Ведьмы Зелёной Волши - Анастасия Федоренко

Возможно, я пока не слишком понимаю, кто такие оборотни и каковы их законы, но рассказанное Яром звучало дико. Хотя какая-то мерзкая, тёмная часть меня где-то глубоко внутри возликовала тому, что один балабол получил хорошую встрёпку.

— Что случилось потом? — спросила сквозь ком в горле.

— Отец наказал меня, Танюш. Очень сильно. Он отослал меня подальше и запретил контактировать с тобой любыми способами, наложив вето вожака. Для оборотня, только начавшего образовывать связь со своей парой — это самое худшее наказание.

— Что за «вето вожака»? — непонимающе переспросила я чуть дрогнувшим голосом. — О какой связи с парой ты говоришь? Хочешь сказать, твой папа знал о наших встречах и запретил нам видеться, поэтому ты уехал, ничего не объяснив?!

Я скоро и вправду начну сходить с ума. Иначе, как объяснить, что в итоге мой голос сорвался на высокие тона. Наверное, это очень просто — выжить из ума. Особенно, если близкие люди хорошенько подталкивают тебя к этому.

Кажется, Яр это тоже понял. Я увидела в его глазах море сочувствия, и в тоже время некую решимость.

— Вето вожака — нерушимый приказ, который может отдать только альфа, вожак по-другому. И ни один оборотень из стаи не может его нарушить или отменить. У нас слишком сильна иерархия, где альфа — глава, а его слово — закон. Я просто не мог нарушить приказ. Это очень сложно, Тань. И я обязательно расскажу тебе об оборотнях гораздо больше, чтобы ты смогла понять нашу суть. Сейчас воспринимай всё сказанное, как… магию. В каком-то смысле оборотни тоже дети магии, колдовства и природы.

Что ж, пожалуй, это было не так сложно. В последнее время вокруг много того, чего я не могла познать и понять, а бабушка всё время твердит, что дело в силе. Так и здесь… Вето вожака…

Из всех возможных причин нашего разрыва почему-то мне досталась именно та, которая связана с магией.

— А связь пары, о которой ты говорил?

— Здесь гораздо проще, — немного растерянно улыбнулся Яр. — Когда мы влюбляемся, этот процесс затрагивает и нашу вторую сущность, волка. Все инстинкты, все чувства... Буквально всё настраивается на выбранную девушку или парня. Это как будто ты становишься больным до одного единственного человека. В период формирования этой связи, когда вторая половинка оборотня отвечает на его чувства, вторая сущность очень нестабильна. Никитос поплатился за свои необдуманные слова, а я, как сын вожака, понёс ответственность за потерю контроля.

— Всё это звучит так, будто ты пересказываешь какой-то фэнтези-сериал или фильм, — тихо шепнула я, толком не зная, как реагировать на эти слова.

— Какой кошмар, я-то надеялся, что моя речь будет лучше, чем у этих типов, — хохотнул он, а после уже совершенно серьёзным тоном добавил: — Прости меня, если сможешь.

Я ответила почти сразу, не дав себе время передумать:

— Прощу. Но нужно время, Яр. Мне было очень больно, и теперь мне вновь надо привыкнуть к постоянным мыслям о тебе, привыкнуть к твоему присутствию и… к новым обстоятельствам.

— Понимаю, Тань, я…

— Господа влюблённые, время вышло! — громко провозгласили сверху, прерывая наши спутанные объяснения. — Таня, домой! Вы, молодой человек, всегда можете вернуться к этому разговору в другой день. Пригласите мою внучку в кафе или в кино…

— Ну ба!

— Не «бабкай» мне! Я и так долго ждала, пока он тебе самое главное объяснит, остальное — позже!

С этими словами окно в моей комнате вновь закрылось, оставляя нас, слегка ошарашенных, наедине. Хотя наедине ли? Похоже, моя бабулечка гений шпионажа покруче всяких сериальных детективов!

— Ладно, Танюш, послушаем Ингу Степановну, — с усмешкой произнёс Яр. — Она слишком встревожена, а значит и вправду будет что-то нехорошее.

А по-моему, у кого-то просто длинная реклама в это время!

Но вслух я ничего не сказала. В этот момент даже шелохнуться было сложно. И в каком теперь мы статусе? Парень-девушка? Нам стоит поцеловаться на прощание или слишком рано? Я ведь не простила его до конца.

Либо Яр слишком хорошо меня знает, либо у меня вновь отобразилась бегущая строчка на лбу, потому что в следующий миг он наклонился и легонько дотронулся своими губами моих губ. Почти невесомый поцелуй. Нежный, тёплый. Без оглушительной страсти, которой были наполнены предыдущие два.

Домой я зашла с лёгкой улыбкой. Глупой, счастливой.

Впорхнула в тепло родных стен, до этого даже не представляя, насколько продрогла на улице, навела себе чай с вкусно пахнущей земляникой, стащила несколько конфет из вазы и, приплясывая, отправилась к себе в комнату.

Бабушка увлечённо смотрела сериал, не обращая на меня внимание. И я решила не лезть к ней с расспросами по поводу снега, возможной метели и её вторжения в мою личную жизнь (и в комнату!). Всё успеется!

С такими мыслями я направилась к себе, даже не подозревая, что именно принесёт грядущая ночь.

Я захотела побыть нормальной влюблённой девочкой, которой вновь подарили крылья…

И этот обычный вечер запомнился лучше всего, потому что он был последним в моей «нормальности».

Глава 15

В этот раз мне снился огонь.

Яркое пламя, застилающее взор на много метров вперёд. Красное зарево с вкраплениями насыщенного оранжевого и жёлтого цвета. Интересная игра красок, которая вводила в некий гипноз.

Чего только не было в этом сне…

Вот только я буквально чувствовала этот огонь своей кожей. Было жарко, словно я нахожусь в самом эпицентре пожара или горю сама.

Кровь закипала в венах, жар сменялся невыносимой болью.

В какой-то момент я вдруг осознала, что больше не сплю, а ощущение, будто меня пожирает пламя, самая настоящая реальность.

Я лежала на своей кровати на смятой простыне без одеяла, которое оказалось на полу. Хлопковая пижама пропиталась потом и неприятно липла к телу.

Неужели температура поднялась? Хотя это было совершенно ожидаемо, учитывая сходящую с ума погоду. Маринка уже неделю сидит взаперти, мучаясь от гнусной простуды.

Но мне, словно на зло, вспоминались слова бабушки о пробуждении моих сил и все магические странные штуки, происходящие в деревне в последние дни, и мысли об обычной простуде как-то сами отступили. Банальная простуда была бы слишком простым объяснением, а я больше не верила, что у меня может быть что-то «простое».

В комнате было невероятно душно. Спёртый воздух ужасно раздражал, заставляя дышать гораздо чаще обычного. Вставать с кровати не хотелось, но у меня не было выбора, кислорода катастрофически не хватало.

Поднялась и распахнула окно настежь, пропуская в тёплое помещение холодный ночной воздух.