Пирог с корицей - Аля Гром
«Я не буду ничего вспоминать. Той жизни давно нет, когда принц Сэм был моим другом. Или когда Александер обещал мне остаться жить со мной в деревни. Нет, все это было …. Неправильно… И принц, и я, мы оба были детьми, и оба думали, что можем выбирать, как жить. Но его призвал долг. А я… А я до сих пор не понимаю, что здесь делаю. Зачем они забрали меня из деревни? Завтра в Ратуше камень, конечно, покажет, что у меня есть дар, но что дальше? Ехать в столицу на конкурс? Это же смешно. Даже Кити, хоть она и сама из провинции смеется надо мной, а что будет, когда меня увидят столичные девушки? … А Сэм? Он что-то скажет, когда меня увидит? Вспомнит? Или равнодушно отвернется?.. Я обещала себе больше никогда не думать о нем, но… как же мне не думать, когда… когда меня везут к нему!?»
— Мила, — сказал в спину капризный голос Китти, — не забудь проследить, чтобы мне подали фрукты! Я люблю персики!
Ярмилка вздрогнула. Еще никто и никогда не сокращал так ее имя. Ей показалось, что у нее только что украли часть ее самой.
— Меня зовут Ярмила, — попыталась поспорить она, держась за ручку двери.
Китти скривилась и схватилась за бок.
— Тебе обязательно спорить? Ты такая упрямая и дерзкая! Всю дорогу не закрывала рот! Наверное, хотела понравиться господам сопровождающим? Да зря старалась, они сейчас глаз на нас не посмеют поднять. Но потом, когда ты вылетишь с испытания, тебе конечно, надо будет найти кого-то… Может ты и права, может, полицейский и правда для тебя неплохой вариант, — с сомнением протянула Кити.
Ярмилка задохнулась от возмущения. Они никого не искала и не пыталась понравится!
«И вообще, Китти же сама попросила рассказать ей сказку, а теперь меня же и обвиняет!? Нет, я никогда не смогу понять этих знатных особ, и уж тем более жить среди них, — грустно покачала головой Ярмила».
Так ничего и не сказав, она открыла дверь и вышла в коридор.
Обеденный зал встретил шумом и веселыми голосами сидящих. Ярмила заметила, какие заинтересованные взгляды кидают на нее мужчины, но ей это не льстило, а скорее пугало. К своей огромной радости она быстро нашла столик, за которым сидели ее провожатые, и с радостью опустилась на скамью рядом с ними.
— А где наша принцесса? — спросил полицейский, подняв бровь.
Ярмила не на шутку испугалась. «Принцесса!? Разве это возможно?»
— Ну что ты пугаешь девчонку, смотри, на ней теперь лица нет! — осадил полицейского его друг и, повернувшись к Ярмиле, добавил, — А тебе надо быть сообразительней! Мой друг пошутил, а ты и уши развесила! Откуда только такая наивная взялась на нашу голову!?
Помолчав, он всё же с улыбкой добавил:
— Но сказки рассказывать, ты и, правда, мастерица. Всё, ешь давай.
Ярмила потянулась к предложенной еде.
«Боги! Как же много и как все вкусно пахнет… Почти так же, как меня угощал Сэм…»
В глазах от этих воспоминаний невольно заблестели слезы.
— Ну, — толкнул друг полицейского, — довел девочку? Не плачь, она такая же принцесса, как и ты.
Ярмилка в ужасе вскинула на него глаза.
— Все вы невесты принца, а стало быть, равны, по крайней мере пока. А там, конечно, конкурс какой-то будет… Там уже и посмотрите, кто на что годится, — пожал он плечами. Подумал и не выдержал:
— А представляешь, дружище, если мы сейчас с будущей королевой за одним столом сидим и трапезничаем, а? — обращаясь к полицейскому, он тем не менее подмигнул девушке. Ярмилка подавилась кусочком мяса и стала отчаянно кашлять, а он, стукнув ее по спине, громко захохотал.
Полицейский в ответ тоже рассмеялся, а потом громко произнес:
— За это надо выпить!
— За настоящую невесту и будущую королеву! — произнес тост его друг, подняв кружку.
Ярмилка сидела красная и смущенная, аппетит куда-то пропал и вечер уже не казался таким добрым и хорошим.
— Сиди, — дернул ее за рукав полицейский, когда она попыталась подняться, чтобы уйти к себе в комнату, — Сама не дойдешь, слишком смазливая, а я потом отвечай за тебя!
Ярмилка послушно села. Он же, повернувшись к ней, еще битый час рассказывал, что ей, Ярмилке, следует быть поуверенней в себе и не такой доверчивой, и давать людям отпор, когда надо. Ярмила слушала, кивала и мечтала только об одном — побыстрее оказаться в кровати. Наконец, ее охрана решила также идти спать. Поднявшись, девушка быстро поставила несколько нетронутых блюд на поднос и под недоумевающие взгляды пояснила:
— Это для Кити, она очень устала и просила принести ей что-нибудь поесть.
Полицейский лишь раздраженно махнул рукой.
— Ну о чем я твердил тебе весь вечер, а? Ты такая я же невеста, как и все остальные девушки на отборе, тебе не нужно им прислуживать и выполнять их прихоти!
Ярмила покачала головой.
— Мне не сложно, а у нее спина болит, ей очень тяжело было в поездке.
Полицейский лишь махнул рукой и провел ее до комнаты.
— Завтрак в восемь, а в девять — отбор в Ратуше. Смотрите, не проспите свое счастье, — сказал он напоследок.
Ярмила осторожно зашла в комнату, стараясь не уронить тяжелый поднос. Поставила его на стол и только тогда заметила, что ее соседка по комнате спит.
«Ну вот, а говорила, что не уснет на этой кровати, — улыбнулась по-доброму девушка, опускаясь на краешек чужой кровати». Затем она поменяла зрение и начала потихоньку вытягивать черные точечки из Кити. Прошло не меньше часа, пока она справилась со всеми. Зато спящая девушка вытянулась во сне и заулыбалась.
«Отлично, теперь ей стало лучше. Она выспится и перестанет быть такой злой, надеюсь! И это здорово, что я принесла еду — мне теперь есть чем восстановить силы!» Ярмила присела за стол и наконец-то плотно поужинала, так как в зале у нее от слов охраны все куски во рту застревали. Быстренько приняв душ, она переоделась в ночную сорочку и уже далеко за полночь легла спать. Все её идеи про поплакать в подушку — забылись, и улыбнувшись от радости за проделанную работу, она сладко заснула.
Утром Ярмилку разбудило нежное мурлыканье какой-то песенки, которую напевала Китти, прихорашиваясь перед зеркалом.
— Ну ты и соня! — воскликнула она, заметив, что Ярмила уже не спит, — Я уже
