Измена. Ты будешь страдать - Лада Зорина

Это был прозрачный намёк на то, что я-то как раз была максимально далека от корректности.

Господи, как я устала…

Я подалась вперёд, взяла Егора за руку.

— Я вас услышала, Булат Александрович. Хорошего дня. С вашего разрешения, мы продолжим прогулку.

Кирилл порывался что-то сказать, но я качнула головой:

— Мы не будем вас больше задерживать и отвлекать от работы.

Но было бы верхом наивности понадеяться, что мой демарш останется без ответа.

— Дома обязательно поговорим, — успел шепнуть мне муж.

Егор в это время протянул свободную руку Дагмарову, и тот её пожал, выразив надежду на скорую новую встречу.

Размечтался.

Я буквально заставила себя не ускорять шаг, чтобы не вынуждать сына за мной поспевать.

— Мам?

Мы почти миновали главный вход, и я гадала, где лучше переждать время до приезда такси

— М? Что такое?

— А ты с Булатом Александровичем попрощалась?

— А? — я даже остановилась. — Я… Да. Я же пожелала ему хорошего дня. Почему спрашиваешь?

— А он на нас смотрит. Папа что-то ему говорит, а он на нас смотрит.

Меня отчего-то бросило в жар.

— Это потому что он невоспитанный. Ну ты-то хоть не смотри, — взмолилась я, увлекая сына из ворот налево.

Шалившее воображение теперь позволяло спиной чувствовать этот пристальный взгляд.

Но это ещё полбеды. Впереди маячил обещанным Кириллом разговор.

Я позволила себе вольность в беседе с его дражайшим партнёром. И муж мне благодарен за это, конечно, не будет.

Уже вечером я убедилась в верности своих выводов.

Глава 15

— Елена Сергеевна, не беспокойтесь. Мы с Егором в зоопарке гуляли. А на следующих выходных я вам его привезу. Вы простите меня, ради бога. Я в последние дни так замоталась…

Сын вопросительно взглянул на меня, не спеша доедать свою гречку.

— А ну-ка не сачковать, — прошептала я, указав подбородком на тарелку. — Доедай. Одним мороженым сыт не будешь.

— Бабушка?

— Бабушка, — кивнула я. — Думала, мы к ней на обратном пути заглянем.

Теперь меня мучило чувство вины. Я так расстроилась и разозлилась, что усевшись в такси, ни о чём больше не думала, кроме того, как поскорее добраться домой. А ведь мы ещё на прошлой неделе со свекровью договаривались, что на чай к ней с Егором заедем.

Благо мать у Кирилла была добрым и понимающим человеком.

— Глупости, — возразила она. — Жду вас на следующих выходных. Или сама среди недели заеду.

— Конечно, приезжайте. В любой из вечеров.

Из-за нового договора мы порой засиживались в офисе допоздна, но не настолько, чтобы не суметь спланировать её визит.

— Вот и отлично. Оль, ты мне только скажи, у вас всё дома в порядке?

Я перевела взгляд на сына, послушно доедавшего ужин. Рядом с ним на кухонном диванчике сидел его новый друг — купленная на территории зоопарка плюшевая игрушка снежного барса. Феликс.

У Егора все игрушки носили имена. Он считал большим неуважением оставлять своих друзей безымянными.

— У нас… да, всё хорошо. А что?

В трубке послышался тихий вздох.

— Ты только ничего не подумай… глупость, конечно, но вот, знаешь, не идёт из головы.

Я невольно поёжилась.

— Мне, Оля, сон недавно приснился. Плохой сон. Нехороший.

Я растерянно молчала, пытаясь сообразить, смогу ли убедительно соврать.

— Елена Сергеевна…

— Да я знаю, знаю. Вот умом понимаю, что ерунда, а сердце ну не на месте.

Я отошла от стола:

— У нас правда всё хорошо. Вам не о чем переживать.

— Ну дай бог. Дай бог. Но если что — вы звоните.

Я только и успела заверить её, что, конечно же, непременно, когда в прихожей послышался шум.

— Тарелку в раковину, — велела я справившемуся с гречкой Егору. — Чай будешь?

— Попозже, — пискнул он. Схватил своего Феликса и помчался в прихожую.

Они с Кириллом о чём-то заговорили, а я занялась посудой, стараясь успокоить нервы. А они, проклятые, снова начинали шалить, стоило Кириллу переступить порог квартиры.

— …вообще не ожидал …поладили …он, Егор, о-о-очень важный человек, — доносилось до меня сквозь шум воды.

Кирилла тоже впечатлила встреча в зоопарке. С сыном я о ней разговор не заводила. Мне нужно остыть, прежде чем вспоминать, сколько работы нас ждёт из-за смены настроений заказчика.

— Вы уже поужинали?

Я вздрогнула и едва не выронила скользкую от пены тарелку.

Голос мужа звучал очень близко, слишком близко. Я кожей чувствовала его у себя за спиной.

— Егор поужинал. Я — позже. Ты голоден?

— Нет, — муж прислонился боком к ребру столешницы, посмотрел на меня. — Мы с Булатом успели перекусить в ресторане.

Я кивнула.

— Ясно. Одной головной болью для меня меньше.

— Оль, а что с настроением?

Я смахнула со лба выпавшую из узла прядь:

— Ничего. Не будем об этом.

Кирилл вздохнул, помолчал. А потом вдруг протянул ко мне руку и приобнял за талию.

Я остолбенела. Перевела на него ошарашенный взгляд.

— Ты… что делаешь?

Кирилл придвинулся ко мне вплотную и вынудил повернуться к нему всем корпусом.

— Хочу улучшить тебе настроение. И знаю, как это сделать.

Ах, он знает… Он знает!

— Отпусти меня, — процедила я. — Немедленно.

— Оль…

— Ты меня слышал?

Он нахмурился:

— Всё ещё злишься?

— Злюсь? — меня распирало от гнева. — Кирилл, ты настолько далёк от реальности, что подумал, я спущу твой блуд на тормозах?

Его взгляд потускнел, хотя ещё мгновение назад блестел от предвкушения.

— Значит, тут у нас всё по-старому. Я понял, — он отступил, сунул руки в карманы брюк. — Хорошо. Я буду думать, как своё поведение исправлять. А ты, дорогая моя, подумай, как исправить своё.

— Ты вообще на что намекаешь?..

— На то, чтобы ты больше не смела так с Дагмаровым разговаривать, — в голосе Кирилла зазвучала сталь. — Тот факт, что ты моя жена, не снимает с тебя всей остальной ответственности. Веди себя профессионально.

— Профессионально — это ковриком ему под ноги стелиться? — прошипела я, не помня себя от накатившей обиды и злости.

— Если нужно, то и стелиться, — отрезал муж. — Потому что, Оля, в ближайшее время тебе придётся работать под его прямым руководством.

Глава 16

— Извини, что ты сказал?..

Вся кровь отлила от лица, и даже голова слегка закружилась.

— Я сказал, что в ближайшее время ты будешь работать под непосредственным руководством Дагмарова.

— Кирилл, это… плохая шутка. Совсем не смешно, — я вслепую потянулась за кухонным полотенцем, чтобы спрятать в нём задрожавшие руки.

Муж тут же поморщился.

— За кого ты меня принимаешь? С чего бы я стал говорить подобное в шутку?