В паутине предательств - Адриана Белоусова

– Ты зачем встал? – бросившись к нему, сурово спросил Бальтазар.

– Сюда идут касталийцы… – прошептал Джулиан. – Они там сделали коридоры, вот-вот будут здесь. Я пробовал восстановить защиту, но не смог.

– Ты болен, тебе надо о себе думать!

Джулиан поморщился и привалился к плечу Бальтазара. Тот подхватил его под спину, боясь, что он сейчас упадет.

– Некогда думать… Яд… Мы все будем отправлены, – еле слышно проговорил Джулиан. – Они не отступят. Предупреди всех. Колодцы…

Боевой чародей не успел договорить – силы покинули его, и он всей тяжестью повис на руках друга.

– Джулиан! Джулиан, держись! Ну твою же мать! – проорал Бальтазар. – Лекаря сюда! Сейчас же!

К нему подбежал кто-то из слуг, и они отнесли Джулиана в комнату. Отставив его на попечение слуг, Бальтазар бросился во двор. Земля гудела, словно под ней маршировала полк солдат. В тот же миг раздались истошные крики, полные ужаса. В воздухе витал странный запах, который дурманил. Бальтазару стало тяжело дышать. Он закрыл рукавом нос и рот и попятился. Он жадно вглядывался в полумрак, который заполняли черные тени.

Низкое гудение давило на уши. Из носа Бальтазара хлынула кровь. Он не знал, как обороняться, не понимал, что делать, чтобы это прекратилось. Он смотрел на людей, которых разрывала на части неведомая сила, словно сами демоны пожаловали к ним в гости и устроили пир. Сколько ни вглядывался Бальтазар, стараясь рассмотреть вражеских солдат, но так и не смог. Кроме нечисти никого не было.

Брызги чужой крови упали ему на лицо, выводя из ступора. Бальтазар выхватил меч и бросился вперед, в глубине души понимая, – идет на смерть, потому что понятия не имеет, как сокрушить этого соперника, сотканного из магии. Он несся в самое сердце тьмы, походившее на пчелиной рой. Его меч рассекал черную жижу, которая тут же липла к его коже, вызывая ожоги. Кожа клоками сползла с него. Бывший разбойник несколько раз поскользнулся на чьей-то крови, но удача была на его стороне – он все еще был жив. Тьма словно сама отстранялась от него, видя в нем угрозу. Боковым зрением он выхватил человеческий силуэт. Реальный противник! Или иллюзия? Времени разбираться не было. Его ярость должна была выплеснуться на кого-то реального, кого можно разрубить мечом и увидеть мертвым.

Бальтазар одним ударом выбил меч из рук солдата, который уже готовится атаковать его. Он даже немного расстроился, что все получилось так легко. Но радость была недолгой. Солдат легко, одним ударом лишил его оружия, они оказались на равных, и тот сразу пошел в атаку. Бальтазар, не смотря на боль от ожогов, быстро собрался и дал отпор. Им двигала злость, которая требовала жертвы, чтобы отступить, подобно сказочному чудищу. Она давала ему сил, и его красные от крови кулаки с ненавистью били по телу врага. Солдат был тощим и щупленьким, еще и маленького роста, хотя и сильным для своих размеров. Несмотря на то, что Бальтазар быстро взял верх над ним, продолжал сопротивляться. Даже когда руки Бальта сдавили его тонкую птичью шею, старался вырваться из смертельного захвата. На миг их взгляды встретились, и, глядя в карие, почти черные глаза, Бальт вдруг понял, что перед ним девушка.

Он сам не заметил, как ослабил хватку, вглядываясь в лицо, залитое кровью.

– Ну же убей, не останавливайся, – прохрипела девушка и тут же зашлась в кашле.

– Обойдешься, – отрезал Бальтазар и, резко поднявшись на ноги, рывком потянул девицу за собой. Он подумал, что из нее можно будет выудить информацию о противнике, в конце концов, убить ее он может и позже. За спиной у него вспыхнул яркий свет. Обернувшись, он увидел Кордию, которая тут же потонула в малиновом потоке, от которого у него заслезились глаза.

– Вот тварь! – с ненавистью проговорила девушка, пытаясь вырваться из тисков Бальтазара.

– Заткнись! – оборвал Бальтазар, прижимая к ее горлу кинжал. Пальцы, мокрые от крови, плохо слушались. Он смотрел, как нечисть извивается от света Кордии, издавая пронзительные стоны, словно убивали что-то по-настоящему живое. Становясь дымом, нечисть обнажала стоящих за ней касталийских солдат. Поняв, что прикрытия больше нет, они словно сбросили с себя дурман и двинулись в атаку. Одним ударом вырубив пленницу и положив ее на землю, Бальтазар схватил меч и бросился к Кордии.

Когда он оказался рядом, малиновый свет иссяк, и королева упала на колени. Над ее головой пронеслась пара стрел, но она даже не обратила внимания. Бальтазар подскочил к ней и, прикрывая собой, помог подняться.

– Ты же была заперта в комнате! – сказал он, чувствуя досаду и в то же время благодарность за то, что Кордия вмешалась, остановив магическое наступление. – Кто тебя выпустил?

– Я спалила дверь, – слабым голосом откликнулась Кордия. Бальтазар подхватил ее на руки и взбежал на крыльцо. Кордия устало положила голову ему на плечо. Из ее носа бежали две тонкие струйки крови, губы потрескались. Светлое платье было в багровых подтеках, а от волос пахло горелым деревом.

– Радикальный способ побега, – пробормотал Бальтазар, глядя, как лицо Кордии становится все бледнее. Она закрыла глаза и провалилась в забытье. Подойдя к ее комнате, он увидел, что дверь по росту королевы выжжена, но продолжает держаться на петлях. Ему в такой лаз с Кордией на руках не протиснуться, нужен ключ.

– Где король? – рявкнул Бальтазар, пробегающему мимо слуге. Тот замер на месте, испуганно захлопал глазами, пытаясь сообразить, что от него хотят. – Быстро нашел и привел!

Слугу как ветром сдуло. Кордия закашлялась и открыла глаза. Посмотрела ему в лицо и поморщилась.

– Тебе нужен лекарь… – прошептала она. – Ты похож на монстра…

– Ты привыкнешь – остальные пусть боятся, – равнодушно ответил Бальтазар, хотя больше всего ему хотелось, чтобы лекарь дал ему отвар, который бы выключил все его чувства, чтобы он не ощущал ни ярости, ни боли.

– Отпусти меня, – слабо потребовала Кордия. – Мне уже лучше.

Бальтазар мягко поставил ее на ноги. Она зашаталась и уцепилась за его локоть. Вытерла кровь с губ и, тихо вздохнув, потянулась к его лицу. Он тут же перехватил ее руку, не позволяя начать исцелять.

– Ты умрешь, если будешь так расшвыриваться своими силами, – сказал он, сжимая ее тонкое запястье. – Я тебе запрещаю.

– Королева здесь я, – напомнила Кордия и едва заметно улыбнулась. – У тебя нет права мне запрещать.

– Считай, что я твой здравый смысл.

Кордия тихо усмехнулась. Она перестала держаться за него и привалилась спиной к стене. По телу Бальтазара начало растекаться тепло, мягкое, вязкое, словно мед. На него навалилась сонливость, содранную кожу начало стягивать,