Балкания - Александр Ермак

– Бывает. Это же естественно.

– Как сказать, как сказать… Сочувствуете ли вы кому-нибудь, проявляете эмпатию?

– Почему бы и нет? Это опять-таки естественно.

– Как сказать. Сейчас послушаем фонендоскопом. Дышите. Не дышите. Вам нравится паразитический образ жизни?

– Нет. Никогда его не вел.

– Не обижайтесь. Люди очень разные. Наклонитесь влево, вправо, вперед, назад. Вам свойственны беспорядочные половые связи?

– Это допрос?

– Конечно нет!

– Обязательно отвечать?

– Конечно нет. Но желательно.

– Не свойственны.

– Похвально!.. У вас были проблемы с поведением в детстве?

– Да, получал в школе по поведению «неудовлетворительно».

– Я имею в виду скандалы, конфликты в семье, с друзьями, учителями, мелкие преступления, приводы в полицию.

– Не помню такого за собой.

– Прекрасно, прекрасно. Одевайтесь. Есть ли у вас реалистичные цели на будущее?

– Конечно, как и у всех!

– Ну, не у всех это «конечно». Вы импульсивны?

– Не без того.

– Безответственны?

– Я бы так не сказал. Что-то еще, док?

– Нет, я с вами почти закончил. Анализы будут готовы в ближайшее время. Вот еще… Были ли у вас неоднократные недолгие браки?

– Гм. Это тоже относится к моему здоровью?

– К психическому – да. Так что?..

– Не было.

– Вам нравится улица Новой Демократии?

– Хорошая улица.

– Что вы думаете о сторнации?

– Думаю.

– Замечательно! На сегодня мы закончили!

– И каков промежуточный вердикт? Диагноз?

– Все хорошо. А подробнее. позже. Сейчас у меня будет следующий пациент.

– Позже так позже, – Стефан посмотрел на компьютер, в который доктор продолжал что-то вбивать. – А у вас там информация обо всех пациентах?

– Обо всех, кто проходил через меня.

– А все вновь прибывшие по линии WP проходят через вас?

– Именно!

– Эндрю Роллинз, Любшин – тоже?

– Кто это?

– Такие же, как я, журналисты.

Доктор посмотрел вверх, как бы задумываясь, вспоминая. Пауза затянулась, и Стефан задал еще вопрос:

– Доктор, а вы болтливы?

Тот удивленно взглянул на Стефана, кивнул:

– Да, вот я-то болтун отменный.

– Ощущаете ли вы себя весьма значимой персоной? Нуждаетесь ли вы в психическом возбуждении? Вы часто врете?

Доктор улыбнулся:

– У вас отличная память.

– Любите ли вы мошенничать, манипулировать людьми? Испытываете ли вы раскаяние, чувство вины после совершения каких-либо действий? Сочувствуете ли вы кому-нибудь, проявляете эмпатию?

– Прелестно!

– Вам нравится паразитический образ жизни? Вам свойственны беспорядочные половые связи? У вас были проблемы с поведением в детстве? Есть ли у вас реалистичные цели на будущее? Вы импульсивны? Безответственны? Были ли у вас неоднократные недолгие браки? Вы поддерживаете сторнацию?

– Феноменально!

– Так вы ответите? Или, может быть, в компьютере сохранились записи… Эндрю Роллинз, Любшин.

Доктор снова посмотрел в потолок, потом перевел взгляд на Стефана, на одну стену, на другую, качнул головой и развел руками:

– Едва ли.

– Их было бы трудно забыть! А в памяти компьютера сохраняется все, если, конечно, специально не удалять данные.

Доктор глянул на Стефана, на этот раз – с заметным раздражением. Снова скользнул взглядом по потолку, стенам, потом выразительно кивнул в сторону телефона. Теперь Стефан наконец понял. В командировках они тоже никогда не говорили о серьезных вещах внутри помещений.

Фаустас продолжил записывать что-то в компьютер. Закончив, спросил:

– А что вы делаете послезавтра?

– Так, по мелочам.

Доктор еще раз взглянул на потолок, на стены, на телефон:

– Думаю, для акклиматизации вам будет очень полезна неспешная прогулка по пересеченной местности, а также свежий горный воздух. Я, кстати, знаю здесь несколько приятных троп с потрясающими видами. Мы можем как-нибудь прогуляться вместе.

– С удовольствием.

«ЧТО НЕ ТАК В БИБЛИИ?»

Остаток этого дня и всю следующую неделю Стефан читал Библию и время от времени снова и снова задумывался о надписи на зеркале:

45:5:1, 13:16:25; 62:2:8; 16:5:15; 43:9:34; 33:22:6; 3:9:10; 42:8:31; 48:2:1; 29:2:5; 66:3:2.

– Подумать только, детская задачка… Не поддается!

Выходил из квартиры ненадолго, только чтобы перекусить в ресторане на площади, пройтись немного по знакомым улицам, осмыслить новые мысли, что появились в голове после чтения Библии. Но где бы он ни был, он все время чувствовал присутствие не только второго – Бояна, – но и кого-то третьего. То мелькнет непонятная тень, то в зеркале отразится и тут же исчезнет чужая фигура. Может, это была тень из памяти? А если все-таки они встретятся, случайно встретятся? Можно было бы, конечно, запросить информацию о ней у Бояна или Марка, но не повредит ли это ей или ему самому? Зачем давать лишние сведения людям, от которых неизвестно чего можно ожидать.

Стефан хмурился. Ненужные мысли отвлекали от рабочих размышлений. Однако, будучи профессионалом, он быстро возвращался к поставленной задаче. Чем дальше, тем сильнее эта задача удивляла Стефана. Он, кажется, стал понимать Марка: чтение Священного Писания было действительно не самым увлекательным занятием. Листая тонкие страницы, Стефан то и дело зевал, хотя накануне прекрасно выспался. Постоянно хотелось отвлечься: вернуться к расшифровке сообщения Эндрю Роллинза, сварить еще кофе и выпить чашечку у окна или на балконе, включить телевизор, радио, нырнуть в интернет, раскрыть наугад один из десятка стоящих на полке детективчиков. Однако Стефан удерживал себя от того, чтобы отложить скучную книгу в сторону, профессионально, въедливо читал каждую строчку, пытаясь понять ее особый смысл, представить себе, какие чувства слова Библии вызывают у верующих.

Прочитал историю Адама, Ноя… Его очень сильно разочаровал рассказ об Авеле и Каине. Стефан предвкушал, что будет читать серьезную психологическую драму о конфликте двух братьев, двух родственных душ, а столкнулся с сухой констатацией фактов на полстранички:

«Адам познал Еву, жену свою; и она зачала, и родила Каина, и сказала: приобрела я человека от Господа.

И еще родила брата его, Авеля. И был Авель пастырь овец, а Каин был земледелец.

Спустя несколько времени Каин принес от плодов земли дар Господу, и Авель также принес от первородных стада своего и от тука их. И призрел Господь на Авеля и на дар его, а на Каина и на дар его не призрел. Каин сильно огорчился, и поникло лицо его.

И сказал Господь Каину: почему ты огорчился?

И отчего поникло лицо твое? Если делаешь доброе, то не поднимаешь ли лица? А если не делаешь доброго, то у дверей грех лежит; он влечет тебя к себе, но ты господствуй над ним.

И сказал Каин Авелю, брату своему: [пойдем в поле].

И когда они были в поле, восстал Каин на Авеля, брата своего, и убил его.

И сказал Господь Каину: где Авель, брат твой? Он сказал: не знаю; разве я сторож