Поцелуй злодея - Рина Кент

— Меньше всего я хочу причинить тебе боль, малыш. Но я физически не могу смотреть, как это делают другие. Этого просто не произойдет, но я обещаю быть более осторожным. Я еще не закончил с тобой и никогда не закончу. Я хочу показать тебе, как много ты для меня значишь, мой маленький монстр.

— Ты уже показал, — я слабо ударяю кулаком по его груди. — Получил вместо меня пулю, как чертов идиот, помнишь?

— Я бы получил десять и больше пуль, чтобы избавить тебя от боли.

— Не смей, — я скольжу рукой к его лицу, дрожа от всех эмоций, пульсирующих во мне. — Пожалуйста, не оставляй меня. Или, клянусь, я убью тебя.

Он смеется, и этот звук проникает в мою грудь, расширяя легкие.

— Никогда, малыш. Может, я и вошел в твою жизнь с мыслями сломать тебя, но это ты сломал меня. Ты вскрыл меня, разорвал на части и слепил обратно по своему образу и подобию. Теперь я не способен существовать без тебя. Отсутствие твоего голоса, твоего запаха, твоей жестокой любви и даже твоей импульсивности и избалованного поведения окрасило мой мир в черный. До тебя я нормально относился к этому цвету, но сейчас я его не выношу. И не смогу больше выносить. Ты придал моей жизни смысл после долгих лет бессмысленности. Твой хаос успокаивает мое спокойствие, твоя темнота – отражение моей собственной, а твоя прекрасная душа – плод моей и факел, который горит в глубине моего почерневшего сердца. До тебя я не знал, что такое любовь, но уверен, что именно ее я испытываю к тебе, мой маленький монстр.

Моя грудь болит с каждым вдохом, его слова испепеляют меня заживо, и я хватаю его лицо обеими дрожащими руками.

— Ты не имеешь права оставлять меня. Никогда.

— Не оставлю.

— Я серьезно, Кейд. Если ты это сделаешь, то без тебя не будет меня, — я наклоняюсь ближе, нуждаясь в его близости. — Внутри меня пустота. Черная дыра, с которой я жил всю свою жизнь. Я думал, что однажды заполнил ее, когда впервые убил, но этот кайф длился лишь некоторое время. У меня всегда была неутолимая тяга к большему, большему и большему. Но потом в моей жизни появился ты и заполнил меня. Не пустоту, а меня. Поэтому я серьезен, когда говорю, что ты внутри меня. Ты укрощаешь мою тьму, успокаиваешь мой хаос и утихомириваешь голоса. Я не только люблю тебя, но и физически не могу жить без тебя. Мне больно даже думать об этом.

— Хорошо, — он притягивает меня ближе, так, что его дыхание касается моих губ. — Потому что я отказываюсь думать об этом.

— А, наверное, стоит, потому что я не только не отпущу тебя, но и вроде как немного токсичный.

— Как и я.

— Я легко начинаю ревновать. Буду постоянно думать о тех годах, когда ты был женат.

— Вместо этого я отдам тебе свои оставшиеся годы.

— Иногда я могу вести себя как сопляк.

— Только иногда? — он приподнимает бровь.

— Ладно, постоянно.

— Ты будешь моим сопляком и будешь соответственно за это наказан.

Меня пронзает дрожь, и я шепчу:

— А что, если у меня появится желание убить? Ты возненавидишь меня?

— Я принесу тебе жертву и буду держать тебя за руку, пока ты будешь это делать.

Черт, это прозвучало сексуально.

А должно ли это звучать сексуально?

— А что, если…

— Гарет, — прервал он меня. — Заткнись, чтобы я мог тебя поцеловать.

Я закрываю глаза, придвигаясь ближе, но его губы так и не касаются моих, поэтому я смотрю на него, а он наблюдает за мной, слегка нахмурившись.

— Что?

— Я пытаюсь понять, действительно ли ты назвал меня малышом, пока я умирал, или это был плод моего воображения.

Я смеюсь.

— Назвал, малыш.

— Блять. Скажи это еще раз, — рычит он.

— Я люблю тебя, малыш… — мои слова заканчиваются стоном, потому что он поглощает меня.

А я поглощаю его.

Мы настолько токсичны, что это нездорово, но в то же время правильно.

Потому что мы – тьма и свет друг друга.

Я – его.

А он, блять, мой.

Эпилог 1

Гарет

Три месяца спустя

— Можешь передать мне соль?

Кейден протягивает солонку через стол дедушке, который только что ее попросил.

Но, увидев, что она от Кейдена, а не от Килла или папы, хмурится.

— Потерял аппетит.

Мы с мамой издаем совместный вздох.

Они с Глин выложились по полной ради этого ужина. Без шуток, они ходили по магазинам, контролировали кейтеринг и даже готовили. Килл завидовал, – что сделало меня очень самодовольным – потому что, судя по всему, Глин не часто готовит, но для этого ужина постаралась.

В общем, они постарались на славу, чтобы сделать этот семейный ужин особенным. Так как, ну, это первый раз, когда я официально привел Кейдена домой.

Ему нужно было восстановиться, а я по его настоянию вернулся в университет. Так что можете не сомневаться, что я взял его с собой. Либо так, либо я остался бы с ним в Штатах.

Это привело к тому, что я как бы признался во всем своим друзьям, и это было дерьмовое шоу. Единственным зрелым человеком оказался Джереми, который просто похлопал меня по плечу.

Николай громко рассмеялся и сказал:

— Я знал об этом несколько месяцев, сучки, и хранил этот секрет. Вы бы никогда не подумали, что я так умею, я прав? Прав ведь? А еще, Джер, ты тут вроде как единственный натурал, так что, может, поэкспериментируешь немного. Не в обиду Сеси.

Я напомнил ему, что есть еще Вон, потому что я не выдам его секрет, пока он не будет чувствовать себя комфортно – то есть, если он вообще будет чувствовать себя комфортно. А Нико ответил:

— Джер и Ви должны сформировать Альянс Скучных Членов.

Его слова, не мои.

В общем, Нико так быстро представил нам своего парня, брата-близнеца своего врага, если вы в это верите, и все время повторял: «Цветок лотоса то, цветок лотоса это».

Килл сказал:

— Ты же понимаешь, что ты вроде как трахаешься с Лэндоном, да?

— Нет, блять! — крикнул