Рассказы 3. Степень безумия - Яков Пешин
Пазл сложился.
Миша словно собственными глазами увидел, как из окна этой самой квартиры выпрыгивает тысячекратно проклятый им кот и бежит в сторону дороги. А следом, подбирая полы своей мантии, неловко семенит по коридору Рукавицын, над которым чучельнику уже не хотелось смеяться. Фантазия склеилась с воспоминанием об аварии и стала единым целым. Следом Миша увидел со стороны себя, склонившегося над столом, пытающегося вопреки оставившей его памяти воссоздать если не саму семью, то ее образ, символ. Представил Рукавицына, пытающегося вернуть к жизни единственное близкое его темной душе создание. Вообразил, как тот читает долгие тарабарские заклинания, совершает раз за разом над каждым новым чучелом нечестивые помазания, пока не добивается… успеха? Перед глазами вновь возникло безжизненное исцарапанное тело колдуна. Может быть, это и есть цена, которую следует заплатить за искупление, за воссоединение?
Миша отложил листовку, вернулся в комнату и накрутил по памяти номер Вадика. Ему ответил сонный испуганный голос.
– Все в порядке, Вадюш. Нужна помощь дружеская, срочная. Твой друг-охотник медведя достать сможет? Любые деньги плачу. Чего-чего? Теремок собрать. Да, конечно, шучу. Спокойной ночи.
⁂
«Записка на клочке бумаги, найденная у тела Потапова М.М.»
Разнесло, как клочья ваты.
Угадай, кто виноватый?
Между чучел, строф и кат,
Потерялся адвокат.
Представление в разгаре –
Звон стекла и запах гари,
Красно-желтый бьет софит
Тем, кто в бельэтаже спит.
Зайцы смылись, ну а лисы
Ускользнули за кулисы.
Остается лишь Медведь
Здесь один за всех потеть.
Но считалка не про это.
Вам привет от Бафомета.
Влад Костромин
Ногти
Сережу коллеги считали странным. Впрочем, он не оставался в долгу и считал странными их. Хотя, казалось бы, что странного в том, что человек годами вел семейный бюджет, тщательно анализируя месячные, квартальные и годовые траты, вычисляя их удельную долю в объеме потребления и думая, как можно сэкономить. Нет, Сережа не был жадным, он просто был разумен, рачителен, прагматичен и бережлив – качества, не пользующиеся уважением в русском народе, привыкшем тратить с широкой душой кровью и потом заработанные копейки. Сережа же, несмотря на свое доподлинно русское происхождение, характером скорее был ближе к немцам, точнее помеси немца и еврея, взяв лучшее от обеих наций.
На работе Сережу терпели только потому, что он был самым эффективным и результативным сотрудником управления, и начальник был без него как без рук. Эффективность эффективностью, но повышать ценному работнику ни зарплату, ни должность не спешили – работает и ладно. Уйдет – наймем другого. Тем более Сергей, будучи прагматиком, о повышении не просил, понимая, что для начальства важнее пристроить кого-нибудь из «блатных» или родственников, чем воздавать хорошему работнику по делам его. А уволившись, устроиться на хорошую работу было мало шансов – везде тянули своих исходя из принципа личной преданности, а не компетентности или отношения к труду. Денег при экономности натуры на жизнь вполне хватало, даже еще удавалось ежемесячно откладывать большую часть зарплаты.
Собственно говоря, будь Сережа чуть менее бережлив и имей чуть более распахнутую душу, ничего бы и не произошло. Или все равно произошло бы? Кто знает… Ну зарезал бы кого-нибудь по пьяной лавочке, отсидел, вышел и жил бы, как живут миллионы его сограждан. Но, на свою беду, Сережа из соображений экономии и заботы о здоровье, продиктованной той же экономией, не пил.
В тот день (как и в последующие) ничего не предвещало плохого. Сережа в обеденный перерыв стриг ногти на ногах. Ножницы для акта гигиены из экономии использовал офисные – между прочим, это было еще одной причиной, почему стригущие ногти дома коллеги считали Сережу странным. Обычно он состригал ногти и выбрасывал, вызывая неудовольствие уборщицы, в корзину для мусора, но сейчас задумался, глядя на большой желтый ноготь, только что украшавший большой палец левой ноги.
«Вот положим, из ногтя можно что-то полезное сделать?» – пришла к Сереже мысль, и он даже оглянулся по сторонам в изумлении, что такая гениальная в своей простоте мысль не пришла ему раньше. Коллеги по open-space офису, до того с омерзением наблюдавшие за Сережей, сразу притворились, что заняты своими делами.
«Например, клей какой-нибудь. Делаю же я клей из старой фотопленки. Может, из ногтей еще прочнее получится, вроде суперцемента, и при этом бесплатно. Они вон какие крепкие», – неожиданно для себя Сережа попробовал ноготь на зуб.
Ваня Ильюшкин, недавно сбривший усы, увидев это, кинулся в туалет, где с ним случился приступ рвоты.
«Надо в интернете состав ногтей изучить», – решил Сережа и, открыв стол, нашел пустой пузырек темного стекла, куда и сложил обрезки. Признаться, пузырек хозяйственный Сергей прихватил проходя мимо мусорки во дворе – авось на что и сгодится. Вот и нашлось применение.
Залез в интернет и начал читать о ногтях. Обрывки информации капля за каплей поступали в воспаленный мозг, подтачивая рассудок, и без того расстроенный повышением НДС и введением платы за сортировку и вывоз мусора. С тех пор Сережа стал складывать ногти в пузырек, еще больше укрепив репутацию странного. Время шло, цены росли, но идей, как использовать ногти, все больше заполнявшие пузырек, не приходило. В роковой день Сережа задержался в офисе сверхурочно.
«А что, если… – прочитав елизаровские «Ногти», подумал Сережа, – …обратиться к магии?». Вытащил из стола пузырек, открутил крышку. Вытащил пробку и вдохнул неожиданно острый и дурманящий запах. Перед глазами поплыло, и Сережа потерял сознание.
Очнулся внезапно, будто солдат, вырванный из сна командой «Рота, подъем!». Непонимающе посмотрел на пузырек, на рассыпанные по столу ногти, сложившиеся в стрелку, указывающую на рабочее место Ильюшкина. Сергей привстал – место Ивана, тоже оставшегося работать сверхурочно, пустовало.
– Свалил, недоусок. – Он сгреб ногти в пузырек и спрятал в стол. Посмотрел на часы на мониторе – 19:50. – Хорошего понемножку, пора домой валить.
Собрался, выключил комп и ушел.
Назавтра утром в офис не попал. Вход охранял строгий розовощекий сержант. Слушая разговоры коллег, толпящихся в коридоре, Сергей с удивлением узнал, что ночной сторож обнаружил тело Ивана.
– Убили Ваню, – трепались коллеги.
– Да кому он нужен? Сам, как Децл, от сердца умер.
– Убили, изуродовали так, что еле узнали. Только по бейджу опознали.
– Маньяк какой-то
