Сердце Феникс - Евгения Чапаева

– Ты плохо скрываешь свои эмоции, Скайфолл, – произнес он, подтверждая ее догадки.

«Но как? – пронеслось у Киры в голове. – Как он может это чувствовать?»

Холодок пробежал вдоль позвоночника. Он знал, что ее магия нестабильна. Что рядом с ним она становится непредсказуемой. И наконец, он знал, что это ее пугает.

Кира резко выпрямилась, сжав щетку так, что побелели пальцы.

– О, а ты, кажется, отлично справляешься с игрой в наблюдателя, – бросила она, наклоняя голову набок. – Такое ощущение, что это твой единственный талант. Смотреть. Ждать. Прятаться в тенях. И оставаться безнаказанным.

Зрачки Шеду сузились. Он не ответил – вместо этого подошел ближе и небрежно, безо всякого усилия пнул ведро. Вода выплеснулась на каменный пол, снова заливая сапоги Киры и растекаясь вокруг.

Она застыла, ощутив одновременно гнев и что-то еще – странную смесь тревоги и непонимания.

– Не знала, что дракониты – капризные мальчишки, – произнесла она наконец сквозь зубы.

Шеду приблизился еще на шаг. Его серебристые глаза сверкнули в полумраке:

– А ты ведешь себя так, будто у тебя есть несколько жизней. Но одна из них вот-вот закончится.

Кира знала: она должна сказать что-то колкое, что сотрет это выражение с его лица. Но ничего не приходило в голову.

Потому что он стоял слишком близко.

Дышать стало тяжелее. Кира впервые в жизни ощущала, что кто-то смотрит на нее так, будто видит насквозь.

Шеду выждал секунду, не отрывая от нее своих грозовых глаз. Не дождавшись ответа, развернулся и ушел, точно ее молчание подтвердило: тратить на нее еще больше времени бессмысленно.

Кира осталась стоять в луже воды, дрожа.

– Теневой ублюдок, – тихо прошипела она.

Капитан Драйтон вышел на площадку и оглядел собравшихся. Шеду, в отличие от остальных, не чистил плац – и короткий кивок капитана лишь подчеркнул эту несправедливость.

– Площадка должна блестеть через тридцать минут.

Фирен тихо выругался:

– Мы не рабы, нам за это не платят.

Драйтон услышал и метнул в него ледяной взгляд:

– Нет. Но если твоя работа меня не устроит, ты проведешь ночь в карцере.

Фирен сразу замолк, а Кира снова взялась за щетку, краем глаза заметив, что Шеду остановился у башни.

Он еще пару мгновений смотрел на нее, прежде чем развернуться и исчезнуть в тени. Озноб, вызванный его присутствием, постепенно сходил на нет, и Кира молилась Великой Феникс, чтобы та даровала ей возможность отыграться.

* * *

Лекционный корпус находился в западном крыле гарнизона, и Кира, Финорис и Фирен пробирались сквозь толпу к широким каменным дверям. После утренней отработки наказания фениксиды бросали на драконитов тяжелые взгляды, но те отвечали только ленивыми ухмылками, словно привыкли к этому молчаливому противостоянию.

Запах нагретого солнцем камня смешивался с угольным привкусом гари: где-то неподалеку разожгли тренировочный костер, чтобы отрабатывать магические техники. Кира чувствовала, как при каждом вдохе ее собственная магия пыталась ухватиться за эти частицы пепла, но сразу же рассыпалась.

Внезапно откуда-то из толпы донесся резкий звук – удар плоти о плоть. Затем грубый голос, полный злости:

– Ты смерти ищешь?!

Кадеты тут же расступились, предвкушая зрелище.

Кира повернулась на шум и по выражению лиц собравшихся поняла: это не просто словесная перепалка.

У входа в лекторий Армунт и еще один драконит сцепились с двумя фениксидами. Спутник Армунта держался за плечо, его кожаная куртка была подпалена, а в воздухе чувствовался стойкий запах гари. Сам Армунт стоял со сжатыми кулаками, готовый броситься вперед.

На земле тлели угли.

Фениксиды устроили магическую ловушку. Вероятно, они замаскировали огненную вспышку, которая сработала в нужный момент. Кадеты Гнеезда часто подшучивали таким образом над новенькими. Не смертельно, но более чем достаточно, чтобы выбесить драконитов.

– Трусы, напали исподтишка?! – рявкнул Армунт, хватая фениксида за грудки.

С обеих сторон уже собралась толпа – фениксиды выжидающе смотрели на происходящее, а дракониты напряглись, как натянутая тетива, в любой момент готовая сорваться с пальцев.

Теневая магия кадетов зашевелилась, но еще не вышла из-под контроля.

Только не это. Кира принялась расталкивать толпу, чтобы предотвратить надвигающиеся проблемы, но не успела. Прежде чем завязалась драка, сквозь ряды кадетов, не сбавляя шага, прошел Шеду.

Ему не пришлось прилагать усилий, чтобы его заметили: толпа, будто волны Вечного моря, сама расступалась перед ним, и, конечно, не потому что он дал такую команду. Кира закатила глаза и скрестила руки на груди, наблюдая.

Он шагнул прямо в гущу схватки, не сказав ни слова. Но одного его присутствия хватило, чтобы напряжение рассеялось и кадеты отцепились друг от друга.

– Вам делать нечего? – наконец лениво проговорил Шеду.

Дракониты затаили дыхание.

Фениксиды переглянулись, понимая, что драки уже не будет.

Кира ожидала, что Шеду скажет что-то в защиту своих, но он просто посмотрел на Армунта, а затем медленно перевел взгляд на фениксидов:

– Вы такие же идиоты, как они.

И все.

Он не вставал ни на чью сторону.

Армунт что-то пробормотал, отступая, фениксиды сделали то же самое, но ни у кого не оставалось сомнений, что следующая подстава будет еще изощреннее.

Толпа зашевелилась, напряжение начало спадать. Кира не сразу осознала, что уже минуту держит воздух в легких, не выдыхая. А Шеду просто развернулся и пошел обратно, как будто ни на секунду не сомневался, что все сделают так, как он сказал.

Кира смотрела ему вслед, не в силах отвести взгляд.

Она не знала, что раздражало ее больше: его самоуверенность или то, что он действительно все контролировал.

Финорис и Фирен подошли ближе, наблюдая за тем, как драка плавно сходит на нет.

Фирен фыркнул:

– Он, что, бог какой-то?

– Почти, – ответил Лексан, который случайно услышал эти слова. Он ухмыльнулся и ускорил шаг, протискиваясь сквозь толпу к брату.

Драка закончилась, так и не начавшись, и все устремились на первую совместную лекцию по магии.

Занятие проходило в просторном амфитеатре, где высокие окна пропускали солнечный свет, превращая каменные стены в полотно, на котором танцевали причудливые тени. Эти тени казались почти живыми, будто сами хотели участвовать в разговоре.

Кира сидела на своем месте, нервно постукивая кончиком пера по краю стола. Она знала все о магии света. Магия фениксидов была теплом, что оживляет; сиянием, что исцеляет; вспышкой, что озаряет самые темные мгновения. Источником силы фениксидов были солнце и огонь. Но узнать о магии теней из первых уст – это было нечто иное. Затаенный страх смешивался с возбуждением, заставляя сердце биться быстрее.

Профессор Нокс, пожилой драконит