"Феникс". Номер для Его Высочества - Элиан Вайс

— Милые люди, — процедила я сквозь зубы.

В этот момент дверь распахнулась без стука. На пороге стояла высокая блондинка с идеальной осанкой, точеной фигурой и выражением лица «вы все здесь говно». Рядом с ней маячили две служанки с ворохом ткани.

— О, очнулась, — лениво протянула блондинка, окидывая меня презрительным взглядом. — А жаль. Я уже платье для похорон присмотрела, шляпку траурную… шучу, конечно. — Она улыбнулась, но улыбка была как у акулы. — Вставай, Лилиан. У нас примерка. Принц ждать не любит.

Я смотрела на неё и чувствовала, как где-то в глубине души просыпается что-то первобытное. Та самая яростная энергия, которая помогала мне пробивать любые преграды в прошлой жизни. Которая заставляла мужчин-архитекторов уступать мне место за переговорным столом. Которая позволяла не сломаться, когда рушились личные отношения.

— Вивьен, полагаю? — спокойно спросила я, не двигаясь с места.

Блондинка удивилась, но быстро взяла себя в руки.

— Мы не представлены, — холодно ответила она. — Для тебя я «леди Вивьен», будущая… подруга семьи. — Она хмыкнула, намекая на что-то совсем недружественное.

— А для меня ты та, кто врывается в чужую комнату без стука и строит из себя хозяйку жизни, — парировала я, поднимаясь с кровати.

Ноги слегка подкашивались, тело Лилиан было слабым после трёхдневного лежания, но я заставила себя выпрямиться. Вивьен была выше меня сантиметров на десять, но плевать.

— Что ты сказала? — Вивьен прищурилась.

— То, что ты слышала. — Я сделала шаг вперёд. — Я согласна на примерку. Но предупреждаю сразу: платье выбираю я. Не ты. Не твои подружки. И уж точно не твой любовник-принц. Я. Ясно?

Тишина повисла в комнате такая, что можно было резать и продавать кусками. Мэйбл за моей спиной, кажется, перестала дышать. Служанки Вивьен вытаращили глаза. Сама Вивьен побелела от злости, а потом покраснела.

— Ты… ты, деревенщина… — прошипела она, делая шаг ко мне. — Да кто ты такая, чтобы мне перечить⁈ Я тебя в порошок сотру! Я тебя при дворе так опозорю, что ты сама удавишься! Я…

— Леди Вивьен! — раздался вдруг мужской голос из коридора. — Вы здесь?

В комнату вошёл молодой мужчина. Красивый. Безумно красивый. Высокий, светловолосый, с голубыми глазами и такой самоуверенной улыбкой, что хотелось сразу дать ему по морде, чтобы сбить эту улыбку. Одет богато, но с иголочки. Пахнет дорогим парфюмом.

Принц Генри собственной персоной.

— А, очнулась, — повторил он слова своей любовницы, скользнув по мне равнодушным взглядом. — Отлично. Вивьен, пойдём, я тебя обыскался. А ты, — он кивнул в мою сторону, — давай, примеряй что дадут. Чтобы к вечеру было готово. Завтра подписание брачного контракта.

Он взял Вивьен под руку и уже собрался уходить, когда я сказала:

— Постойте, ваше высочество.

Он обернулся, удивлённый, видимо, что «деревенщина» вообще рот открыла.

— Чего тебе?

— Хочу уточнить, — я сложила руки на груди, — завтра подписание контракта. А послезавтра что? Свадьба? Или сразу в восточное крыло, подальше от глаз, как ваша любовница уже успела намекнуть?

Вивьен дёрнулась. Генри нахмурился.

— Ты много себе позволяешь, — холодно сказал он.

— Я просто хочу понимать правила игры, — я пожала плечами. — Вы меня выбрали в жёны не за красоту и ум, это очевидно. Выбрали, чтобы король от вас отстал. Я не против. Но давайте сразу договоримся: я не буду терпеть унижения. Я буду жить своей жизнью. Вы — своей. И если ваша… леди, — я кивнула на Вивьен, — попробует надо мной поиздеваться ещё раз, я отвечу. И ей не понравится, как я умею отвечать.

Генри посмотрел на меня с любопытством, как на заговорившую собачку.

— Ты, я смотрю, после падения с лестницы характером пошла, — усмехнулся он. — Раньше молчала в тряпочку.

— Раньше я была дура, — отрезала я. — А теперь поумнела.

— Забавно, — протянул принц. — Ладно, Вивьен, пойдём. Пусть примеряет что хочет. Мне плевать.

Они ушли. Вивьен бросила на меня на прощание такой взгляд, что можно было бы яйца жарить. Я выдохнула и только сейчас заметила, что меня трясёт. То ли от слабости, то ли от адреналина.

— Лилиан… — прошептала Мэйбл, подбегая ко мне. — Вы что творите⁈ Вы её врагом сделали! Она же вас со свету сживёт!

— Мэйбл, — я обернулась к ней, — она бы меня и так сжила со свету. Ты сама сказала: они вдвоём надо мной издеваться собирались. Я просто показала, что я не овца. С овцами — да, поступают как с овцами. С волками… посмотрим, кто кого.

Я подошла к окну. Внизу раскинулся замковый двор, суетились люди, где-то вдали виднелись леса и горы. Красиво. Сказочно. И совершенно не моё.

— Мне нужно подумать, — сказала я тихо. — Платье подождёт. Скажи им, что я ещё слаба после болезни. Перенеси примерку на вечер.

— Но Лилиан… они же…

— Мэйбл. — Я посмотрела на неё. — Ты кому служишь? Им или мне?

Девушка помолчала, потом кивнула и выбежала из комнаты.

Я осталась одна. Подошла к зеркалу, всмотрелась в незнакомое лицо. Потрогала щёки, провела рукой по волосам.

— Ну что, Алиса, — сказала я своему отражению. — Попала ты, подруга. Или, вернее, Лилиан. Но раз уж мы теперь одно целое, давай-ка вытаскивать нас обеих из этого дерьма.

Я вспомнила свою прошлую жизнь. Чертежи, которые так и остались на столе. Мечту об отеле у озера — с большими окнами, каминами, уютными номерами и видом на воду. Мечту, которую я так и не успела осуществить.

— Ладно, — я выдохнула и улыбнулась своему отражению впервые за это утро. — Значит, будем строить отель здесь. А этих… принцев с любовницами… пошлём куда подальше. Красиво пошлём. С ветерком.

Внутри что-то щёлкнуло. Страх ушёл, уступив место азарту. Я не знала, как именно буду выпутываться, но знала одно: я не собираюсь быть пешкой в чужих играх. Я сама шахматистка.

— Ваше высочество, — прошептала я, глядя на дверь, за которой скрылся принц. — Вы даже не представляете, во что ввязались.

Глава 2

Его высочество и его «игрушка»

К вечеру я более-менее пришла в себя. Тело Лилиан оклемалось удивительно быстро — то ли молодость брала своё, то ли адреналин от утренней перепалки с Вивьен подстегнул организм. Я даже умудрилась поесть (Мэйбл притащила тарелку какой-то каши с мясом, и я умяла её за обе щёки, к ужасу служанки, которая считала, что благородные девицы должны клевать как