Измена по сценарию - Слава Зорина

— Это невозможно, — адвокат Паши покачал головой. — Мой клиент не согласится.

— Тогда увидимся в суде, — Глеб встал. — Думаю, исход очевиден.

Пашка смотрел на меня и впервые за многие годы я увидела совершенно не типичные для него эмоции: злость, обида, страх.

— Ты действительно пойдешь до конца? Разрушишь все, что мы строили столько лет?

— Ты разрушил это сам. — Я вышла из переговорной, не оглядываясь.

Глеб догнал меня в коридоре.

— Ты была великолепна, особенно последняя фраза. Очень впечатляет.

— Спасибо. Правда, трясусь вся.

— Не видно, — он улыбнулся. — Нам нужно показаться на публике. Вместе.

— Зачем?

— Павел и Милана играют влюбленную пару, нужен противовес. Покажем, что мы тоже можем быть командой, — Глеб достал телефон. — Послезавтра премьера фильма на моем канале. Красная дорожка, журналисты, камеры. Пойдешь со мной?

Я задумалась. Публичное появление с Глебом Каменским означало признание союза. Пресса сразу начнет строить теории, придумывать романы, копаться в прошлом.

— Хорошо. Пойду.

* * *

Специально для премьеры купила красное, длинное платье с открытыми плечами. Не мой стиль, но консультант в бутике убедила: «Вы в нем выглядите потрясающе». Сделала укладку, макияж, надела туфли на каблуке, и не узнала себя в зеркале.

Глеб приехал за мной в семь вечера. Он ждал у машины, и когда увидел меня, кажется оцепенел.

— Вы… Ты выглядишь прекрасно.

— Спасибо, — я улыбнулась. — Ты тоже.

Он был в черном костюме и черной рубашке, без галстука. Волосы уложены, ненавязчивый запах дорогого парфюма. Выглядел как с обложки делового журнала, такой успешный, уверенный, недоступный.

Мы приехали к кинотеатру через полчаса. Красная дорожка, вспышки камер, журналисты с микрофонами. Глеб вышел первым, протянул мне руку. Камеры щелкали без остановки.

— Ну надо же, Глеб Каменский и Полина Крылова! — журналистка тянула к нам микрофон. — Вы вместе?

— Мы партнеры, — Глеб ответил спокойно. — И друзья.

— Полина, правда ли, что вы разводитесь с Павлом?

— Да, — я кивнула.

— И ваши отношения с Глебом на этом фоне…

— Деловые, я пишу новый сериал для его канала.

Мы прошли дальше, но камеры не отставали. Снимали, как Глеб придерживает меня за локоть, как мы разговариваем, смотрим друг на друга. Завтра эти фотографии будут во всех изданиях.

После премьеры Глеб предложил:

— Поедем ко мне? Обсудим реакцию прессы.

И я согласилась.

* * *

Пентхаус Глеба занимал весь последний этаж высотки в центре. Панорамные окна, минималистичная мебель, дорогие картины на стенах, но при этом уютно: книги на полках, плед на диване, фотографии в рамках.

Глеб налил виски, протянул мне бокал. Я сделала глоток и чуть не закашлялась. Жгло горло, но приятно.

— Ты молодец, — он сел рядом на диване. — Держалась уверенно.

Я не успела ничего сказать, как телефон завибрировал. Я выдохом ответила на звонок Паши.

— Ты спишь с Каменским?! — он кричал так, что пришлось отодвинуть телефон от уха.

— А тебя это касается? — спросила спокойно.

— Ты моя жена.

— Была, теперь нет.

— Полина, это подло! Ты мстишь мне, используя его! И кто из нас еще су…

— Всего хорошего.

Я положила трубку и заблокировала номер. Глеб смотрел на меня.

— Он в ярости.

— Пусть, мне все равно.

— Тогда… — Глеб поставил бокал на стол и повернулся ко мне и… его телефон разразился резким, настойчивым звуком. Он посмотрел на экран, и лицо окаменело.

— Милана.

Глава 11

Глеб смотрел на телефон, имя Миланы светилось на экране.

— Звонит который раз, — он бросил телефон на диван. — Наверное, поняла, что я в курсе.

Я попыталась понять, что он чувствует. Гнев? Облегчение? Безразличие?

— Что ты ей скажешь? — спросила тихо.

— Ничего, — Глеб повернулся ко мне. — Пусть адвокаты говорят. Мне не о чем с ней разговаривать.

Телефон снова завибрировал. Глеб выключил звук, положил на стол экраном вниз.

— Извини. Испортил момент.

— Не испортил. Просто отложил.

Он долго смотрел на меня, затем поднял руку, снова коснулся моей щеки. Провел большим пальцем по скуле, по губам. Я замерла, боясь пошевелиться.

Глеб наклонился и его губы коснулись моих. Осторожно, бережно, будто я могла сломаться от одного неверного движения. Я ответила на поцелуй и обняла его за шею. Он притянул меня ближе, углубил поцелуй. Мир вокруг исчез, остались только мы, тепло его тела, вкус напитков на губах, стук сердца под ладонью.

Мы целовались долго, не торопясь. Глеб гладил мои волосы, спину, прижимал к себе, будто боялся отпустить. Когда мы оторвались друг от друга, в его глазах было что-то новое.

— Останься, — попросил он тихо. — На ночь.

Я хотела остаться, забыть про Пашу, Милану, суды и скандалы. Просто быть рядом с этим мужчиной, спать в его объятиях, просыпаться утром и видеть его лицо… Но не сейчас, слишком рано. У нас еще много нерешенных вопросов.

— Отвези меня домой, — я коснулась его губ пальцами. — Пожалуйста.

Он кивнул, не настаивая.

Утром я проснулась неожиданно выспавшейся и бодрой. Включила кофеварку, взяла телефон. На экране светились десять пропущенных от Марата, пять от Кати, три от Самсонова. Явно что-то случилось.

Первым набрала Марата.

— Полина, включи телевизор, — он говорил взволнованно. — Утреннее шоу. Быстро.

Я включила, нашла канал. В студии сидели Паша и Милана. Он в светлом костюме, она в бежевом платье, выглядели как идеальная пара. Красивые, счастливые, влюбленные.

Ведущая приторно улыбалась:

— Милана, Павел, спасибо, что согласились на это интервью. Вся страна следит за вашей историей. Расскажите, как все началось?

Милана наклонила голову, взяла Павла за руку.

— Мы встретились на съемках. Я играла главную роль в его сериале. Мы были связаны обязательствами, но не могли бороться с чувствами, — она говорила медленно, с паузами. Актриса до мозга костей. — Это случилось само собой. Мы пытались сопротивляться, но любовь оказалась сильнее.

— Павел, вы чувствуете вину перед супругой? — ведущая повернулась к нему.

— Конечно, — Павел кивнул серьезно. — Я виноват перед ней. Много лет вместе, совместная работа, общие проекты, но любовь не преступление. Я не властен над чувствами.

— А что вы скажете о слухах про отношения Полины с Глебом? — ведущая посмотрела на Милану. — Они появились вместе на красной дорожке.

Милана выпрямилась, лицо стало жестким.

— Полина использует Глеба, чтобы отомстить нам. Она манипулирует им, играет на его чувствах. Глеб богатый человек, влиятельный. Ей это выгодно, — она вытерла несуществующую слезу. — Мне жаль его, он не заслуживает такого.

Я смотрела на экран и смеялась до слез, держась за живот.

Телефон завибрировал, пришло сообщение от Глеба: