На темной стороне - Оксана Кас
В парке, уже после пробежки, он минут сорок занимался на турниках. В агентстве он обычно использовал гантели — ему ведь нужно нарастить мускулатуру. Но сейчас, на улице, он действительно тренировался в кайф.
У него было одно упражнение, которое почему-то очень хотелось освоить — это когда тело удерживается в горизонтальном положении на прямых руках. Называется оно планш, считается одним из самых сложных в калистенике, потому что требует тренированных мышц всего тела. Хару уже может полноценно отжиматься вниз головой, а это значит, что силы рук уже хватает, чтобы начинать осваивать упрощенные версии этого упражнения. Хару тут же прогуглил, посмотрел что требуется… упав три раза в попытке освоить хотя бы подготовительные упражнения, он печально вздохнул и пошел домой. Даже специальное покрытие уличной площадки не способно гасить удары от падения, а Хару крайне нежелательно набивать синяки. А если сдерет кожу? А если на лице? Нет, айдолу на улице таким заниматься нельзя.
Хару был так увлечен тренировками, что не сразу заметил, что чуть в стороне на скамейке сидела девчонка. И она, судя по всему, снимала его на телефон. Недовольно насупившись, Хару решил пробежаться до дома. Несмотря на то, что бежал он дальней дорогой, это не особо помогло. За ним-то девчонка не побежала, но через час, когда Хару собрался идти в супермаркет с небольшим списком от бабули, он увидел эту же девушку, сидящую на высоком бордюре в конце улицы.
Стало еще неспокойнее. Кто знает, что творится в голове сасэнки? Нормальные люди точно не будут следить за своим кумиром. Вдруг она решит как-то навредить семье Хару? Или додумается снова украсть Куки? Проблема жилья стоит слишком остро, Хару отчетливо понял: придется снимать. Это, конечно, заметно замедлит процесс накопления, но… безопасность важнее.
Ночью, когда все разошлись по комнатам (бабуля все же выпила снотворное), Хару лежал в гостиной на своей кровати и листал сайт с предложениями об аренде. Нужна хоть какая-нибудь система безопасности, чтобы пробиться могли лишь те, кого можно сдать полиции. И квартира должна быть достаточно большой — как минимум три спальни. И разрешение на животных, у них же Куки. Желательно — в Каннам-гу. Подходящие варианты были, но ни одно по-настоящему не нравилось. Оставив несколько вариантов, которые ему более-менее подходили, Хару уже собрался спать, когда в дверь неожиданно постучали.
Он рассеянно посмотрел на часы — половина двенадцатого. Пока он пытался придумать — кто может прийти к ним в такое время — стук стал более настойчивым. Хару встал с кровати, надел тапочки и пошел к дверям. Спросить «кто там» он не успел — в дверь начали стучать еще сильнее и послышался достаточно громкий женский голос:
— Хару, я знаю, что ты не спишь! Впусти меня! Впусти меня, Хару!
Хару замер за пару шагов до порога. Со своим абсолютным слухом он прекрасно запоминает голоса, но этот… он точно раньше не разговаривал с этой девушкой.
За те несколько секунд, что он размышлял об этой ситуации, девушка начала по-настоящему колотить в дверь и говорить все громче:
— Я знаю, что ты не спишь! Я видела, что ты сидишь с телефоном! Хару, открой мне! Впусти меня!!!
В голосе звучали уже истеричные интонации.
У Хару мурашки пошли по коже: «видела, что ты сидишь с телефоном». То есть, она подглядывала в окно гостиной?
На громкий стук со второго этажа прибежал отец.
— Что здесь происходит? — достаточно громко спросил он.
Девушка на улице его услышала, замолчала на секунду, а потом начала стучать еще громче:
— Мы должны быть вместе! Вы не сможете нас разлучить!
— Она совсем… того? — удивленно уточнил отец.
Хару неуверенно кивнул. Он все еще пытался осознать тот факт, что к нему в дом реально ломится сасэнка.
— Давай я ее прогоню! — решительно заявил отец, шагая к дверям.
Хару поймал его за руку:
— Нет! Она не в себе, твое требование уйти на нее не подействует.
— И что делать? Она маму сейчас разбудит!
Хару вернулся к кровати, взял телефон и спокойно набрал номер экстренной помощи. Поздоровался, назвал адрес, представился.
— Я — айдол. Ко мне в дом ломится сасэн-фанатка. Кажется, она не в себе. Да, это ее слышно. Боже мой! — вскрикнул Хару, когда по окну в гостиной пошли трещины, потому что девчонка что-то кинула в него.
— Открой! Открой! Открой! — истерически вопила она.
Она снова что-то кинула в окно, теперь двойное стекло пластикового окна полностью покрылось сетью трещин и, казалось, вот-вот выпадет.
— Кажется, нужно кого-нибудь выслать побыстрее, — шокированно сказал Хару.
— Вы в порядке? — участливо спросил голос в трубке. — Я уже направила к вам патруль, но не нужна ли скорая?
— Мне кажется, скорая нужна этой ненормальной, — честно сказал Хару. — Я в порядке. По крайней мере — пока.
— Оставайтесь на линии, пожалуйста, я дождусь патруля вместе с вами, — сказала женщина.
Хару безразлично кивнул. Он рукой оттеснил отца к лестнице на второй этаж, сам быстро подобрал Куки и протянул отцу:
— Закрой Куки в ванной, еще не хватало его потерять.
— Сам отнеси, — уверенно ответил отец. — Не тебе же с ненормальной разбираться, если она залезет в дом через разбитое окно… Что за?!!
В окно снова что-то ударило, окончательно выбив стекло. По полу разлетелись осколки, с улицы дохнуло жаром и влажностью. Хару и отец так и замерли около лестницы, в ужасе смотря на происходящее. Хару начало казаться, что это какой-то сон. Ну не могут же сасэнки быть настолько ненормальными?
— Да она сейчас еще помрет у нас под окном! — возмутился Хару, когда понял, что девчонка хватается руками за раму с осколками стекла. — Держи Куки! Меня учили с ними общаться.
Хару силком пихнул кота отцу, а сам пошел чуть-чуть ближе к окну, не слушая требований остановиться от женщины в динамике телефона. Но действительно — она сейчас разрежет себе вены и окочурится у него под крыльцом от потери крови. Оно ему надо?
Хару не подходил близко к окну, но обратился к девушке:
— Не нужно резать руки, тебе будет больно.
Истеричный
