Головная боль майора Стрельцова - Эллин Ти
Она и правда огромная, в ней легко можно спрятаться, укутаться, как в плед или надеть вместо шубы холодной зимой.
Смотрю на себя в зеркало. Докатилась! Стою в ванной своего пациента, в его толстовке, с его полотенцем на голове, пахну его гелем для душа и даже смотрюсь в его зеркало!
У меня всегда было табу на какое-либо сближение с пациентами, потому что допускать этого нельзя, иначе все сеансы пойдут насмарку! Но я все еще стою в его ванной и в его толстовке… И что с этим делать, не представляю вообще.
Нахожу гель для стирки, включаю машинку, надеюсь, что Миша не убьет меня за самодеятельность, и выхожу из ванной.
В квартире все еще очень тихо, понимаю, что они с Бетти еще не вернулись с прогулки. В квартире полумрак, потому что свет я включила только в прихожей и спальне, а за окном мало того, что уже вечер, так еще и дождь льет, как сумасшедший. И, кажется, я видела пару молний вдалеке… Надеюсь, гроза обойдет нас стороной. Я до чертиков боюсь грозы!
Иду. У Миши очень большая квартира, просторная, особенно в сравнении с моей студией. Но мне больше-то и не надо, я и в каморке помещаюсь без проблем. Но у него нет какого-то уюта, что ли… Все очень строго, очень хочется добавить мягкости. В целом, как в квартиру, так и в самого Михаила.
Нет картин на стенах или фоток на полочках, почти не стоит книг, свечей, хоть чего-то! Нет даже никаких дурацких фигурок или магнитиков на холодильнике. Единственное, что выбивается из строгого и явно холостяцкого интерьера — лежанка Бетти и… и пушистый розовый блокнот лежащий на столе в одной из комнат.
Не удивлюсь, если он лежит тут с того первого дня, когда я ему его вручила. От сердца оторвала, между прочим!
При воспоминании хихикаю: как смешно он смотрел на это чудо в своих руках. А я и не подумала даже его дразнить, правда свой блокнот отдала… Новый!
Подхожу к нему. Ну, вдруг он хоть что-то писал? Ну хоть раз? Это в любом случае моя работа и мне нужно понять, что творится у него внутри. Если, конечно, в блокноте есть хоть пара слов.
Открываю. Ого! Тут исписано кучу страниц! Это… неожиданно! И, честно, очень приятно. что он все-таки ко мне прислушался и попытался подружиться с ним. На губах невольно цветет улыбка.
Пробегаю глазами по строчкам, стараюсь быстро, все-таки не хочу быть застигнутой майором в таком положении, нужно чтобы он сам мне записи показал.
Тут он материт Харитонова, тупость людей вокруг, вспоминает бывшую, и…
Катя? А что за Катя? Это какая-то Катя, или…
Чувствую, как сердце разгоняется до сумасшедшей скорости за пару секунд, точно оно с кем-то борется за первенство. Бросает в жар, когда я понимаю, что Катя — это я. В одной из строчек он упоминает работу и мои рекомендации.
Читаю быстрее, с каждой страницей сходя с ума, точно. Мне нужно на воздух, а еще лучше обратно под ливень. И пофиг даже на возможную грозу, уже не так страшно!
“... юбки эти ее блядские с ума сводят, бедрами крутит, а я крышей еду…”
“Хочу ее так, что сдохнуть можно, что делать с этим?”
“Не могу не думать о ней, не получается, всю ночь не спал, в башке только она”.
“... никогда не думал, что умею с такой нежностью о ком-то думать.”
“ Она говорит про секс, а мне выть охота. Какой секс?! Я как монах, мне только с ней теперь хочется”.
“... красивая просто пиздец…”
“Стерва Витальевна сегодня особенно красивая, я как пацан залип”.
“В пижаме, без хвоста, домашняя, тепленькая. Так хотелось ее к себе забрать”.
“... утащил ее от хмыря какого-то, на руки взял и чуть не сдох, как она пахнет!”
“Я уже встрескался, а она сказала, что замужем. Кажется, мне пиздец. Почему я всегда выбираю не то, что нужно?”.
“Не могу не думать о ней. Отдалиться пытаюсь, а она все равно в башке. Все мысли о ней. Пиздец какой-то”...
Отбрасываю блокнот на место и отшатываюсь от стола, чуть не упав от потери равновесия. Щеки горят огнем, мне больше не холодно, жарко настолько, что даже плохо.
Я не должна была это увидеть, полагаю? Но я увидела. И я правда не знаю, как реагировать и что вообще думать.
Он… Это серьезно?! Не похоже на то, чтобы он шутил. В целом начать вести дневник — подвиг для него, он не стал бы ради шутки что-то там писать. Все на эмоциях, на надрыве. Я не понимаю, что должна чувствовать.
Наверное, должен быть страх? От понимания ситуации. Я в его квартире. В одной толстовке (его!) и трусиках. Мне даже сбежать не в чем, если так подумать.
Но удивительно — мне не страшно. Я совершенно его не боюсь. Несмотря на весь его огромный рост, широкие плечи и какую-то ненормальную вообще силу. Я уверена на сто процентов, что он меня не тронет. И, может. я дура, но Михаил заслужил такое доверие за все время нашего знакомства.
Меня потряхивает. Я просто не понимаю что с этим делать! Как реагировать?! Что чувствовать? Меня бросает то в жар, то в холод, когда я пытаюсь осознать прочитанное.
Он и правда все это время чувствует ЭТО?!
И перестал даже общаться со мной, когда узнал, что я замужем… Так вот, почему он отдалился! Я ляпнула, что Алекс мой муж, когда он спросил, кто это, без задней мысли. По сути-то правду сказала, но он… Боже, он запретил себе со мной даже разговаривать! Только приходил на сеансы и был самым прекрасным пациентом все эти дни.
Вот в чем была причина!
Господи, уважение к этому мужчине уже доросло до уровня облаков, кажется.
Но мне все еще неловко. Как теперь себя вести с ним, зная все это?!
Я слышу, как открывается дверь и сразу отпрыгиваю от стола, словноне хочу быть застуканной на месте преступления. Конечно, я не расскажу ему, что все прочла. Я не идиотка.
А потом понимаю, что сердце снова пускается в
