Шах и мат - Мэлори Блэкмен
И видит Бог, я пыталась, но так и не полюбила его. Я пыталась заставить себя почувствовать к нему хоть что-то из того, что испытывала к Каллуму, но не вышло. Я хотела той же жгучей волны безумной страсти. Но даже когда мы с Сонни занимались любовью, часть меня сдерживалась, наблюдая, ожидая и размышляя. Так что это не могла быть любовь.
Или?..
Как бы я хотела заставить себя чувствовать. Я любила Сонни, но, похоже, больше дать ему не могла. И понятия не имела, как сильно это его терзало, – пока не услышала эту песню. У нее была нежная мелодия, завораживающе красивая. Сначала шла только гитара, затем мягким фоном добавились барабаны и фортепиано. В середине был сольный гитарный рифф. Песня действительно получилась одной из его лучших. Думаю, потому что шла от сердца.
– А теперь в качестве хита недели «Менаж-а-труа» Сонни, – объявил диджей поверх вступления.
Я не любитель кинков,
Такое не по мне.
Кому нужна куча-мала
С тобой наедине.
Куда там пять, четыре…
Да три – уже толпа.
Хочу тебя коснуться,
А не менаж-а-труа.
И все, о чем мечтал я,
Что у судьбы просил, —
Лишь ты, лишь только для меня,
А не менаж-а-труа.
Когда лежим мы вместе
Я, ты – и он опять,
То в каждом поцелуе
Есть и его печать.
Пытаюсь прикоснуться —
А он успел вперед.
Не отрицай, не утешай,
Ну как заметишь ты меня?
Опять он отвлечет.
Так, может, все закончить?
Да, думаю, пора.
И все, о чем мечтал я,
Что у судьбы просил, —
Лишь ты, лишь только для меня,
А не менаж-а-труа.
Как жаль, что мы сошлись,
Я так в тебя влюбился,
Да только до сих пор
Ответа не добился.
Да, мне не выиграть у него —
Только пустая силы трата.
Ты спишь, а я в слезах лежу,
Нельзя так больше, ухожу,
Вы оба где-то там, внутри,
А я снаружи, на подхвате.
И все, о чем мечтал я,
Что у судьбы просил, —
Лишь ты, лишь только для меня,
А не менаж-а-труа.
Ох, Сонни…
Глава 43
Роуз 11 лет
Наконец-то дождь перестал стучать по моему капюшону. Я тряхнула головой и сбросила его. Солнце уже выглянуло, радостно светя сквозь оставшиеся серо-белые облака. Но я промокла. Носки были влажными, а спина неприятно теплой и липкой, но я не знала, просочился ли это дождь сквозь капюшон или просто испарина. Я расстегнула куртку, радуясь свежему ветерку. Тротуар блестел, а вода стекала по желобу в открытый сток на обочине дороги.
Еще один день прошел. Через несколько недель младшие классы закончатся. Скоро я пойду в среднюю школу – просто не могла дождаться. Мама тоже. Она почти так же радовалась, как и я.
– Эй, Роуз. Подожди.
Я обернулась и увидела, как Тоби бежит следом. Мое сердце рухнуло, как окаменевшая какашка. Ну вот чего ему надо? В прошлый раз мы с ним крупно поссорились. И в позапрошлый тоже. И в позапозапрошлый раз. В последнее время мы с Тоби только и делали, что цапались между собой. Он зашагал рядом. На нем были джинсы, футболка с надписью «Да плевать» в стиле граффити и джинсовая куртка.
– Как собеседование в «Хиткрофт Хай»? – спросил Тоби.
Я пожала плечами, не сбавляя шага:
– Похоже, нормально. Мне предложили место.
– Мне тоже. А еще дают полную стипендию.
– Поздравляю. Ты изначально туда хотел?
– Конечно. А что? Ты разве нет?
– Раньше нет, но теперь да, – призналась я. – Мама очень хочет, чтобы я туда пошла. Говорит, что директриса миссис Пакстон просто фантастическая.
– Откуда она знает?
– Миссис Пакстон работала учительницей, когда мама туда ходила.
Тоби был ошеломлен:
– Так она, получается, прям древняя.
– Эй! Моя мама не такая уж старая, – возразила я. Хотя, должна признать, сама подумала точно так же, когда мама рассказала мне о директрисе.
– Было бы здорово, попади мы в один класс, – заметил Тоби.
– Ага, – сухо поддакнула я. – Мы же так редко видимся.
И тут же пожалела о том, что ляпнула, увидев выражение его лица.
– Ты пытаешься мне что-то сказать? – тихо спросил Тоби.
– Нет. Это была шутка. Ты ведь понимаешь их, не так ли?
Тоби выдавил из себя улыбку:
– Даже если мы будем в одном классе, необязательно нас посадят рядом.
– Тоби, читай по губам: это была шутка.
– Может, со временем она и превратится в шутку, – предположил Тоби.
– Да отвали!
– Ой, какая прелесть! Лучше не говори такое при бабушке Джасмин.
– Да это же ничего не значит.
– Ага, ей расскажи, когда она услышит. Вдобавок всегда важен контекст, – надменно сообщил мне Тоби.
Иногда он был таким чертовски умным, что становился почти невыносимым. Тоби годами рассказывал мне всякую чепуху, просто чтобы доказать, как он умен. А я сотни раз попадала в неприятности из-за того, что верила ему.
Больше нет.
Мне уже одиннадцать. Я не какой-то ребенок, который верит каждому слову. И уж точно не от Тоби Дарбриджа, спасибо большое. Скажи он мне, что кровь красная, я бы специально порезала палец, чтобы сначала проверить.
– Я слышал, Элла сегодня вела себя как обычно, – заметил Тоби.
Я пожала плечами. Мне не хотелось говорить об Элле Чеши. И без того приходилось терпеть ее в школе, чтобы еще вспоминать о ней после. Какая ирония. Какое-то время мы дружили – пока она впервые не пришла ко мне домой поиграть. После этого Элла не разговаривала со мной целую вечность и всегда становилась в пару с кем-то еще, когда мы играли или танцевали в школе. Я изо всех сил старалась подружиться с ней, но она почти не разговаривала со мной. А как только Элла нашла новых друзей, то начала вести себя со мной отвратительно. Например, подкрадывалась сзади и ерошила мне волосы и называла спагетти-головой или шваброй, просто потому что мои волосы висят. А наедине обозвала их пустышкиными. В первый раз это меня всерьез разозлило. Я толкнула ее к стене, и Элла споткнулась. Потом побежала к мисс Гарденер и нажаловалась на
