Летящие в ночи - Джонатан Джэнз

тринадцати месяцев. Пьер всегда уделял мне время, даже в самые загруженные дни все равно находил минутку, чтобы хотя бы со мной поздороваться. А иногда заходил в мою камеру, чтобы мы могли поговорить подольше. Это если не считать наших разговоров во внутреннем дворе и во время прогулок крайне медленным шагом до туалета и обратно. Пьер был единственным, кто с радостью общался со мной, когда мне казалось, что меня все бросили.

– Спасибо, – прошептал я ему.

Его стоическое выражение лица не изменилось, но он сжал мою руку. Пусть у меня не было ни мамы, ни папы. Зато был Пьер.

Позади меня столпилось еще больше людей, и, взглянув на них, я понял, что Анита и Дэйв встали рядом с Пьером. Заметив мой взгляд, Дэйв улыбнулся, и я улыбнулся ему в ответ.

Снаружи раздался рев тварей, и я разом забыл про все хорошее, о чем только что думал.

– Сохраняйте спокойствие, – пробормотал Хаддад.

Дэйв беззлобно хмыкнул. Я не мог его винить. Действительно: как мы можем сохранять спокойствие, когда нас вот-вот сожрут монстры?

Хаддад перешел на шепот, явно пытаясь скрыть предмет следующего разговора от Монтаны.

– Нам нужно отвлечь внимание.

– Детей? – спросила Мия.

– Монтаны.

– Я займусь этим, – тут же вызвался Баркер.

Только тогда я, если честно, вспомнил, что он тут с нами находится. Мы не общались с тех пор, как Ночные ужасы напали на больницу, и я с тревогой заметил, что, каким бы образом он ни выжил, на здоровье это явно сказалось. Кожа Баркера стала пепельной, волосы… Я сначала даже глазам не поверил, настолько они отросли за то короткое время, что я его не видел: вместо армейской стрижки – воронье гнездо кудрявых волос. Но кое-что вызвало у меня еще бо́льшую тревогу. Его кривой нос… больше не выглядел кривым. Но я решил об этом не думать.

– У меня получится, – заверил нас Баркер.

– Вы уверены? – спросил Пьер. – Вы же совсем молодой человек, у вас вся жизнь впереди. А я умею очень быстро бегать.

Пьер не соврал, но, как бы эгоистично это ни звучало, я молился, чтобы предложение Пьера не приняли, чтобы пошел кто угодно, но не он. А еще лучше – чтоб это все оказалось кошмаром и я наконец проснулся.

– Это должен быть я, – возразил Баркер. – Мой возраст и ваша скорость не имеют никакого значения.

Что бы он ни имел в виду, времени для разговоров у нас не осталось.

– Отлично. Баркер, ты прорываешься к северной стене, принимаешь на себя огонь Монтаны. Я брошусь на него с фланга, постараюсь застать врасплох.

– Понял.

Дэйв покачал головой.

– Этого недостаточно… Монтана убьет тебя быстрее, чем…

– У нас нет времени на дебаты. – Баркер поморщился, будто от боли, заставив меня вновь задаться вопросом: а что, собственно, с ним в ту ночь случилось? Пич еще глубже зарылась в мое плечо.

– Я побегу с вами, – предложил Дэйв.

– Без обид, – прошептал Пьер, – но с твоей хромотой ты ему только помешаешь.

– Но в целом-то я бежать могу.

Прежде чем Анита успела запротестовать, он добавил:

– Мне нужно это сделать.

У меня сжалось сердце. Я уже видел такое поведение раньше. Ребекка Рэлстон, лучшая подруга Мии, чувствовала себя ответственной за смерть младшей сестры. Из-за этого чувства вины она пожертвовала собой прошлым летом, чтобы спасти нас. Я вспомнил, как Дети обступили Ребекку, как издевались над ней, прежде чем разорвать на части.

– Послушай, Дэйв, ты не должен…

– Должен. Ты был абсолютно прав. Все это время я вел себя как совершенно дерьмовый муж.

Он взял руки Аниты в свои.

– Послушай, я понимаю, что тебя это не утешит, но… мне жаль. Ты заслуживаешь лучшего, чем то, что я тебе дал. Ты вообще заслуживаешь лучшего.

– Пожалуйста…

Их разговор прервал голос Хаддада:

– Нужно начинать. Баркер, иди прямо на Монтану. Дэйв, мы с тобой нападем на него сзади. Надеюсь, хотя бы у одного из нас получится с ним справиться.

– Что потом? – Анита едва держала себя в руках. – Он от вас пустого места не оставит.

– Может, все вместе на него нападем? – подал голос Барли.

– Ты останешься здесь. – Хаддад смерил его суровым взглядом. – Как и все остальные. Как только начнется стрельба, я хочу, чтобы вы упали на пол. Подползите как можно ближе друг к другу и не высовывайтесь.

Мия покачала головой.

– Вы так и не объяснили, что произойдет, когда вы доберетесь до Монтаны.

– У меня есть нож, – сказал Хаддад.

– Но…

– Его оружие – наш единственный шанс на спасение.

– Тебе не нужно им помогать, – сказал Пьер Дэйву. – Будет лучше, если я…

– Да прекратите уже болтать, – перебил Баркер. – Смотрите.

Мы глянули в том направлении, куда он показывал. Вдоль северной стены, где Баркер должен был устроить свою самоубийственную диверсию, появилась тень, очень высокая и тонкая. Человек такую тень отбросить не мог.

– Пора, – прошептал Хаддад.

– Я пойду с вами, – тут же заявил Пьер.

– Ты останешься здесь, чтобы защитить этих детей.

Я услышал звук поцелуя и, полуобернувшись, увидел, как Дэйв отстраняется от Аниты. В ее глазах стояли слезы.

– Не надо… – начала она.

Но Баркер уже побежал вперед.

Монтана и в самом деле отвлекся. Огромный солдат поднял свою M16 – Лиззи, вспомнил я с горечью – и начал стрелять.

* * *

Только когда они преодолели половину расстояния, я понял, что Дэйв и Хаддад сделали петлю и приближаются к Монтане с тыла.

Снова загрохотала винтовка, и я повернулся, чтобы посмотреть, мертв ли Баркер.

Но вместо его бездыханного тела я, словно в замедленной съемке, наблюдал, как он, будто главный герой какого-нибудь старого мультфильма, уворачивается от пуль. Монтана, сам не ожидая от своей цели такой прыти, промазал по нему, наверное, раз пятнадцать. Но в итоге…

Сначала кровь полилась из икры Баркера, потом еще больше крови – из подколенного сухожилия. Но прежде чем я смог осознать произошедшее, Баркер взвизгнул и вскочил на ноги, словно какая-то огромная дикая кошка.

Его глаза светились красным.

Пресвятая Богородица.

– Уилл? – Мия выглядела такой же ошеломленной, как и я. – Ты тоже это видишь?

– Что, черт возьми, с ним происходит? – Даже Монтана в ужасе уставился на Баркера.

Я бросил взгляд на дуэт, приближающийся к нему со спины. Дэйв бодро шагал вперед, но все же отставал на несколько шагов от Хаддада. Глаза Монтаны расширились, и он крутанулся как раз в тот момент, когда полковник протянул руки к его шее.

Впрочем, это не помешало Хаддаду сменить стратегию, броситься на эту гориллу и сбить с ног. M16 направила свой смертоносный огонь в потолок, где