Цена выбора. На распутье - Надежда Карпова

Кристин похолодела. Неужели он её сейчас выдаст? Зашумело в ушах, стало трудно дышать.

— Чудесный. Светлый. Словно прощение мне даровал. Я больше не хочу учувствовать в ваших махинациях. Не по мне это. Зря вообще в экспедицию полетел, — Горович всё тише бормотал себе под нос.

— Похоже, совсем допился до галлюцинаций, — насмешливо хмыкнул капитан.

— Возможно, — голос Эллисона стал задумчивым. — Дотащите его до его комнаты и охраняйте, чтобы больше не сбежал. В любом случае, его помощь нам больше не понадобится. Всё, что надо, мы уже знаем. Споить объект и спровоцировать будет несложно. Дальше сами справимся. Готовьтесь.

— Как вы можете! Это же… — возмущение Горовича оборвал глухой удар.

Кристин от неожиданности дрогнула, и рука не выдержала, соскользнула. Она снова стукнулась больным плечом, а потом о другой ствол спиной. Прикусила губу, чтобы не заорать. В глазах потемнело. Таяр выскользнул из ослабевшей руки.

Грохот упавшего тела за пределами куста показался таким далёким. Она уже не могла понять, услышал кто-то её или нет. Осторожно вдохнула. Ещё раз. Немного отпустило. Видимо просто новый удар пришелся по старым ушибам.

— Капрал Танич, возьмите ещё двоих и тащите профессора. Сержанты Дженсен и Ясвин, со своими группами обойдите ещё раз периметр. О любом подозрительном движении сообщать.

— Есть, капитан!

Шаги, переклички — уже прошли мимо сознания. Кристин не прислушивалась и не вникала. Слишком вымотанной себя ощущала. Тихонько сползла на землю и прилегла на здоровый бок, расслабляя мышцы. Спина противно ныла, плечо дергало. Хотелось просто отлежаться немного, а потом как-то добраться до комплекса.

Анализировать и думать она будет потом.

***

Путь до здания показался бесконечным. Боль притупилась немного, но усталость придавила к земле. Кристин еле ковыляла. Ещё и в обход по краю леса прошла до нейтрального входа, побоявшись пересекать ярко освещенное посадочное поле. Наверняка за ним следили.

Когда добралась, наконец, до двери в общий зал и пробралась по стеночке до людской половины, освещение уже горело в ночном режиме. Тусклый синий свет едва очерчивал стены, чтобы не натыкаться на углы. Впрочем, к лучшему — никто её не увидит.

Медленно добрела до своей комнаты и первым делом спрятала таяр в шкафу. Потом осторожно присела на кровать и стянула кроссовки, наступив второй ногой на пятку. Наклонилась вытащить ирсы и зажмурилась, выдохнув сквозь сжатые зубы. Если любое движение отдаётся болью в спине, она не сможет так сегодня спать. Как назло, с собой никакой мази нет.

Она всё же вытащила ирсы и убрала на полку к таяру. Потом, поколебавшись, влезла обратно в кроссовки и вышла из комнаты. Припомнив план комплекса, побрела до медотдела. И только добравшись до цели, подумала, что он может быть закрыт. Вряд ли там кто-то будет дежурить, здесь же не больница.

На удивление, при прикосновении к замку дверь открылась. Кристин прищурилась от яркого света, шагнула внутрь и вздрогнула от пронзительного стеклянного звона. Девушка в белом халате ненамного старше неё не особо бережно составляла ящики с пробирками в шкаф, сердито бурча что-то под нос. Развернулась и вздрогнула, заметив её.

— Ты что тут забыла? — она прижала ладонь к груди и сдула с лица прядь, выбившуюся из пучка на затылке. — Ночь уже, все спят.

— Можно мне мазь от ушибов или обезболивающее? — устало спросила Кристин, не став указывать на очевидное, что сама девушка тоже не спит.

— Зачем тебе? — буркнула та, разворачиваясь и запирая шкаф с оборудованием.

— Иначе не усну сегодня.

— Не преувеличивай, — она достала спрей из другого шкафчика и ватные тампоны, — царапины на руках — ерунда. Обработаю антисептиком и утром уже не будут беспокоить, за пару дней заживут. Иди сюда.

Кристин устало похромала до кушетки. Эта девушка не походила на врача, скорее на лаборантку какую-то, но выбора у неё не было. Спину намазать она сама не дотянется. Осторожно присела на краешек.

— Повернись к свету, — та потянула её за плечо.

Кристин охнула и скрючилась.

— Так, — лаборантка выпрямилась и отставила бутылёк на стеклянный стол рядом. — Майку снимай.

Кристин попыталась выполнить просьбу, кое-как потянув майку одной рукой вверх. Вторая подниматься не хотела, плечо простреливало. Девушка не выдержала и бросилась помогать, дернув застрявший край вверх и стаскивая мешающую ткань. Кристин сжала зубы, зажмурившись, и медленно выдохнула.

— Ого! — в голосе отчетливо прозвучало изумление. — У тебя синячище и сустав опух. Ещё где-то есть?

Кристин осторожно развернулась боком, положив одну согнутую в колене ногу на кушетку.

— На спине тоже огромный синяк. Где тебя так угораздило? Впрочем, не отвечай! Это не моё дело. Зверски устала сегодня драить эти чертовы пробирки и адски хочу спать! Но обезболивающего дать не могу. Оно под замком и расход строго под запись в карту пациента. А заполнять их у меня прав нет. Могу только смазать мазью от ушибов. Но с такими, как у тебя, вряд ли быстро поможет. Слишком большие гематомы. А в суставе может быть вывих или воспаление.

— И как мне сегодня спать? — тихо спросила Кристин.

— Я могу разбудить и вызвать доктора Грено. Но он будет не в восторге. И вряд ли мы отсюда до утра выберемся. Запытает вопросами: что да как. Он, когда раздражён, становится таким занудой, — за спиной раздался усталый вздох.

— А есть другие варианты? — Кристин обессиленно сгорбилась. Она уже была согласна на всё.

— Вообще-то… — протянула лаборантка с сомнением. — Можно засунуть тебя в камеру регенерации. Но тут небольшая проблема. Стандартный цикл от восьми часов и больше. Если тебя здесь застанут утром, то опять же заведут карту и замучают вопросами. И меня заодно. Но уже завтра.

— Или? — поторопила Кристин. За словами девушки отчетливо прозвучал подтекст.

— Есть ускоренный цикл. Через пару часов выйдешь отсюда и спокойно отправишься в комнату отсыпаться. Но у него есть побочный эффект. Кожа потом несколько дней сохраняет повышенную чувствительность. Прикосновения ошпаривают, одежда раздражает и всё в таком духе. Придётся потерпеть.

— Но никаких медицинских карт заводить не придётся и моём приходе не узнают? — Кристин развернулась к лаборантке. Та неуверенно кивнула. — Меня устраивает. Давай ускоренный курс.

Она открыла рот, закрыла и мотнула головой, сдув мешающую прядь. Повторила как мантру:

— Это не моё дело. Не хочу ничего знать. Пошли, уложу тебя. И пойду наконец