Расколотые небеса - К. М. Дэвидсон

— Так вы будете сражаться бок о бок с нами? — Таранис убрал ноги со стола, потянувшись за кубком. — Я всегда искал повод сражаться рядом с сестрой, а не против нее.

Дионн пробормотал согласие с места, где он сидел, прикрыв рот рукой.

— Мы все будем, — подтвердил Род, покачивая головой из стороны в сторону. — В основном в наших смертных формах. Мы будем использовать божественные формы только в случае крайней необходимости. К сожалению, этого все еще может быть недостаточно.

— Боги проклятые… — прокряхтел Гаврил, когда Сибил взмахнула рукой через Пирса и поцарапала его, как и на прошлой встрече.

— Боги прямо тут, болван, — отчитала Сибил.

Морана не понимала этих троих. Сибил и Гаврил спорили, будто были родственниками, и Морана теперь осознала, что восхищение, которое Сибил обычно выказывала Каррафимам, отличалось по отношению к Пирсу. Когда она застала их целующимися в Селестии, она подумала, что, возможно, Сибил нашла кого-то для себя, пусть и временно.

Когда она поняла, что Гаврил и Пирс были партнерами, она никогда не чувствовала более оглушительного разочарования в своей дочери.

Морана медленно вдохнула, чтобы подавить свое неудовольствие, заработав краткий взгляд от Астерии.

— Лиранцы равны по силам, — объяснила Даника группе, величественно проведя рукой от себя к Роду, Моране и Астерии. — Морана может создавать порталы и усиливать базовые команды — запирать двери, зажигать огонь, придавать мечам дополнительную силу и остроту. Род может делать то же самое и управлять землей, но мы опасаемся, что игры с рельефом лишь нарушат его целостность. У меня есть Энергия, а Астерия, пожалуй, самая могущественная из нас всех.

— Когда ты говоришь из нас всех… — Пирс с большим трудом перевел взгляд на Астерию.

— Она самый могущественный Лиранец, — пробормотал Род, его взгляд смягчился на Астерии.

Еще одна тишина воцарилась над столом, Дионн и Таранис моргали в замешательстве.

— Я не знал этого… — Дионн замолчал, глядя на сестру. — Ты никогда не говорила…

— Это не то, чем я охотно делюсь, — сказала Астерия, уставившись в точку на столе.

Раздался легкий стук от Оруэлла, и он подмигнул ей. Сердце Мораны забилось чаще, когда напряжение Астерии ослабло.

— А остальные? — спросил Квинтин, смотря на Данику ожидающе.

— Зефир может принимать облик любого Лемурийца. Он получает те же дары, но усиленные в мощи и размере. — Даника загибала пальцы. — Галлус управляет Эфиром и обеими звездными огнями, что делает его и Астерию довольно близкими друг другу по силе и могуществу. Валерия может заразить вас…

— И она заразит. — Морана выпрямила плечи, вздрогнув от легкого прикосновения Астерии к ее ноге. Сибил подарила ей маленькую улыбку. — Она Расколота, поэтому будет безжалостна.

— Не говори так, Морана, — почти взмолился Род. — Мы не знаем…

— Она Расколота. — Морана сглотнула слезы. Признать это вслух было все равно что заново пережить потерю. — Я имею в виду, посмотри на нее, Род. Ее божественный облик больше не выглядит так, как раньше, и он не был таким со времен Сибил. Вдобавок, она пыталась убить Сибил, чтобы сделать больно мне. Это не та Валерия, с которой мы сюда прибыли.

Тишина была оглушительной, пока они с Родом смотрели друг на друга. Это была тяжесть ситуации, наконец настигшая их.

Они шли против своих друзей и семьи — единственной связи со старым домом.

— Нен будет иметь большое преимущество при любых попытках по морю, — закончила за них Астерия, сжав челюсти. — Он вполне может сделать невозможной для нас победу.

Род покачал головой, прочищая горло.

— Именно поэтому мы считаем, что лучше будет перемещать ваши армии друг к другу через порталы, а не полагаться на корабли.

— Но разве это не истощит вас всех? — Оруэлл поджал губы, помахав рукой в их сторону. — Я видел, что делают с Астерией несколько порталов в день. Это случалось не раз. Сможете ли вы создавать и удерживать порталы достаточно долго, чтобы перебросить две армии?

— Нам придется действовать волнами, как ты и предлагал, — объяснил Род, и Моране захотелось обнять его за то, насколько вдумчиво и спокойно он говорил с мужчиной, который явно питал чувства к Астерии. — Если мы вчетвером создадим портал вместе, он будет достаточно большим и прочным, чтобы удерживаться без большой потери сил, но это будет одна страна в день, чтобы учесть создание этого портала и перемещение каждого из нас обратно в свою резиденцию для отдыха.

В комнате воцарилось затишье, но Морана чувствовала витающее беспокойство, исходящее от каждого смертного и Андромедианца. Удивительно, но первым заговорил Пирс.

— Мы должны сказать Фиби, — сказал он, глядя на Астерию. — Море было частью ее аргументов против присоединения. Откровенно говоря, это был ее единственный аргумент.

Астерия заерзала рядом с Мораной, кивнув один раз.

— Это не совсем отвечает на вопрос Квинтина, — сказал Саварик, его лицо было суровым. — Согласно всему сказанному, мы по-прежнему в невыгодном положении. Так что же будет? Вы упустили леди Долу и леди Ирену, последняя из которых является Богиней Войны и Мира. А как насчет них?

— Да, что насчет нас?

Астерия и Морана подпрыгнули на местах, а Квинтин выругался себе под нос. Морана посмотрела в угол комнаты, где стояла Ирена со скрещенными руками, прислонившись к стене.

На ней были ее обычные золотые доспехи, облегающие пышные изгибы и гармонирующие с татуировками, поблескивавшими на бронзовой коже. Она опустила заостренный подбородок в сторону Мораны с приподнятой бровью, ее кудрявые шоколадно-коричневые волосы были откинуты от лица золотой повязкой.

— Откуда, блядь, она взялась? — выпалил Гаврил, его лицо осунулось. — И могу ли я сказать, что, кажется, не встречал Леди Ирену. Вы абсолютно ослепительны…

— Гаврил! — крик раздался одновременно от Сибил, Астерии, Уэллса и Пирса.

— Что ты здесь делаешь, Ирена? — вздохнула Даника, а Род потер лоб, бормоча себе под нос. То, что он говорил, на самом деле вызвало хихиканье у Астерии.

— Я хотела посмотреть, как вы, народ, планируете войну. — Ирена пожала плечами, оттолкнувшись от стены и подойдя к Дионну. Она взъерошила ему волосы, и он огрызнулся на нее. — Ну знаете, раз уж я Богиня Войны.

— Именно поэтому ты отказываешься вмешиваться, — возразил Род, сверкнув на нее глазами. — Хотя я не понимаю твоих рассуждений, поскольку это кажется тем, во что ты должна быть вовлечена.

— Я также Богиня Мира. — Ирена погрозила пальцем Роду, и уголок губ Астерии поднялся. — Не будь невеждой.

— Я постоянно говорю ему это, — протянула Астерия, и Род бросил на нее пылающий взгляд.

— Вы спрашивали о Доле и обо мне, — мягко сказала Ирена Саварику, склонив голову. — Она не может быть вовлечена, потому что