Измена. Дай мне второй шанс - Мария Кац

Я ставлю две тарелки на стол. Мне и папе Виктору.

Он меня с пяти лет воспитывал. Я его так и звала. И он не всегда был таким. Он меня даже на коньках учил кататься и уроки делал по вечерам. Особенно историю. Это был мой самый нелюбимый предмет в школе. Именно папа Витя читал заранее параграф, а потом играючи мне его пересказывал. Я настолько быстро втянулась, что за историей потянулась география и литература.

— Спасибо, дочка. — вытирая голову сухим полотенцем, произносит.

Я непроизвольно улыбаюсь, и тепло по телу разливается. Отчим даже помылся ради меня, лишь бы не разносить перегар и не пачкать квартиру.

— Выкладывай. Не просто так пришла ко мне пришла, — вынимая кусок хлеба, небрежно произносит.

Отодвигаю тарелку и, собравшись с мыслями, выкладываю все отчиму. Чувствую себя на исповеди, но на душе после рассказа легче становится.

— Вон оно как, — обтирая подбородок, произносит отчим. — Что от меня хочешь?

— Дима… ваш племянник, он же… Я подумала, может, он сможет помочь? Он же в прокуратуре работает.

Отчим губы поджимает. Внимательно на меня смотрит. От этого я еще больше краской заливаюсь.

Когда-то Дима пытался за мной ухаживать. Я даже пару раз на свидание с ним сходила. А потом в моей жизни Рустам появился. Понимаю, что странно просить почти бывшего помочь с нынешним мужем.

— Я позвоню.

Виктор незамедлительно набирает номер племянника. Он у него единственный родственник.

— Димон, привет. Тут проблема у нас. Я передам трубочку, может, ты что подскажешь?

Виктор мне старенький аппарат протягивает. Не понимаю, откуда у меня взялась смелость, но я уверенно беру телефон в руки. Правда, секунду просто смотрю на него. С духом собираюсь.

— Алло, — горло прочищаю и уверенно произношу. — Привет, Дим.

— Полина? Что случилось?

Я вновь пересказываю историю. Правда, упускаю некоторые моменты. Мне ведь развод нужен, а мой муж, как оказалось, известный адвокат, который точно перевернет дело так, как выгодно ему.

— Поль, какого ответа ты от меня ждешь?

— Я… не знаю, — на одном дыхании признаюсь.

— Не могу ничего обещать. Мне подумать надо.

— Ладно. Все равно спасибо тебе.

— За что? — усмехается.

Я плечами пожимаю. Будто он может меня видеть. Понимаю, мы всего несколько раз встретились. Ничего особенного, но все равно я чувствую, что не могу просить его об одолжении.

— За то, что не отказал в помощи, — отвечаю ему.

Мы прощаемся, и я протягиваю телефон Виктору. Он головой качает, а потом ко мне подходит и крепко обнимает, целуя в макушку.

— Все хорошо, девочка, будет. Ты только верь в это. За каждой ночью наступает рассвет. Будет солнечное утро и у тебя, девочка.

Я в грудь ему утыкаюсь и плакать начинаю. Меня на истерику пробивает. Трясет всю. Не хотела расклеиваться. Еще больше кого-то волновать, но мне так нужна была поддержка, что я поддалась эмоциям.

Отчим дает мне выплакаться, а после я в комнату иду и в сон проваливаюсь. Тревожный слишком. Вздрагиваю и на кровати подпрыгиваю, потому что кажется, что Рустам меня касается. Рукой моих волос касается. Он всегда так делал, когда вставал или уходил на работу.

Я на диван присаживаюсь и ноги к груди подтягиваю. Слезы в очередной раз начинают меня душить.

Оказывается, пережить измену проще, чем разочароваться в любимом.

На кухне голоса слышны. Для мамы вроде еще рано. А Рустам… он же обещал.

Я прислушиваться начинаю. Там точно два человека. Мужские голоса.

Как бы я ни хотела выходить, но любопытство меня одолевает. Я тихо тяну ручку двери вниз и прислушиваюсь.

— Думаешь, это безопасно? — слышится вопрос отчима.

— Думаю, это единственный выход.

— И ради нее ты готов подставиться?

Дима молчит, а я сглатываю. Он хороший, а я оттолкнула его. Но он все равно готов помочь мне.

Не жду ответа. Выхожу к ним.

Дима почти не изменился. Только возмужал. Стал шире в плечах и обзавелся бородой.

— Привет, Полин, — весело произносит он.

Я улыбаюсь в ответ, готовясь сказать, что не хочу, чтобы он рисковал ради меня, но мужчина опережает меня.

— Полин, у меня идея есть. Ты только выслушай.

— Я не могу. Прости, но я все слышала. Ты не можешь рисковать ради меня.

— И не буду. Схема простая. Твоя мать тебя не видела же. Она заявление напишет, что не видела и не разговаривала с тобой уже больше трех дней. Мы заберем твоего мужа, а ты пока сбежишь.

— Разве это законно?

— И да, и нет. Мы плохого ничего не сделаем ему. А у тебя будет шанс спастись.

— Но… я же буду замужем.

— Понимаешь, я пробил Рустама. Он крутой мужик. Если сказал, что развода не будет, значит, не будет. Но если ты будешь без вести пропавшей. По факту брак можно расторгнуть с человеком без вести пропавшим. А ты будешь жить по поддельным документам. Хотя, я думаю, такой человек, как Рустам, один не останется.

— О чем ты?

— Баб у него хватало.

Внутри снова что-то обрывается. Мне больно. Очень больно. Любимый человек, которого ты боготворила и верила в него, отдавала всю себя, на самом деле оказался обычным мерзавцем. Он выбрал удобную девочку, которой просто можно управлять. Которой можно запросто навешать красивых рассказов.

— Полин, — Дима ближе подходит. — Я не желаю тебе зла, поверь. Но это единственное правильное решение. Просто доверься мне.

Глава 19

Рустам

Из ментовки меня освобождают спустя три часа. Неожиданно было для меня, но с этим фактом я потом разберусь.

Машину с водителем я сразу вызвал. Не в состоянии я сейчас за руль садиться. Я уже по всем знакомым удочки забросил. Что-то не вяжется вся эта история с моей Полькой. Кто-то за ней стоит.

Телефонный звонок мобильный разрывает. На экране Алка светится. Быстро она все документы проверила. Опытная баба, чего скрывать.

— Так, значит, ты решил мне отплатить? — без приветствия шипит эта стерва.

— А что не так, душа моя? Ты просила убрать девчонку с твоей дороги — я убрал.

— То есть переписать все документы на себя — это ты называешь правильным?

— Кажется, ты сама говорила, как сильно я власть люблю.

— Скотина, Рустам! Какая же ты мразь!

— Не переусердствуй, родная. Теперь я твой хозяин, и есть большая вероятность того, что ты себе еще больше проблем сделаешь.

Я почти уверен, как ее глаза зло сверкают. Как ноздри от гнева раздуваются. Как руки в кулаки сжимает. Ее ошибка всегда была такой, что она не могла правильно