Не по гайду - Константин Горюнов
Я закончил. Тишина затянулась. Потом Астарот... рассмеялся. Звук был похож на перезвон хрустальных бокалов. — Очаровательно. И поучительно. Вы предлагаете мне «Якорь Безмолвия» в обмен на триста крон и... урок? Урок о том, как обмануть демона? — Нет, — я покачал голову. — Я предлагаю вам сделку. Вы отдаёте мне «Якорь» за триста крон. А я... даю вам право наблюдать. За тем, как я использую этот артефакт. Вы получите историю не из вторых рук, а в реальном времени. Историю о том, как трое изгоев пытаются спрятаться от всего мира. Думаю, для существа, питающегося чужими амбициями и страхами, это будет... интересным деликатесом. Более ценным, чем пара сотен лишних монет.
Я поставил всё на кон. На то, что Астароту, как и той Тени у алтаря, интереснее наблюдать за живой, непредсказуемой аномалией, чем за стандартной сделкой.
Золотые глаза изучали меня. Казалось, он смотрит сквозь маску, сквозь одежду, прямо в ту ледяную пустоту внутри. — Вы не боитесь, что такое наблюдение... скомпрометирует ваше убежище? — спросил он почти шёпотом. — Вы — демон контрактов и тонкостей, — ответил я. — Если вы захотите нас найти без «Якоря», вы найдёте. Но если вы согласитесь на сделку... то ваше наблюдение станет частью условий. Безвредное. Ненавязчивое. И вы получите гораздо больше, чем просто золото. Вы получите интригу.
Астарот медленно улыбнулся. Это была нечеловечески красивая и абсолютно пугающая улыбка. — Договор, — сказал он. — Триста крон и неограниченное (но пассивное) право наблюдения за судьбой артефакта и... его владельцев. Взамен — «Якорь Безмолвия». — Он слегка кивнул, и кристалл на подушке вспыхнул тусклым светом, а затем погас. — Сделка заключена. Ваша история... начинается сейчас. Желаю вам... не разочаровать.
Он ударил молоточком, хотя других ставок не было. «Якорь» был наш.
Мы вышли с аукциона, чувствуя на себе тяжёлый, заинтересованный взгляд золотых глаз. У нас в руках был ключ к безопасности. И за нами теперь наблюдал один из самых опасных демонов в этом измерении. Но это была наша победа. Мы не заплатили душой. Мы заплатили перспективой. И в этом был наш, абсолютно «негайдовый», расчёт.
— Ну что, — сказала Лерисса, когда мы вышли в знакомый вонючий переулок, — теперь у нас есть камень, который спрячет нас ото всех. Кроме, возможно, самого любопытного демона во вселенной. — Зато он теперь заинтересован в том, чтобы наша история продолжалась, — ответил я, пряча кристалл во внутренний карман. — А значит, у нас появился... своеобразный покровитель. До поры до времени.
Это была рискованная игра. Но какая наша жизнь была не рискованной? Главное — мы получили то, за чем пришли. И сделали это, переиграв демона в его же игре — игре на словах и намерениях. Осталось только воплотить наш план в жизнь.
Глава 16: Ритуал. Цена вопроса — воспоминание
Подготовка заняла неделю. Неделю нервного, кропотливого труда в глухом подземелье, которое мы снова нашли, уже в другой части предгорий. На этот раз это была не пещера, а обвалившаяся гробница какого-то забытого народа. Камни здесь помнили смерть, что, как ни странно, делало их идеальными для ритуала укрытия — они уже были вне потока обычной жизни.
Гром и Лерисса работали не покладая рук. Орк высекал по моим указаниям руны на полу центрального зала — не магические символы в привычном понимании, а скорее, «узлы тишины», геометрические паттерны, которые должны были направлять и удерживать силу «Якоря». Лерисса собирала компоненты: пепел тринадцати разных пород деревьев, собранный на рассвете; воду из подземного источника, который никогда не видел солнца; тишину — буквально, заперев в хрустальную сферу момент абсолютной тишины перед грозой.
Я же изучал сам «Якорь» и теорию, которую почерпнул из обрывков разговоров Астарота и собственных экспериментов. Чтобы создать Карман Тьмы — не просто скрытое место, а пространство, выпавшее из общего внимания реальности, — нужна была не только энергия, но и... жертва. Что-то ценное, что связывало бы пространство с его создателем и одновременно оплатило бы «небытие» этого места для внешнего мира.
— Обычно просят что-то вроде «первой крови» или «голоса первенца», — сказал Ксип, сидя на моём плече и наблюдая, как я смешиваю ингредиенты для связующей пасты. — Но тут штука посерьёзнее. Ей нужно что-то... не материальное, но весомое. Часть тебя, которая принадлежит той жизни. Чтобы разорвать связь с ней здесь и использовать эту нить для плетения завесы.
Часть меня. Из той жизни. Золото или кровь не подходили — они были уже здесь, в этом мире. Нужно было что-то, что существовало только в моей памяти, в моей душе. Что-то, без чего я мог бы жить, но потеря чего причинила бы настоящую боль.
День ритуала настал. В центре зала, в точке пересечения всех высеченных линий, лежал «Якорь Безмолвия». Вокруг него были расставлены чаши с компонентами. Мы втроем стояли по краям круга. Даже Хрощ пришёл и улёгся в тени у входа, настороженно наблюдая. Воздух был тяжёлым от ожидания и запаха трав.
— Все готовы? — спросил я, и голос прозвучал чужим эхом в каменном зале. — Да, — коротко бросил Гром, сжимая в руке свой амулет — теперь просто кусок резного камня. — Начинай, — кивнула Лерисса. Её глаза светились в полумраке, но в них читалась поддержка.
Я сделал шаг вперёд, в круг. Холод камня под босыми ногами пробежал дрожью по всему телу. Я закрыл глаза, настроился на ледяную искру внутри, на пустоту, которая была моим источником силы. Потом открыл их и начал.
Не было громких заклинаний. Я шёпотом, больше для себя, называл сущности, которые призывал: «Тишина между ударами сердца... Тень от отсутствующего света... Холод забытого обещания...». С каждым словом я брал щепотку компонента и бросал в центр, на «Якорь». Пепел, вода, запертая тишина — всё сливалось с кристаллом, и он начинал светиться изнутри тусклым, глубоким синим светом, как глыба арктического льда.
Но это была только форма. Теперь нужно было наполнить её содержанием. Связью. Жертвой.
Я снова закрыл глаза и начал искать внутри себя то самое воспоминание. То, что было самым тёплым, самым домашним . Оно пришло само, как будто ждало этого момента.
Бар. Мой бар. Не после вечеринки, а в