Император Пограничья 24 - Евгений И. Астахов
Третья папка содержала данные по некроэнергии как ресурсу. Замеры энергетической плотности тканей Бездушных разных классов, коэффициенты конверсии некроэнергии в формы, пригодные для использования, теоретические расчёты ёмкости. Де Понтиак подал это мимоходом, как побочный результат основных исследований.
— Некроэнергия потенциально неисчерпаема и превосходит кристаллы Эссенции на порядки, — заметил он, вращая бокал с водой в пальцах. — Вопрос лишь в способе стабильной добычи. Детали для следующего разговора.
Я кивнул, отложив эту информацию на задворки сознания, и перешёл к контейнерам. Ренар откинул крышки. Внутри, в рунных капсулах, сохраняющих биоматериал, лежали срезы тканей Бездушных. Настоящие, не подделка. Я ощутил слабый фон некротической энергии даже через рунную изоляцию.
На протяжении всего осмотра я не отпускал ни на секунду второй слой восприятия, который работал параллельно содержанию и читал форму. Структура протоколов. Система обозначений образцов: буквенно-цифровая, с характерным разделителем-дефисом между серией и номером. Формат фиксации отклонений от нормы: процентное отношение к контрольной группе с тройной перекрёстной проверкой. Специфическая нумерация серий экспериментов, которую не использовал ни один Бастион мира, потому что она была разработана для условий, где исследователь скрывает работу от внешнего контроля. Таблицы оформлены единообразно, с одинаковым набором обязательных полей и характерной последовательностью: сначала параметр, затем контроль, затем отклонение, затем интерпретация. Ни одна академическая школа в Содружестве не использовала эту последовательность. Её использовала одна-единственная организация.
Гильдия Целителей, чей почерк, безошибочный, как личная печать на сургуче, я только что имел неудовольствие наблюдать.
Глава 2
Когда папки были закрыты и контейнеры запечатаны, я выпрямился и посмотрел на маркиза.
— Впечатляет, — сказал я, и это было правдой.
Я действительно был впечатлён, только не тем, чем думал де Понтиак. Маркиз расправил плечи, и по его лицу скользнула тень удовлетворения. Проверка пройдена, князь убеждён в серьёзности оппозиции. Мы обсудили следующий шаг: конкретные условия торгового партнёрства, через которое пойдёт Сумеречная сталь. Сроки, объёмы, расценки. Я соглашался, уточнял детали, задавал правильные вопросы. Ренар отвечал, всё больше оживляясь.
Я уехал через сорок минут. В машине откинулся на спинку сиденья, и Федот, сидевший рядом с водителем, покосился на меня через зеркало, но ничего не спросил. Он умел читать моё лицо и знал, что сейчас лучше молчать.
За окном тянулись детройтские бульвары, мелькали чугунные фонари и витрины с французскими вывесками. Я смотрел на них и думал.
До этого утра картина была простой. Ренар де Понтиак — честолюбивый аристократ с парижскими корнями, который недолюбливает Совет и явно хочет занять положение повыше. Всё понятно, всё логично. Мотивы прозрачны, поведение предсказуемо. Я мог работать с таким человеком, потому что знал, чего от него ждать. Честолюбие — надёжный поводок: оно ведёт человека по прямой к его цели, и весь расчёт строится на том, что цель известна.
Теперь в эту головоломку добавился кусок, который в неё не помещался. Откуда у маркиза, торгующего из-под полы оружием и мечтающего о жизни в Париже, исследовательские протоколы Гильдии Целителей?
Первое, что требовалось понять: означало ли присутствие конфиденциальных данных у де Понтиака присутствие самой Гильдии в Детройте? Вовсе не обязательно. Соколовский, которого я не добил в Содружестве, мог уйти за океан и обосноваться здесь, работая под прикрытием местных структур. Детройт, с его закрытостью, внутренним расколом и промышленной базой, годился для тихой гавани идеально. Кроме того Гильдия Целителей могла существовать здесь всегда, встроенная в городскую ткань на правах невидимого арендатора. По сути, региональное отделение, ведущее свои независимые исследования.
Однако материалы могли также прийти издалека — по каналу, о котором я пока ничего не знал. Кто-то мог продать маркизу данные, передать их в рамках сделки или использовать как валюту в игре, правила которой мне ещё предстояло разобрать. Присутствие протоколов в подвале Ренара не означало присутствия Гильдии в городе так же, как присутствие французского вина на столе не означало, что виноградник растёт во дворе.
Засела ли Гильдия в Детройте или нет, заранее ли подстелил себе соломку глава организации или был вынужден спешно метаться после разгрома штаб-квартиры в Москве и потери сети по всему Содружеству, уже не важно.
Вопрос о местонахождении Гильдии был вторичен. Первичен был вопрос о де Понтиаке. Три папки с полным спектром исследований, от биологии тварей до управляющего сигнала Кощея, плюс законсервированные образцы тканей в рунных капсулах. Это не обрывки, вынесенные уволенным лаборантом в кармане через проходную. Это систематизированная выборка, подготовленная для передачи, с сохранением внутренней логики и единообразия оформления. Так выглядит пакет документов, собранный по запросу. А это означало связь, не случайную, не разовую, а рабочую. Маркиз являлся контактным лицом — либо напрямую, либо через посредника, но с уровнем доступа, который случайным покупателям не достаётся.
И вот это меняло всё. Если де Понтиак связан с Гильдией, то его «оппозиция» могла быть не самостоятельной инициативой честолюбца, а операцией прикрытия. Подготовленной площадкой, через которую Гильдия внедрялась в структуру города, используя внутренний раскол как точку входа. Тогда маркиз не просто хотел сменить Хранительницу, а работал на людей, которым нужен был контроль над высокотехнологичным оружейным Бастионом.
Я мысленно переместил де Понтиака из категории «полезный союзник» в категорию «опасный инструмент, за которым нужно наблюдать в оба глаза». Разрывать контакт я не собирался. Наоборот: маркиз, сам того не подозревая, только что стал нитью, ведущей к Соколовскому. А через Соколовского, возможно, к кукловоду, который стоял за обручем, дронами и закладкой в голове Потёмкина.
Звенья цепи ложились одно к одному: менталист Бижики, исследования управляющего сигнала, детройтские компоненты в дронах, протоколы Гильдии в папках де Понтиака. Связь между Бижики и Гильдией пока оставалась непроверенной, но направление поиска выстроилось в линию, которую можно было проследить.
Так или иначе пока я продолжу изображать впечатлённого князя, готового к серьёзному союзу. Пусть Ренар думает, что ведёт партию. Тем приятнее будет его огорчить.
Следующие дни я вёл двойную игру.
На поверхности торговое партнёрство с де Понтиаком набирало обороты. Мы согласовали конкретные объёмы первой партии Сумеречной стали: тонну слитков стандартного сечения, с опцией увеличения до двух тонн при подтверждении качества образцов. Курт Нойманн получил от людей маркиза спецификации на миномётные и ракетные системы детройтского производства, технические описания которых заняли два толстых каталога с
