Фунт изюма для дракона - Лесана Мун

Внучка спускается к столу надутая и невыспавшаяся. Я делаю вид, что ничего не замечаю. Быстро и в полной тишине завтракаем, моем посуду. Перед выходом на улицу натягивает чепцы, чтобы минимизировать возможные осложнения, и идем с экскурсией по булочным.

У меня мысль, что надо прощупать конкурентов. Посмотреть, что пользуется наибольшим спросом у покупателей, а потом приготовить такое же, но лучше, или чуть измененное. И желательно все это сделать сегодня, заодно докупив продукты, чтобы завтра уже открыться. Время — деньги. А их в украденном мной кошельке становится все меньше.

Так вот, загримировавшись под вражеских шпионов, мы с Наташей забегаем в четыре булочных, одну кондитерскую, шесть кафе и восемь пекарен. Оказалось, что в этом городе народ очень любит поесть. Что нам, конечно же, на пользу.

В одном из кафе, мы едва не сталкиваемся с генералом и какой-то дамочкой. Они как раз усаживаются за столик возле окна, когда мы, купив очередную вкусняшку, отходим от прилавка. Приходится срочно спасаться бегством, надвинув чепцы по самый нос. Если он увидит нас в этих головных уборах, то сразу вспомнит «великую слепую, мадам Паниковскую», блин!

Выбежав за дверь, я ненадолго останавливаюсь подсмотреть, а что же там делает генерал с этой незнакомкой. Они дожидаются своего заказа, о чем-то беседуют. А потом девушка поправляет запонку на рукаве рубашки своего собеседника. Таким легким, домашним движением. Что-то я не поняла?? Это его жена? Невеста? На мать и бабушку она не тянет.

— Ба! — ты идешь?

Вырывает меня из мыслей голос внучки.

— Иду! — отвечаю.

А перед глазами все еще стоит романтическая обстановка в кафе и руки этих двоих. Почему так обидно-то? Знала бы, не застирывала ему камзол!

— Значит так, — подвожу я итог нашей длительной вылазки в стан конкурентов, — в городе любят вкусно покушать. Народу с деньгами много, это хорошо. Войн давно не было, как я понимаю?

— Ну вот как отбросили тьму на окраины, так и зажили хорошо, — подтверждает мои мысли Алик.

— Ну вот, граждане живут сыто и мало о чем переживая. Не все, конечно, но большинство. Думаю, по деревням другая ситуация, к ним там тьма ближе, а в городах — праздник. Так вот… к чему я веду… нам нужна активная промо-акция. Боюсь, без рекламы не взлетим, слишком много конкурентов.

— Да ладно тебе, бабуль, — отмахивается Наташа. — Мы же попаданки. Разве нас божества этого мира привели бы в магазин, который мы поднять не сможем? Думаю, все у нас пойдет отлично, это закон жанра. Попаданка создает бизнес с нуля, поднимается и обязательно встречает своего герцога.

— Уже не принца? — ехидничаю.

— Тогда я думала, что мы попали в обычное любовное фэнтези. Там вся интрига вокруг отношений героев. Но теперь понимаю, что у нас — типичная бытовушка.

— Ох, Наташа, — вздыхаю, — не сходится твоя просто бытовушка с тем фактом, кто мы такие. Это я сейчас о нашей прошлой жизни, о которой, кстати, до сих пор ни ты, ни я ничего не помним. А нам бы эти знания очень пригодились.

— Узнаем, — Наташа беспечно машет рукой, — когда время придет. А пока, будем строить бизнес.

— Ага… это же так просто… Ладно, лиха беда начало. Потихоньку что-то придумаем. Я заметила, что больше всего продают сладкую сдобу. Можем сделать ее, но и специально для пресыщенных покупателей — что-нибудь с мясом. Расстегаи с рыбой можно, пирожки с картошкой, капустой и мясом, с рисом и яйцом.

— Идея мне нравится, — одобряет Наташа. — Когда приступим?

— Завтра рано утром. Сегодня надо посмотреть, чего у нас не хватает из продуктов, докупить. А завтра открытие. Слушай… давай все-таки сделаем какую-то рекламу. Может, банально листовки раздадим? Сможешь сделать штук пятьдесят? На пробу.

— Сделаю, — на удивление быстро соглашается Наташа, — там ничего сложного нет. Нарисую пирожки и какой-нибудь слоган напишем. Все, я пошла?

Удивившись такой поспешности, тем не менее, отпускаю внучку, не обратив особо внимания на ее странное поведение. А надо было бы. Потому что она такой послушной становится только тогда, когда что-то задумала.

Я же весь вечер посвящаю спискам. Что купить, сколько и как сделать, что написать на листовках. Спать ложусь далеко за полночь и последнее, что помню перед тем, как засыпаю, скрещённые руки генерала и его спутницы.

Утро меня встречает громким цоканьем ложки по блюдцу.

— Пора вставать! Пора вставать! — орет Алик, полный энтузиазма.

— Слушай, ну что ты опять у меня кричишь? — спрашиваю у него. — Иди к Наташе, там постучи.

— Ты главная, поэтому я бужу тебя, — отвечает настырный пончик, но все же бежит и в спальню внучки.

Через несколько секунд оттуда доносится вопль, и Алик вылетает в коридор, а ему во след — подушка. Посмеиваясь, привожу себя в порядок, надеваю красивое, бархатное синее платье, очень идущее к моей рыжей голове, на которой кокетливо сидит кружевной чепец.

Захожу к Наташе, помогаю и ей надеть платье такого же оттенка, но атласное. Вырезы у обоих — сверх нужного, но мы вышли из положения, прикрыв их белыми фартучками. Вся одежда досталась нам от предыдущих владельцев магазина, что меня несказанно радует, потому что снимает с нашего кошелька дополнительную и очень весомую статью расходов.

— Ну что, готова? — спрашиваю у внучки.

— Всегда готова, — отвечает позабытым лозунгом, и мы спускаемся вниз.

Поскольку с тестом работаю только я, то Наташа больше занимается организаторскими вопросами и помогает по мелочам. То поправить скатерти на столиках, то вытащить первые пирожки из печи, разложив их красиво на большие, похожие на хрустальные блюда.

— Накрой сверху полотенечком, — говорю, не глядя, занятая очередной порцией теста.

— Зачем? — спрашивает Наташа, явно считая, что я сказала ерунду.

— Чтобы сдоба отлежалась, и чтобы мухи не садились. Оно хоть и осень уже, а на тепло быстро прилетят. Сомневаюсь, что покупателям понравится брать пирожки, по которым ползают насекомые.

— Ну так, у нас же пирожки с мясом, — очень удачно шутит внучка.

— Ха-ха! — отвечаю ей. Потом выпрямляюсь и внимательно осматриваю ассортимент. — Алик?! Который час?

— Восемь. Ровно, — раздается откуда-то сверху.

Подняв голову, вижу пончика, сидящего на шкафу и болтающего ножками. На физиономии что-то вроде удовлетворения.

— Открываемся, — выдыхаю. — Ни Пуха нам, ни Пятачка.

— К черту! — посылает со знанием дела внучка, и мы синхронно открываем двери магазина.

И стоим какое-то время,