Напиши меня для себя (ЛП) - Коул Тилли

— Э-э-э... — Я заерзал в кресле. — Что ж, приятно это слышать, сэр.

Мистер Скотт прикрыл рот ладонью, чтобы скрыть улыбку, и, откинувшись на в кресле, указал на экран.

— А теперь давай продолжим смотреть игру. — Он взглянул на меня. — У меня жена и дочь, которые ни черта не понимают в футболе, Джесси. — Мистер Скотт похлопал по подлокотнику. — Пока мы здесь, в «Гармонии», ты мог бы стать моим напарником по просмотру матчей. Как тебе такая идея? — Я едва мог вымолвить хоть слово.

«Вот каким должен быть хороший отец», — подумал я. Осознание, что я был лишен этого всю жизнь, тяжелым грузом легло на сердце.

— Да, сэр, — сказал я, стараясь не выдать, как меня тронуло его предложение. — Конечно. — Я нажал «Play» и снова погрузился в игру.

И эти пару часов я не чувствовал себя таким одиноким.

Глава 8

Джун

— Я как-то даже не подумал, — сказал Крис, когда они с Эммой шли за мной по коридору. Я попросила принести в кинозал ведра и воду.

Внуртри все сжалось, когда я вспомнила утренний разговор с папой. Последние несколько дней я часто думала о Джесси, конечно же. Собственно, я не переставала думать о нем с самого начала лечения. Он был один в своей комнате, и мне была невыноима мысль об этом, но я не хотела навязываться.

По словам папы: «Вчера я провел пару часов с Джесси. Мне было невыносимо видеть его в полном одиночестве. Вы же должны поддерживать друг друга. Никто не должен проходить через такое в одиночку. Джесси — хороший парень, добрый и открытый. Если его семья не может быть рядом, значит, будем мы».

Мое сердце забилось вдвое быстрее, когда папа произнес это с абсолютной уверенностью на лице. Я видела, что ему нравится Джесси, и от этого становилось радостно на душе. Поэтому сегодня утром, несмотря на боль во всем теле и тошноту, я разыскала Криса и Эмму, чтобы позвать их с собой. Нини говорила, что в этой ситуации полезно оказывать поддержку тем, кто находится в таком же положении, как и ты, поэтому именно этим я и занималась. У нас был перерыв в лечении, и нам нужно было поддержать друг друга.

Папа сказал, что полчаса назад снова видел Джесси в кинозале, поэтому я знала, куда нужно идти. Когда мы свернули за угол, на большом экране шел «Гладиатор». Джесси полулежа развалился на кресле, рядом стояли стакан с водой и питательный напиток. Я села рядом, и Джесси изумленно уставился на меня.

— Джунбаг? — удивленно спросил он. Затем поднял взгляд и увидел, что Крис и Эмма тоже занимают места.

— Не против, если мы присоединимся? — спросила я.

Крис протянул руку, чтобы стукнуться с Джесси кулаками.

— Привет, Джесси. — Эмма помахала рукой.

— Что вы здесь делаете? — спросил Джесси. Его зеленые глаза сканировали меня так же тщательно, как аппарат МРТ доктора Дункана. — Ты хорошо себя чувствуешь? Как ты со всем справляешься? Тебе не нужно прилечь и отдохнуть?

Он был таким внимательным. И я заметила, что, хотя он спрашивал всех нас, его вопросы в основном предназначались мне.

Набравшись смелости, я накрыла его ладонь своей.

— Я в порядке. Боль, усталость — все как обычно. — Я пожала плечами. — Но я... мы... хотели быть здесь с тобой.

Джесси склонил голову набок, глядя на меня. В его глазах вспыхнуло понимание.

— Твой папа рассказал тебе, где я пропадаю.

Я сжала его руку и покраснела, когда он перевернул ладонь и переплел свои пальцы с моими так, словно это было самой естественной вещью в мире. Дыхание сбилось. Почему мое тело так реагировало на его прикосновения? Я не могла объяснить это притяжение.

— Он упоминал об этом, но это не значит, что я сама о тебе не думала. — Мне потребовалось немало мужества, чтобы сказать это вслух.

В горле встал комок, стоило мне увидеть, как глаза Джесси заблестели от слез.

— Спасибо, Джунбаг, — прошептал он еле слышно.

«Ты не один», — хотела добавить я, но не решилась произнести это вслух. Не в присутствии Эммы и Криса.

— «Гладиатор», — радостно воскликнул Крис. — Отличный выбор, Джес.

Джесси улыбнулся.

— Я решил использовать кинозал по максимуму, пока не начались занятия и нам не пришлось терпеть одновременно и болезнь, и математику. — На его лице заиграла та самая дерзкая ухмылка, которая мне так нравилась в нем. — Хотя не знаю, от чего меня будет больше тошнить: от химиотерапии или от алгебраических уравнений.

— Аминь, бро, — сказал Крис и показал жестом «дай пять» через несколько кресел.

— Эй! — возмутилась Эмма, словно приняла высказывание о математике как личное оскорбление. — Что вам алгебраические уравнения не угодили?

— Э-э-э... тем, что существуют? — сказал Крис, и я прыснула от смеха. Он посмотрел на Эмму с недоверием. — Только не говори, что ты повернута на математике, Эм?

Эмма гордо расправила плечи.

— Региональная чемпионка олимпиады по математике, три года подряд, — заявила она самодовольно. Я уже знала об этом. Эмма показывала мне фотографии, на которых она и ее одноклассники держат наградамы, когда мы были у нее в комнате.

— Джун, скажи мне, что ты хотя бы не любишь математику, — застонал Крис.

Я почувствовала на себе пристальный взгляд Джесси, и он сжал мою руку, которую все еще держал в своей. Кажется, отпускать ее в ближайшее время он не собирался.

— Боюсь, что нет. Моя страсть — это слова.

Крис снова застонал, заставив нас всех рассмеяться.

— Не уверен, что это намного лучше.

Он по очереди указал на себя и Джесси, затем на нас с Эммой.

— Спортсмены и ботаны мирно сосуществуют в «Гармонии». Кто сказал, что беды не могут объединить людей?

Эмма выловила кубик льда из своего стакана и бросила его в Криса. Тот поймал его на лету, закинул в рот и начал громко хрустеть.

— Свинья, — сказала Эмма, и получила в ответ дразнящую ухмылку.

«Это уже лучше», — осознала я.

Быть здесь с друзьями было в сто раз лучше, чем сидеть в своей комнате. Я любила родителей больше жизни, но они не понимали, каково это — чувствовать такую усталость и такую тошноту. Они не понимали, какая это борьба и чего мне стоило просто существовать, когда смерть дышит тебе в затылок.

— Пенни за твои мысли, Джунбаг, — прошептал Джесси, наклонившись к самому уху. Эмма и Крис спорили о чем-то другом рядом с нами. Я повернула голову, оказавшись еще ближе к нему. Под глазами у него залегли темные круги, а кожа на щеках легка потрескалась, но он все равно был невероятно красивым.

Я крепче сжала его руку.

— Я просто благодарна, что мы есть друг у друга. — Когда я наши взгляды встретились, по спине пробежал табун мурашкек. — Я... — Я нервно сглотнула и произнесла: — Я очень рада, что я здесь... с тобой.

На щеках Джесси появились ямочки, он поднес наши сплетенные руки к своим губам и слегка коснулся ими тыльной стороны моей ладони. У меня перхватило дыхание, слова и чувства захлестнули меня бурным потоком.

— Взаимно.

— Вы когда-нибудь задумывались, каково это на самом деле? — тихо спросила Эмма, привлекая наше внимание к экрану. Там главный герой шел по пшеничным полям, кончиками пальцев касаясь колосьев, возвращаясь к своей семье в загробный мир.

— Надеюсь, что именно так, — отозвался Джесси рядом со мной. — Или как-то очень похоже. — Мы все замолчали, глядя на безмятежный образ рая перед нами, а от прекрасного саундтрека по коже побежали мурашки. Одно было неоспоримо: когда тебе ставят смертельный диагноз, мысли о том, что будет после смерти, становятся твоими постоянными спутниками.

Джесси снова поднял мою руку, и в животе запорхали бабочки, когда он прижал наши соединенные ладони к своей щеке. Я не знала, что такое рай и как он выглядит, но пока я была здесь и боролась за жизнь, думала, что ранчо было не таким уж плохим местом, если рядом будет этот парень, который заставляет меня чувствовать то, о чем я раньше читала только в любимых книгах.