Измена. Ты будешь страдать - Лада Зорина

— Кирилл, я не… не понимаю. Почему это я работаю теперь у него под началом? На каких основаниях?

— На таких, что необходимые правки в проекте должны быть внесены оперативно и под его полным контролем. А он не будет мчаться в наш офис каждый раз, чтобы их проверить и согласовать.

— Кирилл, для этого есть телефон и интернет.

— Оля, давай не разводит драму! Я не собираюсь оспаривать его методы ведения бизнеса. Это понятно? Раз он так хочет, так и будет. А хочешь претензии предъявлять, так Егору их предъяви.

На мои округлившиеся глаза он дёрнул плечом:

— Ну а что? Это вообще-то с его лёгкой руки Дагмарову вздумалось правки вносить. Вот на него и сердись.

Я не нашлась, что на это ему возразить, а уже с начала новой рабочей недели весь наш отдел временно переехал в роскошный офис Дагмарова.

Впрочем, мне единственной от этого переезда было не по себе. Девочки, работавшие под моим руководством, были в восторге и к концу первого рабочего дня умудрились перезнакомиться едва ли не с половиной сотрудников, трудившихся с ними на этаже.

— Ольга Валерьевна, вы их зону отдыха видели? — сдавая мне на проверку материалы, Лена из младших специалистов закатила глаза. — Я тут подумала, что стоит взять на вооружение их фитостены. Может, обыграем как-нибудь этот элемент?

Все так и рвались выполнить пожелания заказчика на пять с плюсом. Должно быть, лишь я не жаждала угодить временному начальству любым известным мне способом.

Но это, конечно, исключительно моя проблема, ничья больше. Это мы с Дагмаровым характерами не сошлись. У остальных проблем с «совместимостью» не возникало.

И я им даже немного завидовала.

Я забрала Ленины наработки и пообещала подумать над идеей с фитостенами.

Очнись, Колесникова, нельзя впутывать личное в профессиональное. Дагмаров в первую очередь наш приоритетный клиент. Твоя задача — его ублажить.

И я умудрилась покраснеть, даже просто в уме произнеся это слово.

Господи, что за похабщина. Моя задача — внести все правки в проект так, чтобы клиент остался этим проектом доволен.

Это залог моего оперативного возвращения в родной офис.

Я уже по нему скучала!

Хоть Кирилл и заявил, что будет очень часто сюда наведываться, верилось в это слабо. У него и так работы хватало.

— Соберись, тряпка, — прошептала я себе и вернулась к эскизам.

Но надолго мне в работу погрузиться всё-таки не позволили.

— Как вам у нас? Есть какие-нибудь замечания?

Я оторвала взгляд от сверяемых чертежей. В дверях выделенного мне кабинета, обставленного по последнему слову офисной техники, стояла миловидная девушка с папкой в руках.

— Извините, не представилась. Олеся. Помощница Булата Александровича. Ну, одна из, — улыбнулась она.

— О-о-о, — я слегка растерялась от такого внимания. — Приятно познакомиться, Олеся. Я Ольга. И всё замечательно. Всё… всё в полном порядке.

— Отлично, — кивнула она. — Но мне всё же поручено вам передать: если будут какие-то пожелания, замечания и вопросы, смело обращайтесь ко мне.

Надо же, какая предусмотрительность со стороны нашего нового «хозяина».

— Благодарю вас. Обязательно.

— Договорились, — новая вежливая улыбка. — И ещё кое-что. Когда с самыми важными делами закончите, загляните, пожалуйста, в кабинет Булата Александровича. Он просил передать, что будет вас ждать.

Я уставилась на Олесю:

— В смысле… сегодня? Сейчас?

— Когда закончите со своими делами, — повторила она. — Булат Александрович не хочет отвлекать вас от важной работы.

И что это значит? Что вызывал он меня к себе в кабинет по вопросу, к работе не имевшему отношения?

Олеся ушла.

Я с пять минут просидела, елозя невидящим взглядом по чертежам.

Сдалась. Встала из-за стола, поправила свой строгий серый костюм и направилась к выходу.

Но ощущение было такое, что отправляюсь не на беседу к начальству, а в логово льва.

Глава 17

— Входите, Ольга Валерьевна. Без стука. Булат Александрович у себя.

Я опасливо кивнула красивой секретарше, сидевшей за своим столом в роскошной приёмной генерального.

Господи, она-то меня откуда знала? Я тут и дня не проработала.

Я нажала на ручку двери, подавив трусливое желание всё-таки постучать.

Единственным настоящим желанием было наплевать на то, что обо мне подумают, и броситься наутёк.

Может, меня признают невменяемой и отстранят. И мне не придётся больше с ним говорить.

Но рука моя уже толкнула дверь, а ноги переступили порог кабинета.

Так вот где работают сказочные миллиардеры…

Кабинет Дагмарова по размерам, кажется, занимал половину этажа. Сочетание английского стиля и неоклассики. Тёмное дерево, мягкий свет, матовая кожа, пол из серого камня — сдержанно элегантный дизайн. До странности уютное впечатление.

Противоположная стена кабинета — сплошное окно с головокружительным видом на город.

— Одобряете?

Сидевший за столом хозяин этого великолепия поднял на меня взгляд, и я почувствовала себя так, будто меня поймали с поличным.

Соберись, Ольга.

— Впечатляющий интерьер.

Дагмаров сделал приглашающий жест в сторону кресел у стола.

— Одна Лондонская фирма им занималась. Передам им ваши слова одобрения.

Юмор такой?..

— Это совершенно необязательно.

Преодолевая внутреннее сопротивление, я опустилась в гигантское кресло, которое окунуло меня в роскошный уют.

Что-то во всём этом было неправильным, почти запретным. Будто я вдруг ощутила себя исключительно недостойной пребывать в таком статусном месте.

— Вам не по душе ваша импровизированная командировка, — серый взгляд изучал моё лицо.

— Вы очень проницательны.

— Надеюсь, ваш начальник и муж объяснил, что эта временная передислокация продиктована необходимостью. И удобством. Я не хочу доставлять вам лишней головной боли.

— Мне или себе? — я не успела прикусить язык.

Мой выпад Дагмарова позабавил. Опять этот намёк на усмешку в твёрдой линии губ.

— Давайте придём к компромиссу. Нам обоим выгодно работать именно так.

— Вы решаете за меня.

— Но вы ведь не против.

— С чего вы решили?

— Вы «просто» и «всего лишь». Разве нет? Вы при первой же встрече мне это сказали. Инструмент, лишённый желания что-то глобально решать.

Меня неприятно резанули мои собственные слова, вернувшиеся таким неожиданным бумерангом. Не подумала бы, что Дагмаров их запомнит…

— Но знаете что, Ольга Валерьевна, — его взгляд продолжал меня изучать. — Я даже своим исключительно безынициативным работникам плачу хорошо. Сумм не называю. Можете сами поинтересоваться.

— Спасибо. Мне это без надобности, — я выпрямилась в бесстыдно соблазнявшем меня расслабиться кресле и чопорно сложила руки на коленях.

— С чем вы так яростно боретесь? — от его взгляда ничто не ускользало.

С желанием выпрыгнуть из этого кресла, из-под этого взгляда и сбежать.

Но всё, что я себе позволила — это