Клянусь ненавидеть - Саша Кей
– Мне сейчас надо уйти. Дочь скоро будет. Только не радуйся слишком сильно, я могу вернуться в любой момент. Улавливаешь?
Это мне намекают, чтобы не распускал руки?
– Улавливаю.
– Вот и ладненько. Комната Таи первая справа.
В спальне ведьмы как-то лысо. То есть для меня норм, но я ожидал, что у девчонки в комнате будет куча плюшевых игрушек, блокнотиков и прочей хероты. У меня есть сестра, я знаю, о чем говорю. А тут прям аскетизм.
Так я думаю, пока не засекаю под столом пакет, с торчащими из него заячьими ушами.
Мама-Лисицына приносит мне чай.
С бергамотов.
Ну естественно.
Правда, ненавистный запах не перебивает главного. Здесь все вокруг пахнет Таей. Я подцепляю щенка и устраиваюсь на кровати. Реально вымахал. И толстый такой. И слюнявый. И нос мокрый.
– Страшны наши лапищи, – бормочу я, рассматривая зверюгу и пытаясь угадать, какие породы смешались, и чего ждать потенциальному хозяину.
– Все, я ушла, – кричит Светлана Владимировна из прихожей. – Я тебя запираю.
Хлопок дверью.
Торопиться мне некуда, но я надеюсь, Лисицына придет в этом веке.
Я как бы жду, но появление Таи происходит внезапно.
Походу, я вырубился.
– Ну ты и копуша, Лисицына… – ляпаю я раньше, чем окончательно просыпаюсь.
И получаю явление Бешеной.
Из беснующейся ведьма сразу лезут черти. Предъявы, вопросы…
– Вот так и знал, что ты сделаешь вид, что мне не рада… – хочу потянуться, но, во-первых, до сих пор больно, а во-вторых, даже ноги вытянуть некуда. Как можно жить с такой игрушечной кроватью? Что в ней делать?
Похоже, у Лисицыной мысли тоже о неприличном.
Она бросается меня душить.
Опять издалека заходит.
Тузик подает голос и вспугивает Таю, как крик петуха Вия.
Разговор не клеится, и я решаю плеснуть бензинчику в костер.
– А что? Надо было как ты? Прийти и молча уйти?
О… Моя любимая ипостась Лисицыной. Ведьма пятнистая. Проявляется, когда ее носом тыкают в нелогичность ее поступков.
Но вообще, я уже начинаю нервничать. Раньше, Тая переключалась из нетакуси во что-то более удобоваримое быстрее. Ну вот мы срались у меня в квартире, а потом она мне гребаный бульон варила.
А сейчас она очевидно не хочет идти на контакт.
Ну не извиняться же мне?
Я вообще-то пришел показать ведьме, что нельзя меня игнорить.
– А то, Таечка! Я решил, что в качестве воспитательного момента, мы продолжим с того момента, на котором остановились. Пакуй тузика, зубную щетку и… – это у меня уже нервяк. Есть ощущение, что ведьма хочет моего публичного покаяния и выдирания волос из подмышек.
– Иди в задницу! – реагирует Лисицына совсем не так, как мне нужно.
Но к этому я был готов.
– Зачем ты все усложняешь?
– Слушай ты, – шипит она. – При первой встрече ты обозвал меня проституткой и домогался. При второй ты напугал меня ножом и отрезал клок волос. При третьей – полез ко мне целоваться на глазах у парня, который мне нравится, а потом вломился ко мне домой, обвинил в том, что я сумасшедшая, и распускал руки. Этого мало? Ты угрожал, что расскажешь, о моих чувствах Беснову. Ты отобрал мой телефон и шантажировал меня, скопировал себе мои фотографии. А в конце концов, заявил, что меня надо ставить на место, чтобы я не приставала!
– Стопэ! – закипаю я. Мне очень не нравится, как все это выглядит в пересказе Лисицыной. – Я не так сказал, и я в курсе, что уже знаешь, что речь шла не о тебе!
– И что? Остальное-то никто не отменял! За все время знакомства ты был молодец два раза. Не перекрывает, знаешь ли!
– Как это два раза? – я подрываюсь с кровати, делаю шаг и нависаю над наглой врушкой. – Мы не два раза сексом занимались!
Ведьма икает и хлопает на меня ресницами.
– Я про то, что ты меня спас, придурок.
– А. Ну тогда я еще больший молодец, чем сам о себе думал.
Жаль, я опять не понимаю, что происходит у нее в голове. Вряд ли что-то путное, но неплохо было бы знать, куда сейчас вывернет кривая.
Неожиданно Лисицына успокаивается.
– Ты чего хочешь Вик? – устало спрашивает она. – Доломать то, что не доломал. Тебе показалось, что я недостаточно прониклась твоим свинством. Я прекрасно поняла, что ты хотел до меня донести. Я благодарна тебе за помощь в первый раз и за то, что не бросил во второй. Я могу предложить тебе дружбу. Идет?
Что, блядь?
Какая на хуй дружба? То есть я буду пастись во френдзоне?
– Не идет. И не катит.
– Так чего ты от меня хочешь? – прищуривается ведьма.
Блядь, блядь, блядь.
Задница горит от того, что меня вынуждают признать то, что я признавать не собирался. И гневные взгляды на Лисицыну не действуют.
– Давай просто продолжим с места, на котором остановились, – скриплю я, не готовый пока говорить что-то другое.
– Типа, ничего не было, да? Ну, если тебе интересно, то ничего бы не изменилось. Я собиралась пропасть с твоих радаров после концерта. Мне, знаешь ли, временный секс по дружбе, не интересен.
Задница уже дымится.
Ну что ей не так?
Неужели плохо секс по дружбе?
Ей всего-то и надо быть рядом со мной и не общаться с другими парнями!
Глубоко внутри чую, что такая формулировка попахивает гнильцой, и мне за нее выцарапают глаза.
– Тебе со мной нравилось, – нахожу я другой аргумент.
– А может, мне еще с кем-то понравится? – поднимает бровь Лисицына. Гляди-ка, научилось… ЧТО?
– Это с кем?
– Буду пробовать, – усмехается ведьма. – Меня тут позвали в «Карнеги».
Блядь, это я писал из больницы. Так она ж меня послала!
– А ты уверена, что приглашение еще в силе?
– А я прям сейчас и узнаю, – Тая достает из кармана куртки мобильник и что-то строчит.
– Ну что? Не отвечает? – издеваюсь я.
– Ну, – пожимает она плечами. – Если до ночи не ответит, я сама найду кого-нибудь.
Ебаный пиздец!
Глава 123. Вик vs Тая
Вик
