневой мощности хватало, чтобы её уничтожить. Война вырождалась в долгое и кровавое рейдерство, борьбе за взаимное истощение ресурсов.
Гиперкрейсеров и ресурсов у Галактической Империи было больше, сенаторы это поняли быстро и уступили. В итоге Аквия получила статус нейтральной независимой территории, обеспечивать который и защищать от возможного вторжения должен Охранный Флот, составленный из кораблей Империи, Новой Европы и полдесятка других галактических стран. Также международный контроль устанавливался над якорной станцией. В уплату за отказ от притязаний на планету Новая Европа получала право выкупать каждый третий билет на Курорт. Щедрое вознаграждение, учитывая, что по количеству населения она уступала Империи в разы, а ведь ещё следует учесть десятки миллиардов жителей других галактических государств, желающих попасть на Курорт. Также Аквия пообещала постепенно снижать стоимость пребывания на Курорте, сделать его доступным большинству людей Галактики.
Сегодня, спустя без малого полтора столетия после тех событий, о «большинстве» речь пока не шла. Но Курорт, разросшийся на все острова архипелага, вмещающий десятки тысяч гостей одновременно, стал доступен многим. Промышленные шпионы не раз и не два пытались узнать его тайну, некоторым это вроде бы удавалось... но даже приблизиться к оздоровительному эффекту ни у кого не получилось. Как невозможно было воспроизвести бальнеологический комплекс Курорта на других планетах.
Если Аквия свои обязательства продолжала выполнять, то Галактическая Империя тихой сапой затягивала её в сферу своего влияния. Командорами Охранного Флота всё чаще становились имперские офицеры, военные корабли других держав постепенно выводились из его состава. В конце концов представительство Новой Европы стало скорее номинальным, чем реальным. С персоналом якорной станции дела обстояли не многим лучше. А после того как была собрана новая орбитальная станция, доминирование Империи в локальном пространстве Аквии сделалось очевидным любому, побывавшему здесь.
Крашевский увидел это доминирование, едва вышел за ворота причала. «Аквия-Орбитальная» выглядела настоящим городом! Создатели станции позаботились не только о том, чтобы гравитация была близка к единице, но и пространство визуально расширили. Голографические экраны на перекрытии яруса создавали иллюзию, что строения не ограничены реальными тремя-четырьмя этажами, а тянутся вверх небоскрёбами. Отели, кафе, рестораны, магазины, всевозможные клубы, — иногда назначение заведений распознать не получалось, надписей на пидж-инглише было больше, чем на галакте. Вдобавок человеческий гомон. Конечно, толп здесь не было, но и пустынным город-станция отнюдь не выглядел. Алексей вслушивался в голоса людей, стараясь разобрать слова. Вроде бы каждый третий должен говорить на руссо-франко, но в реальности получалось не так. То ли его соотечественники оказались молчунами, то ли статистика безбожно врала.
Зарегистрировав свой билет на Курорт и побродив по улицам, Алексей вдруг ощутил себя потерянным, чужим в чужом городе. Остро захотелось уединиться, отгородиться стенами от людей, говорящих на непонятных языках, выросших, проживших жизнь в совсем иной культурной среде. Отчётливо понял, что впервые оказался «за границей», вне своей родины.
Он зашёл в приглянувшийся отель... и вышел, прочитав прейскурант на стойке регистрации. Сопоставление здешних расценок и выделенных Институтом денег оказалось явно не в пользу последних. Лишь с третьей попытки он нашёл отель попроще и снял тот самый номер-стандарт.
Иррациональный страх отступил быстро. Крашевский изучил своё временное пристанище, полистал каналы ти-ви. Нашлись два на руссо-франко. По одному крутили фильмы и записи развлекательных шоу — старых, Алексей видел их полгода назад. Второй был забит рекламой Курорта — повторение один в один того, что предлагалось пассажирам «Императрицы Сисси». Также имелись два канала на галакте: со всё той же рекламой Курорта и внутренними новостями с рекламой заведений орбитальной станции. Он пробежался по каналам на других языках, — судя по картинке на экране, содержание всех было аналогичным. Никаких новостей Аквии, никакой информации о планете за пределами Курорта, об истории, культуре, обычаях её обитателей.
Таращится в экран смысла не было. Не для того он летел за десятки парсеков, чтобы убивать время на фильмы, которые мог смотреть и дома, а прелести Курорта он скоро увидит воочию — будем надеяться. Так не лучше ли воспользоваться возможностью оглядеть иностранный город? Да, чужая речь, надписи на незнакомых языках угнетают с непривычки. Но на Аквии он окажется в мире куда более непривычном и экзотическом. И, в конце концов, есть же
