Ассистент Дьявола - Валентина Зайцева

— Катерина, — прогремел глубокий голос издалека. Я очень хорошо знала этот голос.

Я не остановилась. Я сказала себе, что это всё моё воображение, и продолжила идти быстрее.

Грубый требовательный голос прозвучал снова:

— Катерина.

Мое тело предало мой разум, и стук моих каблуков по тротуару прекратился. Волосы на затылке встали дыбом, и холодок пробежал по позвоночнику, пока я стояла спиной к мужчине, который несся ко мне. Я обернулась и при этом нарисовала на лице фальшивую дружелюбную улыбку.

Михаил Громов выглядел одержимым намерением. Его тёмные глаза были устремлены на меня, пока он продолжал шагать в мою сторону. Он был в десяти метрах от того места, где я стояла, а в следующее мгновение уже нависал надо мной.

— Здравствуйте, Михаил Сергеевич, — вежливо поприветствовала я, скривившись от того, как, наверное, перебарщиваю. — Вам что-то нужно?

Он наклонил голову, и его челюсть сжалась. Его руки напряглись по бокам, словно он готовился схватить меня, если я попытаюсь убежать. Я покачнулась на каблуках и посмотрела через плечо в сторону от него, обдумывая возможность сбежать. Шансы были не в мою пользу. У меня были коротенькие ноги, а мужчина передо мной был метр девяносто пять ростом, так что не нужно было быть гением, чтобы понять, кто окажется быстрее.

Недовольное ворчание слетело с его губ, когда он проворчал:

— Мне нужно знать, почему ты пытаешься уйти от меня?

Его широкая грудь была выпячена, и он выглядел готовым идти на войну. Его мускулы напряглись под рубашкой, показывая, насколько хорошо он был сложен под дорогим костюмом. Его челюсть сжималась и разжималась, пока он раздраженно скрипел зубами.

Люди проходили мимо нас по улицам. Многие останавливались, чтобы посмотреть на знаменитого бизнесмена.

— Не думаю, что нам стоит здесь стоять, — заметила я, прежде чем задать вопрос, чтобы разговор не касался более раннего инцидента. — Разве у вас не должно быть охранников или что-то в этом роде?

Казалось, он стал больше, когда его широкие плечи напряглись, а он задал вопрос:

— Ты думаешь, что я не могу защитить тебя?

Я понятия не имела, как он пришел к выводу, что я говорила о не знаменитом и не богатом из нас двоих. Я несколько раз моргнула, прежде чем выпалила:

— Я имела в виду охраны для вас, идиот!

Одна из его темных бровей слегка приподнялась.

— Я знаю сто двадцать шесть способов убить человека, — буднично заявил он, его хриплый голос был серьезен. — Я могу позаботиться о себе и могу позаботиться о тебе.

— Военное училище и армия, — вспомнила я с небольшим кивком, борясь с желанием закатить глаза. — Вы смертельное оружие.

Его голова осталась наклоненной набок, когда он провел рукой по растрепанным черным волосам, которые выглядели так, словно их уже сто раз взъерошили. Его глаза проникали сквозь мое тело прямо в душу, пока он ждал, когда я заговорю снова.

— Михаил Сергеевич, я понятия не имею, что там произошло или что на меня нашло, — я притворилась невинной, говоря это. — Думаю, злой похотливый демон, вроде чёрта, завладел моим телом.

— Катерина, — произнес он мрачно, словно мое имя было проклятием.

— Да, Михаил Сергеевич?

Он приказал, сузив на меня глаза:

— Помолчи.

Я сжала губы и уставилась на него. Мне хотелось что-то сказать просто чтобы позлить его, но я понятия не имела, что именно.

— Можешь сопротивляться сколько угодно, — решительно проворчал он. — Но я всегда буду притягивать тебя обратно туда, где тебе место.

— И где мне место?

Михаил Сергеевич наклонился так, что его теплое дыхание и его обещание щекотали мое лицо:

— В моих объятиях.

Наши взгляды встретились, и мир вокруг нас, казалось, распался. Звук гудков и машин стал фоновым шумом, а люди, проходящие мимо нас, стали незначительными. Неровный вздох слетел с моих губ, и моё горло пересохло, когда я спросила:

— Чего вы хотите, Михаил Сергеевич?

Его глаза сузились, глядя на меня, синий цвет стал похож на тот, что находится на дне океана.

— Это не моё имя, — гортанно произнес он, голос был хриплым от разочарования.

— Ещё как ваше, — заметила я с простым пожатием плеч. — Насколько я помню.

— Это не моё имя, — поправил он себя, его грудь приблизилась к моей, когда он грубо выдохнул. — Не для тебя.

Я почувствовала, как мои глаза расширились, когда я посмотрела на него. Что-то изменилось. Это было так незаметно, как молекула воздуха, но также значимо, как трение двух тектонических плит друг о друга. Результат будет сокрушительным и опасным.

— Чего вы хотите? — произнесла я тише, чем намеревалась.

— Тебя, — прохрипел он, его адамово яблоко дернулось в горле. — Всю тебя.

Я вспомнила его слова из прошлого раза и заключила:

— Вы хотите свидания?

— Для начала, да.

«Для начала» подразумевало, что это будет повторяющимся, и я не была уверена, сколько Михаила Сергеевича Громова я смогу вынести. Идея была нелепой и коварной. Мы бы свели друг друга с ума или в конечном итоге убили друг друга.

— То, что вы были вроде как милы со мной последние несколько дней, не делает всё нормальным, — указала я, думая про себя, что слово «милы» было натяжкой при описании его поведения. — Я не могу просто забыть семь лет, когда вы игнорировали мое существование.

Мышца на его челюсти сжалась, а тёмные радужки его глаз стали бесконечно больше.

— Я никогда не мог игнорировать твоё существование, — неодобрительно проворчал он, словно даже не мог представить себе эту идею. — Даже если бы попытался.

Его взгляд коснулся моего, и моё сердце предательски ёкнуло.

— Я не хочу случайных свиданий. Я не хочу случайных развлечений, — сообщила я ему, скрещивая руки на груди, чтобы спрятаться от холода его глаз. — Я хочу настоящих отношений с кем-то.

Он смотрел на меня, а ярость покрывала строгие линии, составлявшие черты его лица. Вены на его шее выступили, а покрытая щетиной челюсть сжалась. Его рубашка натянулась ещё сильнее на его крупном мускулистом теле, пока он задерживал дыхание.

Я продолжила говорить, поскольку он не был склонен к этому:

— Я хочу кого-то, кто готов