Слишком долгий отпуск - Сергей Александрович Самохин

–

Зачем нам им мстить? – не унималась Анита.

–

Как зачем? – я даже опешил от вопроса. – Адриан разве не был тебе другом?

–

Адриан был мне больше, чем другом, он был моей семьей. Как и все остальные тут. И я не хочу ни с кем воевать. Нам нужно уйти подальше, найти себе новое место, где мы будем жить.

–

Уйти? Куда? Сколько ты будешь бегать? Да и… В конце концов выживает сильнейший, так жизнь устроена.

–

Какая жизнь? Твоя жизнь там, откуда ты? Вы там друг друга постоянно убиваете?

–

Порой да. Но сейчас речь не обо мне. – я начинал злиться.

–

Вот именно. Речь о всех нас. – Анита явно была на грани нервного срыва и истерики, и только это меня сдерживало, от того, чтобы не послать ее к черту. – Я не хочу выяснять, кто сильнейший. Адриана убили, этого хватит.

–

Ну да, выяснять тебе неинтересно. Ты предлагаешь убегать. Убегать, не зная куда, и делать там непонятно что. Только с такой тактикой ты точно ведешь всех на смерть.

Анита хотела что то ответить, но лишь дернула плечом, и опустила голову, чтобы я не увидел, как у нее из глаз предательски потекли слезы. Повисла неловкая пауза, все смотрели себе под ноги.

–

Смотрите. Вот как мы поступим. Мы вернемся в тот город, все мы. Найдем тех бандитов, одного или парочку, и поговорим с ними, очень убедительно поговорим. Узнаем, как к ним подступиться. И ликвидируем их лидера, или несколько лидеров – сколько понадобиться, чтобы покончить с ними. Мы заберем их припасы и оружие, и уже потом можем рассмотреть твой, Анита, вариант с перемещением на другое место. Так мы станем сильнее, отомстим за Адриана, и обеспечим выживание себе. И та банда без головы уже не сунется за нами. Вот как мы поступим.

Я оглядел детей. Все молчали, Анита закрыла лицо ладонями.

–

Михи, ты был лучшим другом Адриана. Ты согласен с моим планом? Ты со мной?

Михи поднял на меня глаза. Я не увидел у него во взгляде решимости, но он кивнул. Ничего, бояться не плохо. Плохо наоборот, ничего не бояться.

–

Ну вот, Михи меня поддерживает.

–

Он тебя будет поддерживать, даже если ты станешь прыгать с высокой скалы на камни. – не поднимая головы вдруг сказала Юлия.

Я не стал ей отвечать, да и не нашел сразу, что сказать.

–

И на самом деле, у нас все равно нет другого выхода. Чтобы уйти неизвестно куда, нужны припасы и оружие. Все это есть у бандитов. А может, у них и карта есть, вот это было бы очень кстати. Потому, мы сегодня идем в сторону города, найдем место для ночлега, а завтра начнем присматриваться к врагу. Времени у нас мало.

Я злился на себя, что вроде как оправдываюсь перед этими сопляками. Я о них забочусь, а они в пацифизм играют. Надо быть тверже. Если я решил – идем, то все идут.

И все пошли. Я постарался честно спросить у себя, если ли другой вариант, но не увидел ничего лучше того плана, который я уже изложил. Конечно, та банда может быть многочисленна и хорошо вооружена. Конечно, нам с ними в равном бою не тягаться. Но, во-первых, нам и не нужно убивать всех, нам нужно только обезглавить эту структуру, остальные должны рассыпаться сами. И во-вторых, я не собирался бросаться головой вперед с разбегу в город. Мне нужна сперва информация.

На ночлег мы остановились у ручья, перебравшись через него с грехом пополам – маленькую Синтию пришлось переносить через течение на шее, потому что левая моя рука слушалась меня все хуже и хуже. И что было еще противнее – рука начала вдруг меньше болеть. Я утешал себя тем, что она, может, просто начала заживать, но утешение было несколько надуманным. Снимать повязку и проверять я не хотел.

День тринадцатый

Волки напали под утро. То ли я открыл глаза непосредственно перед самой атакой, то ли эта атака меня и разбудила – я так и не понял. Плохо, что атака застала нас врасплох. Зверей было несколько, и воем предупредить нас заранее они отчего-то не удосужились. Я только услышал какое-то рычание, возню, и спросонья схватился за автомат и за нож. Мне очень уж не хотелось стрелять так близко от города – там скорее всего выстрелы услышат. Но когда раздался истошный крик, даже не крик, а вопль, я бросил нож, и перехватил автомат покрепче.

Стрелял я короткими очередями по мечущимся зверям – сколько их было точно, сосчитать не представлялось возможным. Эта ночь была светлой, луна щедро освещала поле боя. Вроде я даже