Патруль 4 (СИ) - Гудвин Макс

— Что? — спросил меня Енот Аркадий.

— Говорю, очень и очень хорошо! — выдохнул я.

Хотя зачем Тиму грузовик под АЭС, я ума не мог приложить, однако у меня мелькнула страшная мысль: может, он хочет подорвать фугас у станции? Но какой должен быть фугас, чтобы пробить стены АЭС? «Грузовик, гружённый чем-то тяжёлым…» — прозвучал в моей голове голос Енота Аркадия.

Чем пробить — чем пробить? Большим фугасом! Устроить тут второй Чернобыль. Мои мысли начали заплетаться и вступать в конфронтацию с памятью Славы Кузнецова, в реальности, где был Златоводск, но не было Томска, не было и чернобыльской катастрофы 1986 года. Как такое может быть? Ведь я помню её?.. Но всё это не важно. Важно, то, зачем Тим хочет сделать то, чего тут не было. Сделать новой явью с уже сибирским названием…

Но я буду там, вот уже скоро, чтобы ему помешать!

Глава 17

Огни горящего Северска

У Северска было несколько въездов, каждое должно было быть оборудовано КПП, но жителей внутрь впускали через северное и южное, а я подъезжал к восточному. И уже на подъезде к нему в воздухе ощущался дым, а впереди, свечами полыхали гражданские авто: одна, две, три.

Слишком уж это всё походило на его бой с ликвидаторами на заброшенной военной базе. И я остановился, вываливаясь из машины. Сказал бы мне кто-нибудь в моём 1994-том, что я буду драться против дронов и дистанционно управляемых «собак», у виска бы покрутил и больше этому типу бы не наливал в этот вечер.

Но картинка очень уж совпадала: горящие машины, сосны по бокам, коридор дороги. Я посмотрел на небо — дронов-наблюдателей не было. И опустил тепловизор шлема на левый глаз. Да, впереди пылало, но где-то в глубине леса по обоим сторонам трассы затаилось что-то тёплое, в количестве четырёх штук.

Как хорошо, что я не попадаю в их поле зрения. Человек бы уже давно отправил «собак» атаковать меня, а эти, видать, действовали как датчики цели, смотрели только лишь в свой сектор и ждали.

Я же отцеплял коптер, открывал багажник и, поднимаясь на крышу, громко произнёс:

— Енот, наблюдаю сгоревшую гражданскую технику, перекройте трассу, чтобы больше никто не пострадал, там минимум 4 боевых ждуна. Оставляю свою машину как ориентир безопасной зоны.

— Принято! С севера заходит спецназ внутренних войск. Они информированы о тебе. Можешь смело лететь тебя на атакуют!

— Буду залетать с востока, на сколько аккумуляторов в коптере хватит. Далее по обстоятельствам, — проговорил я.

— Принято. Успехов там. Мобильный там может не работать, поэтому удачи!

— Понятно, — выдохнул я.

И я сел на коптер и активировал горизонтальный взлёт. Взмывая над дорогой, я всматривался в даль, где поднимались клубы дыма. Рванув туда, я летел всё дальше и дальше, прямо на звуки канонады. Туда где горели вышки. Туда где было разрушено КПП. А пролетая на приличной высоте и расстоянии, я видел, как огромный белый грузовик тяжело едет вперёд, а из странного U-образного здания у труб АЭС по нему палит наверное целая рота. Однако грузовик был не один: над ним я наблюдал облако летучих машин, которые, то и дело взрывались влетая на автоматные вспышки в здание. Гремели взрывы, а внизу всё горело. Слева и справа грузовик сопровождали роботизированные собаки с пулемётными, гранатомётными системами на спинах.

Провёз всё-таки псин своих… Ещё более странно, что это он сам всё собрал и в такие короткие сроки, он вообще когда-нибудь отдыхает?

Ладно, Кузнецов, ставлю тебе задачу, чтобы Тим отравился на покой, укутанный в стекловату! И я зависая над зданием и, видя на крыше 4 огневые точки обложенные мешками с песком, спешно спустился, приземляясь там. Две огневые точки, те что были сзади, работали по дронам, а две передние строчили по позиции грузовика.

Хищный свинец выбивал искры, рикошетя о парапет на этой крыше, а я, махнув рукой бойцам, которые били дронов (мол, спасибо, что не сбили), а потом бегом направился к краю, аккуратно выглядывая за горизонт парапета, и как только мой взгляд увидел первую робо-собаку, я выстрелил короткой очередью, снося его механическую голову.

Взрыв прозвучал там где был угол здания, где находилась ближайшая огневая точка. Я так и не понял: камикадзе это был или гранатомёт? И я присел потому как осколки тоже никто не отменял.

Пригибаясь, ко мне подбежал крепкий парень в чёрном.

— Пароль! — выкрикнул он, направляя на меня АК-12.

— Хуроль! — выдал я первое, что пришло на ум, сместился чуть правее и, найдя ещё одну цель, выстрелил по ней, поражая её.

Прозвучал взрыв совсем рядом, так что меня качнуло взрывной волной вправо, откинуло и бойца в чёрном.

— Ты кто? — завопил он, перекрикивая канонаду. — Тут закрытая территория!

— Я ваше подкрепление, с ОЗЛ УФСБ! — кричал я, а над горизонтом парапета уже виднелись воздушные цели, и, перевернувшись на задницу, отпустил РПК, выставляя вперёд «Сайгу».

Я так быстро никогда не стрелял, адреналин ударил в голову столь сильно, что я был готов прямо сейчас ещё раз сдать тест в «Вивальди», лишь бы не быть в зоне сброса летящих на меня дронов.

Один, второй, третий, четвёртый… И снова взрыв оглушил меня — это левая огневая точка захлебнулась в огне.

Но у меня свой сектор, им я уже не помогу. И боец в чёрном, отстав от меня, выглянул за горизонт парапета сквозь дым и поднимающуюся наверх гарь (этажом ниже что-то горело) и тоже открыл огонь.

Эта волна дронов была мной успешно ликвидирована, как в канонаде оглушающих звуков я отчётливо услышал щелчок, и тот, кто со мной говорил, тут же рухнул замертво, а на лице бойца виднелся одинокое входящее отверстие от пули, которое уже изливало кровь прямо под правым глазом, как раз ниже брони шлема и чуть ниже глазницы.

«Снайперы?» — подумал я и поспешил назад, к тыльной части здания. Приземлится сюда была тактически хорошая идея, одно смущало — поднимающееся облако из боевых машин тоже хотело тут быть.

Что же с тобой делать?.. Где-то там внизу ревел грузовик, двигаясь на простреленных колёсах вперёд, и я запрыгнул за мешки с песком, к трём мужикам с карабинами.

— Пацаны. Там внизу грузовик, он неспроста к АЭС едет. К краю, внешнему, подходить не стоит, там снайпер!

— Ты кто? — спросил меня один из них, выцеливая в воздухе очередной дрон.

— Подкрепление, — выдал я.

— Подкрепляй тогда! У нас тут позиция и сектор свой!

— Тогда держите! — И я отдал им «Сайгу» и магазины к ней. А сам побежал обратно к коптеру, чтобы завести его и пролетев мимо них рвануть назад и вниз, как раз туда, где шёл ожесточённый бой: на дворе рубились ребята в чёрном (видимо, это и есть шестой отдел, их спецназ) и наступающие машины.

Я спускался, показывая бойцам открытую руку, чтоб не пристрелили.

— Даров! Я подкрепление с особого отдела! — выдал я.

— С какого? — спросил меня боец на пулемёте, направляя на меня.

— ОЗЛ, — ответил я.

— Капец, ты наряженный, — выдохнул он, поливая сплошную стену огня и дыма свинцом (он что-то в ней видел).

Между одноэтажным КПП своей левой частью вросшим в здание и пылающей вышкой было пространство, которое тоже огрызалось ответным огнём. Всё как всегда: ничего не понятно, ведётся огневой бой. А ребята сзади нас отстреливали дроны, летящие над всем этим пылающим ужасом.

— Главное — грузовик не пропустить! — выдал я.

— Он не проедет, там поднятые УЗ, через них только танк сможет и эти твари!

— Принял. — И меня вдруг посетила мысль, что если грузовик и правда не проедет, и тогда он подорвёт себя на этом самом месте. Что там в нём, какая мощность? Судя по просадке колёс, тонн 10. Тонн десять минус оборудование, и всё равно этого хватит, чтобы от U-образного здания не оставить и следа, а вместе с этим и всех, кто эту позицию обороняет.