Надежда в новом мире - Светлана Богдановна Шёпот

– Мне очень жаль, – произнесла она тихо, немного жалея о своей настойчивости.

На самом деле Надя и раньше догадывалась, что причина могла быть очень серьезной, но она обязана была знать наверняка.

– Ты тут ни при чем, – махнул рукой Харох, а потом тяжело опустился обратно на пень, на котором сидел.

– Могу я узнать, как это случилось?

Харох выглядел так, будто не желал что-либо говорить. Некоторое время они сидели молча, а потом мужчина все-таки решился.

– Зара была скорбной, – тихим голосом произнес он. – В тот день я заболел, а она отправилась с отрядом на поиски пищи. Мы уже использовали секрет крикунов, поэтому походы проходили с относительной безопасностью. Тем более что отряд не должен был заходить слишком далеко. Но когда они вернулись, ее с ними не было. Нахор сказал, что ее убили крикуны.

– Нахор?

– Лидер отряда, с которым она вышла в тот день за ворота.

– Он еще жив? – продолжила Надя задавать вопросы.

– Что с ним станет? – хмыкнул Харох. – Все, кто был в тот день с Зарой, живы.

– И вы не интересовались, почему со всего отряда погибла только она? Крикуны не кажутся такими милосердными. Разве с ней не было больше скорбных?

Харох качнул головой.

– Конечно, я спрашивал, – ответил он. – Люди сказали, что Зара увлеклась и отошла от отряда слишком далеко. Когда они нашли ее, то было уже поздно. По всем признакам они поняли, что она столкнулась с крикунами.

Надя поджала губы.

– И часто крикуны нападают на людей, вышедших за пропитанием?

– Не обязательно крикуны, но иногда люди все-таки не возвращаются. Этот лес опасен. Время от времени кто-нибудь погибает. Это неизбежно, – ответил Харох.

Взрывоопасная атмосфера немного рассеялась, но полностью не исчезла. Было ясно, что мужчина до сих пор не пережил утраты и не мог смириться с тем, что произошло когда-то.

– Почему вы так ненавидите убежище? – задала Надя еще один вопрос.

– Когда я сказал, что крикуны опасны и мы должны избавиться от них как можно скорее, меня никто не стал слушать. Они все отвернулись. Испугались! Проклятые трусы! – Харох снова закипел. – Они только и могут, что прятаться за высокими стенами и делать вид, что все в порядке.

Несмотря на логичность и стройность рассказа, Наде все равно казалось, что в этой истории был зарыт какой-то подвох. Наверное, недоверие было буквально написано на ее лице, потому как Харох вскоре вновь заговорил:

– Если ты думаешь, что существует какая-то закономерность в смертях, то ее нет. Я уже размышлял об этом. Люди погибают в разное время, в разных направлениях, при разных обстоятельствах. Отряды могут ходить месяцами без каких-либо проблем, а потом за два-три раза потерять несколько человек. Я уверен, что все это – лишь досадные случайности.

Выслушав его, Надя нехотя признала доводы. Возможно, она действительно слишком много думала и все смерти были результатом исключительно опасной окружающей среды.

Но почему-то убедить себя в этом полностью ей так и не удалось.

Глава 69

– Нам придется основательно привязать трубу к деревяшке, иначе вся конструкция после первого применения просто развалится, – резко произнес Харох, обращаясь к Каэрону. Этим он дал понять, что прежний разговор завершен.

Надя вздохнула, но не стала возвращаться к прежней теме, подумав, что в будущем ей следовало узнать больше о смертях, желательно от людей, которые могли говорить более свободно. Хароху явно было еще больно вспоминать прошлое.

Пока мужчины спорили, она принялась размышлять о семенах, которые когда-то нашла в подземелье. Надя хотела поскорее посадить их, но сейчас явно было не время. Без забора всегда существовала вероятность, что посевы могли испортить случайно прорвавшийся через ловушки звери. Ей не хотелось, чтобы ее труды пошли насмарку. Она старалась не думать, что семена давно могли утратить всхожесть.

– А я говорю, что так ничего не выйдет, – спорил Харох, глядя на Каэрона так, словно он предлагал ему пройтись по джунглям вверх ногами.

– Все получится, – настаивал Каэрон, глядя на него непримиримым взглядом.

Надя хмыкнула.

Мужчины. Оружие было их страстью в любом из миров.

Решив заняться приготовлением еды, она поднялась и направилась в сторону дома. Ей нужно было кое-что взять оттуда. Но в этот момент она услышала какой-то тихий писк, похожий на плач.

Надя прислушалась, не понимая, мерещилось ей или нет.

– Вы это слышите? – спросила она у мужчин, повернувшись к ним.

Те подняли на нее взгляд и прислушались.

– Зверь какой-то пищит, – сразу ответил на ее вопрос Харох. – Не обращай внимания, – добавил он. – У нас мяса хватит на несколько месяцев, ни к чему больше охотиться. Можно попробовать черенок сделать из кости, а не из дерева, так будет более надежно, – продолжил он разговор с Каэроном.

Тот еще какое-то время смотрел на Надю, но затем вновь вернулся к обсуждению.

Она постояла немного и продолжила путь.

Действительно, им пока не требовалось больше мяса, не стоило убивать лишь из спортивного интереса.

Когда она была уже около двери, крик повторился. В тот же момент Надя поняла, что он мог принадлежать только детенышу. Она вновь повернулась к мужчинам. Те молчали и смотрели на нее серьезно. Судя по всему, они тоже поняли это.

– Надо посмотреть, – предложила она.

– Вот вам делать нечего, – заворчал Харох.

Каэрон без лишних слов поднялся. Надя улыбнулась ему, довольная в душе такой безмолвной поддержкой.

Несмотря на ворчание, Харох тоже встал. После этого они втроем направились в ту сторону, откуда до них доносился тихий звук. Чем ближе они подходили, тем отчетливее он становился. Надя забеспокоилась, потому что он очень напоминал хныканье маленького ребенка.

Пробравшись через кусты и обойдя деревья, они остановились около места, откуда доносился крик. Им пришлось поднять головы, чтобы увидеть того, кто его производил.

– Это... – начала Надя, когда поняла, что мужчины не собирались ничего говорить.

– Детеныш крикуна, очевидно, – пробормотал Харох, а затем развернулся и потопал обратно.

Надя взглянула на него, но не двинулась с места.

– Ему нужно помочь, – тихо сказала она и посмотрела на Каэрона.

Детеныш обезьяны в этот момент висел вниз головой. Одна его ножка застряла