Советы Лии для лотерейных миллионеров - Керен Дэвид
Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних просмотр данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕН! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту readbookfedya@gmail.com для удаления материала
Советы Лии для лотерейных миллионеров читать книгу онлайн
Каждый грезит о том, чтобы сорвать куш в лотерее, но каково это на самом деле? Думаете, выигрыш джекпота решит все ваши проблемы?
Жизнь Лии полна сложностей: мама вечно ворчит, сестра доставляет одни неприятности, а обаятельный, но загадочный Раф кажется равнодушным к её чарам.
Всё меняется, когда она выигрывает в лотерею восемь миллионов фунтов стерлингов, но не принесёт ли внезапное богатство ещё больше бед и хлопот?
Во-первых, завистливые одноклассницы создают в «Фейсбуке» стремительно набирающую популярность страницу ненавистников Лии Латимер.
Во-вторых, лучшая подруга Шазия считает внезапное богатство Лии — да и азартные игры в целом — чем-то аморальным, а мать её близкого друга Джека грозит судом, требуя его долю от выигрыша.
Поведение Рафа становится всё более странным, заставляя девушку задуматься: а не правдивы ли школьные слухи о том, что он… не совсем человек?
И когда её сестра Натали бесследно исчезает, Лия начинает сомневаться, так ли идеальна жизнь миллионера, как кажется на первый взгляд…
Керен Дэвид
Советы Лии для лотерейных миллионеров
Информация о переводе:
Переведено специально для группы WonderlandBooK
Любое копирование без ссылки на группу и переводчиков ЗАПРЕЩЕНО!
Переводчик и редактор: Justyu_31
Русифицированная обложка: Anastasiya Pozynych
Глава 1
«Это может быть чудом, предначертанием или просто доказательством того, что Вселенная абсолютно непредсказуема. Важно другое: ты богат».
Через минуту после того, как я выиграла восемь миллионов фунтов стерлингов[1], мама выгнала меня из дома. Она не стала буквально выталкивать меня за порог, нет, просто стояла, тыча пальцем в направлении выхода и сквозь слёзы буквально выцеживала по одному слову, словно перед каждым делала огромные глотки водки:
— Просто. Уходи. Вон. Сейчас же!
На самом деле, в тот вечер мама полоскала горло бургундским вином[2] — бордовым, в тон её помады и лака на ногтях.
Моё изгнание произошло спонтанно. Очередная ссора, каких в последнее время случалось немало. Я винила маму, она — меня. Мы пререкались весь вечер, и я старалась сохранять хладнокровие, спокойствие и рассудительность, но чем настойчивее я просила дать мне двадцать фунтов, тем более взвинченной и эмоциональной становилась мама. Это было ужасно несправедливо.
Моей младшей сестре Наташе подфартило, когда в самом начале вечера родители собирались на вечеринку, и мама, подпевая Бейонсе, примеряла серьги и любовалась собой в фиолетовом атласном платье-футляре от «Карен Миллен»[3]. Нат достаточно было сказать маме, как она прекрасно выглядит, чтобы та тут же выудила двадцатку из своего клатча со стразами.
К тому моменту, когда до меня дошло, что я отчаянно нуждаюсь в наличных, поскольку слишком бурно отпраздновала свой день рождения в начале месяца, папа объявил, что у него «мужской грипп[4]». Их совместный выход был отменён, и мама, надувшись, переоделась в джинсы и уселась перед телевизором.
— На самом деле, ты сидишь без дела, Лия, — заявила она, ковыряя свой низкокалорийный пастуший пирог, приготовленный без картофеля и жира, по рецепту программы по снижению веса. — С какой стати я должна давать тебе деньги? Ты уже получила свои карманные в этом месяце.
У меня отвисла челюсть от удивления.
— Но… ты дала двадцать фунтов Нат! Это так несправедливо… Я хочу завтра пройтись по магазинам. Мне тоже нужна двадцатка!
Мне действительно нужны были деньги — впрочем, я всегда в них нуждалась, — ведь в моём любимом секонде в Камдене висела обалденная кожаная куртка из шестидесятых. Я специально затащила туда маму в свой день рождения и со слезами на глазах уговаривала купить её, но она отказалась, заявив, что «не собирается платить восемьдесят фунтов за чьи-то старые, потрёпанные обноски». Я не верила своим ушам — эта куртка стоила копейки! Просто маме не нравилась моя самостоятельность: в последнее время она стала раздражительной и одержимой контролем. Скорее всего, это было как-то связано со старением: может быть, ей было горько, что её тело увядает и покрывается морщинами, в то время как я — при хорошем освещении и в подходящей куртке — выглядела вроде бы ничего.
Так или иначе, эта куртка была моей последней попыткой привлечь внимание Рафа, моего великолепного и загадочного объекта воздыхания. У меня уже было накоплено сорок фунтов, и если бы я могла добыть ещё двадцать, а завтра выпросить у папы ещё немного…
— Наташе срочно понадобились деньги, чтобы встретиться с подругами. Это были непредвиденные расходы. И её карманные не идут ни в какое сравнение с твоими! Хватит уже, Лия!
— Ты даёшь ей деньги только потому, что отчаянно желаешь, чтобы у неё были друзья, — огрызнулась я.
Знала, что было немного подло говорить так — Наттерс тяжело переживала из-за травли в прошлом году, — но это всё равно не повод выдавать ей совершенно незаслуженные и несправедливые бонусы.
— Не будь такой гадкой, — отрезала мама.
Я отправила в рот большую порцию спагетти и стала втягивать свисающие «нити», как пылесос Дайсон.
— Ты специально так делаешь? — спросила мама с таким выражением лица, словно её тошнило.
— Ну, это ведь правда. Думаешь, Нат нужна дополнительная финансовая помощь, чтобы подкупить людей и заставить их подружиться с ней? «Сюда, народ! Попкорн за мой счёт!» На самом деле, это только подчеркнёт её отчаяние. Без обид.
Честное слово, я не имела в виду ничего обидного. Я могла бы оказать сестре поддержку в школьных закулисных играх, если бы кто-нибудь прислушался ко мне. Но, разумеется, меня никто не слушал.
Как бы там ни было, Наташа младше меня на целых восемнадцать месяцев и два дня. Старшинство должно было учитываться: что бы ни перепадало ей, мне полагалось больше.
— Это несправедливо! — повторила я, осознавая тщетность своих слов.
Всякий раз, когда я указывала на явные, бросающиеся в глаза, вопиющие проявления неравноправия, родители лишь закатывали глаза и повторяли: «Жизнь — несправедливая штука, Лия. Тебе что, никто никогда об этом не говорил?» Пожалуй, это была самая раздражающая фраза из всех когда-либо произнесённых ими.
Мама слегка порозовела и подлила вина в свой бокал. Я любезно заметила, что у неё потекла тушь. Она обвинила меня в том, что я стащила её супердорогой водостойкий тюбик. Я быстро заморгала, скрывая улики, и принялась оправдываться:
— Мать моя женщина, как ты можешь обвинять в воровстве меня — о божечки! — свою собственную дочь?! И вообще, если бы ты просто увеличила мои невероятно крошечные карманные деньги, я смогла бы покупать себе всё сама.
— Ой, смени пластинку, Лия, — махнула она рукой. — Что плохого в том, чтобы немного подзаработать? Папа предлагал тебе подработку по субботам.
— Да ладно! — усмехнулась я. — Я же сказала вам, мне это неинтересно.
Тот факт, что папа не нашёл ничего лучше, чем перенять семейную пекарню, не означал, что я обязана посвящать каждую субботу продаже датской выпечки. Я допускала мысль, что когда-нибудь могу решить заняться этим… однажды, в далёком-далёком будущем, когда мне будет около пятидесяти и моя жизнь подойдёт к концу. Но не каждую субботу. Это слишком приближало неизбежное.
Мама закатила глаза.
— У тебя есть идеальный вариант подработки по выходным, но ты слишком ленива, чтобы воспользоваться этим преимуществом. И вообще, давай потише. Твоему папе нездоровится.
— Да, точно, — согласилась я. — Бедный папочка.
Мы обе знали, что на самом деле у него не было гриппа. Он просто постоянно утомлялся от своих ранних подъёмов — он называл это «часами пекаря» — и испытывал аллергию на большинство маминых подруг.
По
