Летящие в ночи - Джонатан Джэнз

– Послушай меня, Пич. Послушай меня.

– Нет! – кричала она, ее голос срывался на рыдания. – Как ты можешь!

– Послушай, – повторил я, мой голос был таким же надломленным, как и ее. Я говорил ей на ухо, прижимаясь щекой к ее щеке, и наши слезы сливались. – Ты самый важный человек в моей жизни.

– Ты меня обманул…

– Никто не значит для меня больше, чем ты. Если с тобой что-то случится, я этого не переживу.

– Тогда не уходи, – прошептала она.

– Я люблю тебя, Пич. Благодаря тебе моя жизнь имеет смысл.

– Пожалуйста, – повторила она, ее тело содрогнулось.

Я поцеловал Пич в щеку, заметив, что ее скулы стали более выраженными, чем раньше. За год нашей разлуки она совсем исхудала. Кто заставит ее есть, если меня не будет рядом? Что станет с ней, если я не выживу? Риггс обещал найти ей приемную семью, но…

И тут мне пришла в голову еще одна, куда более жуткая мысль.

Хватит ли Риггсу совести позволить и Пич, и Мие спокойно жить? Учитывая все то, что они знали?

Я подумал о бойне, которую устроили в убежище. О пулеметчиках.

Но все же решительно отстранился от сестры и закрыл дверь, прежде чем она успела бы выскочить из машины.

Пич, конечно, сразу же отстегнула ремень безопасности, но я прижался к двери, удерживая ее внутри. Мия наблюдала за мной с водительского места. Я смотрел на нее в ответ и старался вложить в свой взгляд как можно больше мольбы. Что бы Мия там ни увидела, она, очевидно, поняла, что отговорить меня уже не удастся, так что протянула руку и захлопнула дверь.

– Уезжайте, – одними губами сказал я Мие и отошел от джипа. Она бросила на меня последний взгляд, а потом они покатили вперед. Пич бросилась к двери и стала бить ладонями по окну. Я слышал, как она плачет, умоляя Мию остановиться.

Со слезами на глазах я бросился догонять Хаддада. Перевернутый джип был в сорока пяти километрах от нас.

Хаддад перешел на рысь и, когда я поравнялся с ним, сказал:

– Смелое решение, парень. Глупое, но смелое.

Я не ответил. Не мог.

Скорее всего, я больше никогда не увижу свою сестру.

– Мы заходим здесь. – Хаддад кивнул налево.

Я последовал за ним по тропинке. Вместе мы нырнули в высокую траву.

* * *

У меня по спине побежали мурашки от душераздирающих рыданий, разносящихся по всей поляне.

Люди так плакали, только когда умирал или был серьезно ранен кто-то из близких.

«Пожалуйста, пусть это будет не Барли, – взмолился я. А вслед за этим добавил: – Или Пьер».

Впрочем, если уж на то пошло, Анита, мистер или миссис Марли – тоже. В той машине не было никого, на чью смерть мне было бы плевать.

«Может, это Риггс рыдает, – возникла в моей душе робкая надежда, – или Кастро».

Но надежда исчезла так же быстро, как и появилась. Голос был слишком высоким для Риггса, и, если только голос Кастро не поднимался на октаву, когда он испытывал боль, это явно был не он.

– Давай, Уилл, – прорычал Хаддад.

Он пробирался по траве, сгорбившись и сжимая в руках оружие, словно собирался высадиться на плацдарм. Я поспешил за ним, но по мере того, как это делал, понял, насколько мы на виду в этой прерии. Конечно, мы бежали, пригнувшись, но сама трава колыхалась от наших шагов. С таким же успехом мы могли бы нести на спине неоновые вывески с надписью: «ВСТРЕЧАЙТЕ НАС».

Хаддад свернул влево.

– Пешеходная тропа, – пробормотал он. Кто-то выкосил в прерии тропинку, по которой мы легко смогли бы подобраться к месту аварии.

Но что потом?

Впереди, примерно там, где, по моим предположениям, находился перевернутый джип, раздался резкий крик. Даже несколько криков.

Хаддад притормозил, поднял руку, и я тут же затормозил. Он замешкался, затем прошел еще немного вперед, после чего снова поднял руку и остановился. Посмотрел на меня через плечо.

– Оружия у тебя нет, верно?

Я не ответил. Хаддад и так прекрасно видел, что я безоружен. Если не считать вони моего дыхания, которое напоминало смесь желудочного сока и моторного масла.

– Они…

Он поднес указательный палец к губам, и я замолчал. Напади на нас Риггс и Кастро, в перестрелке мы бы, скорее всего, проиграли.

«Но ведь у Аниты был пистолет, – вспомнил я. – И у Пьера тоже».

И тут же понял.

Это Анита и рыдала.

Мысль накатила на меня, как ледяной прилив: Анита могла плакать только по одному человеку.

Ее муж уже умер, так что остался только Пьер. Его серьезно ранили.

Или того хуже…

Пожалуйста, только не это.

Хаддад ткнул пальцем в густую траву.

– Они вон там, – прошептал он. – Я пойду первым. Следуй за мной.

Я послушался, надеясь успеть до того, как всех дорогих мне людей перестреляют. Я не сомневался, что именно это и было целью этих мразей. Черт возьми, они пытались уничтожить нас всех еще в убежище.

Хаддад остановился и наклонил голову. Я тоже прислушался. Хотя вопли стихли, плач все еще раздавался по всей поляне.

– Иди сюда, – прорычал голос, как я предполагал, Риггса.

Я знал, что поступаю неразумно, но больше не мог терпеть. Я пробирался мимо Хаддада, пока трава не начала редеть.

– Уилл, – прошептал Хаддад.

Я присел и осмотрел место происшествия.

Все оказалось хуже, чем я предполагал. Причитания доносились от матери Барли. Она и ее сын не пострадали, но склонились над отцом Барли, лежавшим без движения. Его лицо было покрыто пылью. Если не считать струйки крови, вытекающей из уголка рта, он выглядел так, словно просто потерял сознание. Но за последние тринадцать месяцев я видел много мертвецов и никогда не был так уверен в чьей-то смерти, как сейчас.

Барли потерял отца. Хорошего человека. Во многих отношениях даже великого человека. И он умер от рук двух ублюдков, пытавшихся замести следы. Я подумал о том дне, который провел, наблюдая за игрой «Кабс» в магазине мистера Марли. Он был так добр, так охотно проводил со мной время. И ни разу не заставил меня чувствовать себя лишним. Всегда смотрел на меня так, будто я играю важнейшую роль в его жизни. Черт, да он даже над моими шутками всегда смеялся. А совсем не всякий взрослый будет так радостно реагировать на тупые шутки десятилетнего ребенка.

А сейчас Риггс, сжимая в руках пистолет, без всякого сожаления смотрел на мертвое тело мистера Марли.

Мои руки сжались в кулаки.

– Я сказал, иди сюда! – приказал Риггс. – Живо,