Нечистые души - Хань Сун
Ян Вэй огляделся по сторонам. Корабль, огонь, Большое море, Небеса, звезды… То исчезающие, то вспыхивающие вновь звезды.
Художник по похоронам, также отстраненно наблюдая все сущее вокруг себя, заметил:
– Вон тот летательный аппарат, кстати.
У Ян Вэя от этого признания мысли спутались:
– «Небытие», что ли? – Ян будто увидал, как из брюха женщины достают матку. И еще он подумал: если уж Космос – в самом деле больница, то он может в любой момент самоликвидироваться одним взрывом. Только вот что будет после того?
Ян Вэй спросил:
– Отправился тот механизм поглядеть на бесконечные времена и пространства. Значит ли это, что он развяжет войну машин с машинами?
– Войну? Война закончилась в самом начале, – ответил Ганьцзо.
– В смысле?
– Война достигла определенной стадии, когда в голове возникла мысль. Тик-так – и будто ничего и не было.
– Тогда получается, в действительности войны и не было… А что с нами тогда? – поинтересовался Ян Вэй.
Ганьцзо указал на отпечаток руки. «Понятно, – подумал Ян Вэй, – ответ уже как ветром сдуло». Затем наступило время наесться и напиться. Ганьцзо снова настоятельно порекомендовал Яну запастись огненными некрофагами. Художник по похоронам также предложил поиграться в распальцовку. Проигравший должен был выпивать штрафную рюмку. Ян дал себе волю нализаться. Он быстро нажрался до чертиков и вскоре отправился в уборную, чтобы выблеваться. По пути Ян заключил, что в историях, которыми делятся друг с другом люди, всегда бывают взаимные противоречия и взаимные сходства. Что на самом деле приключилось на их судне?
Ян умудрился запамятовать дорогу обратно в крематорий. А может, той никогда и не было. В любом случае Ян, перебирая руками и ногами и придерживая кружившуюся голову, кое-как спустился с Лестницы в Небо и вернулся на палубу.
Сразу бросились в глаза трупы всевозможных морских тварей и червей из сосуда, лежавших плотным слоем, который ветер разносил без остатка. Под первым слоем обнаружился еще один, который, впрочем, тоже вскоре исчез начисто. Ян Вэй вслушался в раздававшиеся повсеместно звуки бурления усиленно разбухающего Космоса. Слегка протрезвев, Ян крикнул:
– Цзые!
Ответа не последовало. Под напором вздымавшихся до небес волн ломались и падали мачты, дал трещину корабельный мостик, в непонятном направлении улетела птичья клетка, в разные стороны уносились стаи обезьян. Нос корабля то и дело опускался в море и с трудом поднимался вверх, каждый раз опускаясь все ниже и ниже, от чего возникало ощущение, что в следующий раз он не поднимется вовсе. Светила помрачнели и, словно намекая на то, что игра подходила к концу, шатались, будто готовые в любой момент рухнуть. Они оказались на пороге небытия. Лучше бы утонуть. Скоро все закончится. Что ни делай – все равно не спасешься. И повествование невозможно продолжать. Или же это было начало отдельной новой истории. Больной все никак не мог привыкнуть к этому.
И в этот момент до Ян Вэя смутно донеслась песня восхваления облаченной в белые одежды Гуаньинь:
– …Мы укрощаем демонов и искупаем нечисть, пока не выкосим ее под корень и не выжжем дотла! Чисты и прозрачны воды, складывающиеся в жизнь, смывают они грязь, мешающую нам стать новочеловеками, стать новочеловеками, стать новочеловеками, стать новочеловеками…
Боль, печаль и ликование плющили и раздирали Ян Вэя на части. Он не понимал, что это было: то ли его выпроваживали, то ли он изгонялся сам, по собственной воле. С ужасом, но и с волнением Ян обнаружил, что у его груди все еще лежал малыш. Большие глазенки ребенка метались из стороны в сторону. Прочувствованно присматривался новорожденный к Яну. Тот невольно пробормотал:
– Родной ты наш, возвращайся.
С небес прогремел шум машины. Что-то рухнуло вниз. Лопасть. С грохотом оставив на палубе несколько вмятин, деталь замерла. На ветряке сверху крутилась тень человека. То был выкарабкавшийся со дна судна во исполнение долга Гидролокатор. Он завывал прерывистую песню, в которой чувствовалось и что-то от человека, и что-то от черта:
– Лево руля, на пять градусов!.. Пусть… шторм… ветер… дождь… будут… еще… сильнее!..
Разрядом молнии человечка раскололо и разорвало в клочья, которые разлетелись в разные стороны, сразу же сгинув в буре и ливне.
Ян Вэй будто увидел тень блендера размером с целый Космос под пологом Неба. В зазорах между стремительно вращавшимися зубчиками виднелась мертвенно-бледная фигура, замершая в медитативной позе на лотосовом престоле с подобранными под себя ногами… И только тут Ян Вэй наконец-то подумал обо всех мертвых людях, отпечатавшихся в его памяти.
Через палубу яркой искрой пробежал хомячок. В Ян Вэе что-то дернулось. Превозмогая боль, он бросился за зверюшкой. Хомяк прыгнул за борт и канул в море. И ужасающе разбушевавшееся Большое море сразу же утихомирилось, обратившись в гладкий бездонный водоем, начисто лишенный какого-либо содержания. Ян Вэй, аккуратно положив малыша на палубу, сиганул вслед за хомяком. Во время прыжка Яна осенила мысль: а не был ли он всегда на самом деле тем же доктором Силинем? Наверное, он принял «низ» за «верх». Или даже нет, может, «низ» всегда и был «верхом». Впрочем, есть ли разница между «низом» и «верхом», «преисподней» и «небесами», в таком мире, как наш?
Краткая история лечения с применением ИИ
1996 год – на свет появляется робохирург Da Vinci.
2000 год – начинают применяться протоколы компьютерной медицинской диагностики (CAD).
2002 год – получают распространение онлайн-лечение и электронные рецепты.
2004 год – на рынке появляются системы удаленного отслеживания соматических данных и установки генного секвенирования.
Первый год Сымина (2007 год) – презентован суперкомпьютер-роболек IBM Watson.
Шестой год Сымина (2013 год) – Управление по контролю качества пищевых продуктов и лекарственных средств США (FDA) одобряет использование RP-VITA – первого действующего в автоматическом режиме дистанционного роболека.
Седьмой год Сымина (2014 год) – способные свободно перемещаться в человеческом теле мини-роболеки успешно выполняют различные хирургические вмешательства, в том числе операцию по восстановлению сетчатой оболочки глаза.
Восьмой год Сымина (2015 год) – FDA запускает
