Месть артефактора - Алекс Хай

Она продолжила рассказывать — тише, спокойнее. О танцах, о разговорах с барышнями.

— Девушки восхищались колье, — говорила Лена. — Рассматривали каждый камень. Спрашивали, можно ли заказать похожее. Я объясняла, что это фамильная вещь, и некоторые методы уже не используются, но мы можем создать нечто подобное…

Машина остановилась у дома на Большой Морской. Штиль первым вышел, огляделся. Проверил подъезд, заглянул в подворотню и дал знак — всё чисто.

Родители ждали в гостиной. Лидия Павловна в домашнем халате, с распущенными волосами — уже готовилась ко сну. Василий Фридрихович устроился в кресле с трубкой за чашкой чая.

— Ну как? — спросила мать, едва мы вошли.

Лена сразу ринулась рассказывать.

— Мама, это было потрясающе! Весь высший свет — князья, графы, генералы! Даже советники императора… — Она приземлилась на диван рядом с матерью. — А наша парюра! Все только о ней и говорили! Дамы не могли оторвать глаз!

Василий довольно кивал, попыхивая трубкой.

— Значит, работа оценена по достоинству.

— Более чем! — подтвердила Лена. — А ещё ко мне подходили барышни, спрашивали про наше колье. Интересовались, можно ли заказать нечто подобное!

Я устало опустился в кресло напротив отца. Марья Ивановна молча протянула мне чашку чая. Я пил молча, слушая восторженный монолог сестры.

Отец посмотрел на меня.

— Не забыл пожертвовать?

— Триста рублей, как договаривались, — кивнул я.

Василий одобрительно хмыкнул.

— Знать всерьёз заинтересовалась нашей парюрой. Я ожидаю новых заказов в ближайшее время. Эффект был потрясающий. Несколько дам уже намекнули мне на желание создать нечто подобное.

Отец довольно улыбнулся.

— Значит, сходили не зря. Вложения окупятся.

— И репутация укрепится окончательно, — добавила мать. — После такого успеха никто не посмеет упрекнуть дом Фаберже.

Лена продолжала делиться впечатлениями. Мать слушала, задавала вопросы. Марья Ивановна подливала чай, с интересом слушая рассказ.

Минут через двадцать Лидия Павловна поднялась.

— Леночка, пойдём. Тебе нужно переодеться, разобрать причёску. А то завтра голова болеть будет от шпилек.

Лена послушно встала, и они ушли в спальню. Марья Ивановна собрала посуду, унесла на кухню. Я остался с отцом наедине.

Василий пыхтел трубкой, глядя в окно. По гостиной разнёсся яркий аромат вишнёвого табака.

— Отец.

Василий обернулся.

— Что, Саша?

— Тут появилось одно крайне интересное дело. Не желаешь ли поднять девятый ранг?

Глава 15

Василий отложил потухшую трубку на стол и, ссутулившись, снова отвернулся к окну. Словно груз всех прожитых лет разом упал ему на плечи.

— Девятый ранг… — Задумчиво произнёс он. — Несколько лет назад я уже пробовал… и провалился. Не хватило контроля над воздухом. Когда создавал защитный купол, стихия вышла из-под контроля. Порывы разметали конструкцию за секунды. Комиссия остановила экзамен.

— У всех случаются провалы, — невозмутимо ответил я. — Сдать на девятый ранг с первого раза почти невозможно. Иные признанные грандмастера и магистры шли к «девятке» не просто годами, а десятилетиями.

Василий повернулся ко мне. В его глазах я прочитал усталость, сомнение.

— Мне пятьдесят два года, Саша. В этом возрасте прогресс идёт медленно. Магические рефлексы уже не те, что в молодости. Тело не так отзывается на нагрузки. Я Грандмастер восьмого ранга — это много. Но девятый… Вершина. Думаю, мне всё же поздновато в это лезть.

Я понимал — Василий боялся. Не столько провала, сколько унижения перед комиссией, разочарования в собственных силах. Несколько лет назад неудача сломила его уверенность, а недавний скандал пошатнул её ещё больше.

Но мне нужно убедить его попробовать. Без девятого ранга мой план не сработает.

Я встал, подошёл к отцу и положил руку ему на плечо.

— Отец, ты сильнее, чем любой молодчик вроде меня. На твоей стороне огромный опыт. Да, молодёжь может нахрапом взять несколько рангов, но достижение «девятки» — марафон, а не спринт. Девятый ранг — не просто показатель силы, это подтверждение зрелости мага. Уверен, тебе хватит опыта, знаний и силы.

Василий удивлённо посмотрел на меня, словно не ожидал от меня такой поддержки.

— Магические рефлексы, может, и меньше, — продолжил я. — Но опыт компенсирует всё с лихвой. Ты понимаешь материю глубже, чем тогда. Знаешь тонкости работы со стихиями, чувствуешь баланс интуитивно. Это приходит только с годами.

Василий хмыкнул, но в глазах мелькнул интерес.

— У меня есть план, — продолжил я. — Усиленные тренировки. Каждый день, по два-три часа. Фокус на слабых стихиях — воздух и вода. Методичная, системная работа.

Отец недоверчиво прищурился.

— Неужели сам собираешься меня тренировать?

— Куда мне, — улыбнулся я. — С моей-то «шестёркой». Найдём инструкторов, опытных боевых магов. У Милютина в «Астрее» должны быть связи со специалистами высокого ранга.

Василий хмуро слушал, обдумывая моё предложение. Перспектива тренироваться с боевиками явно не пришлась ему по душе. Но дело в том, что лучший тренер для артефактора — это боевик. И наоборот. Мы работаем с разными формами стихии, на противоположных её сторонах. И методы «коллег» как раз помогают расширить владение стихией.

— Зачем такая спешка, Саша? — наконец спросил он. — И с чего ты вообще решил заговорить об этом?

Я жестом пригласил отца сесть, и сам опустился в кресло напротив.

— На сегодняшнем балу я познакомился с княжной Зоей Сапегой, — начал я. — Дочерью сенатора. Её мать — статс-дама императрицы.

Василий кивнул.

— Да, я знаю сенатора. Князь Станислав Казимирович на хорошем счету у государя.

— Дочь у него не менее пронырливая, — улыбнулся я. — Явно захотела себе парюру и в знакомстве со мной зашла с козырей. Княжна рассказала мне, что императорский двор собирается объявить конкурс среди имперских ювелиров.

Василий приподнял бровь и оживился.

— Императорский конкурс? Тематика?

— Летом ожидается государственный визит императора Поднебесной, — продолжил я. — Китайцы редко удостаивают своим визитом другие государства, и сам по себе визит — уже историческое событие. При дворе это понимают, так что принимать гостей будут по высшему разряду. Пышные празднества, приёмы и подарки. Государыня намерена устроить конкурс среди лучших ювелиров империи. Лучшая работа будет подарена самому императору. Остальные — членам его свиты.

Василий выпрямился. Глаза лихорадочно загорелись — профессиональный интерес вспыхнул мгновенно.

— Китайский император… Поднебесная… Какой интересный проект!

Я широко улыбнулся.