Роковая красотка - Миша Дрик

— Можешь больше не бояться, что я начну приставать к тебе с совместным проживанием.

— Приятно слышать. — Буркнула, однако её улыбка вышла натянутой.

— Но все остальное пускай остается как было.

— Ты хочешь сказать, что мы!.. — возмущенный возглас Катерины оборвался на полуслове.

— Остаемся любовниками? Совершенно верно.

Я собирался продвигаться вперед медленно и осторожно. Но сейчас выдержка меня подвела. Я хотел быть с ней, но нужно сначала заслужить её доверие.

— Ну уж нет!

— Кажется, я чего-то недопонимаю?

— Нет, просто зря надеешься! — воскликнула она. — Ты две недели не появлялся, думаешь я буду терпеть твои интрижки на стороне?

— А с чего это ты взяла, что интрижки были? — поинтересовался я настороженно и недовольно.

— Во всякие гнусные детали можешь меня не посвящать.

— Какое счастье, — сухо отозвался я, не сводя глаз с лица Катерины.

— Если тебе охота обзаводиться подружкой при каждой ссоре, то здесь тебе ничего не обломится, так и знай! — прошипела она.

Я, умевший распознавать ревность, почувствовал себя на седьмом небе от счастья.

— Так, значит, ты претендуешь на исключительность? — деловито осведомился и не успел мысленно досчитать до пяти, как последовал взрыв, на который и рассчитывал.

— А ты как думаешь!

— Отлично.

— То есть как это

отлично

?! — Катерина, нахмурившись, смотрела, как я весело тормошу дочку.

— Ты хочешь исключительности — так тому и быть.

— О чем ты?

— Ты создаешь проблемы на пустом месте. Кровью подписываться я не привык, но мое слово чего-то да стоит. — Моя невозмутимая самоуверенность взбесила её.

— А как насчет твоих девок?

— У меня нет никаких девок, — спокойно заверил ее. — И, для меня, — добавил я, шагая к двери и унося на руках дочурку, — самое лучшее — это ты, Катерина.

*****

— Ой, это гром?

Я посмотрел в окно. Небо налилось свинцовой тяжестью, в воздухе разлилась томительная духота. Правда в роскошном салоне BMW было прохладно и уютно.

Я насмешливо взглянул на Катерину, видя, как она нервно накручивает на палец выбившийся из прически локон. Она поспешно отдернула руку и приняла невозмутимый вид. Какая же она милая! Снова украдкой посмотрел на свою жену. И зря — как всегда одного вида хватило, чтобы от волнения у меня увлажнились ладони и томительно заныло под сердцем. А вспомнить только, как она смотрела на меня сегодня!

— Не волнуйся, в грозу машина — самое надежное убежище. Молния просто заземлится.

— Ты, я смотрю, оптимист, — язвительно заметила Катерина. — А вот в мои планы не входит получить удар молнии.

— А по-моему, от твоих планов это уж никак не зависит, — возразил я.

— В Москве не бывает катаклизмов.

— Правда? — с невинным видом поинтересовался я, когда по крыше автомобиля забарабанили первые градины.

— Боже! Да они с теннисный мячик величиной! — Ей уже приходилось перекрикивать разбушевавшуюся стихию. — В жизни такого не видела. А они не повыбьют стекла?

— Вряд ли.

Когда темный салон машины осветился очередной синеватой вспышкой, я заметил, что Катерина едва удержалась, чтобы не закричать и не съежиться на сиденье.

Я грозы не боялся. Хотя и не хлопал в ладоши от восторга, но и особых признаков тревоги не показывал.

На узкой проселочной дороге, на которую мы свернули, нельзя было развить большой скорости, тем более в непогоду. Мне несколько раз приходилось вылезать, чтобы убрать загораживающие путь сломанные ветви деревьев. Но все же мы продвигались вперед.

— А это еще что? — осведомился я, притормаживая на вершине очередного холма и удивленно глядя вниз.

— Брод.

Речушка, в обычное время едва струившаяся по каменистому руслу, сейчас выглядела совсем не безобидно.

— Это я вижу! — рассмеялся я.

— Если видишь, зачем тогда спрашивать? — огрызнулась Катерина. — По-моему, не самое подходящее время для истерик, — неодобрительно добавила она.

— Истерик? — недоуменно повторил я и тут же снова разразился хохотом. — Не могу! Ну как тут не смеяться! Ты только ответь, тебе не приходило в голову, что не самая лучшая мысль перебираться вброд через реку в разгар ливня?

— Какая еще река? — Катерина обдала меня ледяным презрением. — Это же ручеек!

— А ты, моя милая, взгляни еще раз.

— Все равно так куда быстрее, чем в объезд. Эй, ты куда? — Я распахнул дверцу автомобиля, и в салон ворвался рев ветра и шум дождя.

— Проверить, глубоко ли.

— Ты же промокнешь.

— Ага, а еще прическу испорчу, — насмешливо согласился я, смахивая со лба прядь волос.

За время многочисленных остановок по дороге я и так уже основательно вымок. Пиджак уже снял, и влажная рубашка липла к телу.

Глава 18

— Говорю же, этот брод проходим, — упрямо заявила она.

— Я предпочитаю удостовериться лично. — Покровительственно проговорил я, захлопнув за собой дверцу и зашагал вниз по склону.

Катерина расстегнула ремень безопасности и перелезла на водительское место. Внезапно машина, плавно набирая скорость, устремилась к броду. Я предупреждающе прокричал.

Я часто здесь проезжал, но никогда еще вода не стояла так высоко, а течение не было таким быстрым и мощным. С грехом пополам проехав ровно до середины брода, машина намертво стала.

Когда я добрался до автомобиля и постучал в окно, София уже вовсю кричала на руках матери.

— Я не могу открыть дверцу! — в панике закричала Катерина.

— Да, тут какие-то бревна мешают! — прокричал в ответ. — Только не пытайся выйти с другой стороны! Течение слишком сильное, тебя может сбить с ног прежде, чем я туда доберусь. — Перед глазами пронеслись ужасающие видения того, как их с дочкой уносит разбушевавшийся поток.

— Открой окно! — я наклонился ближе к стеклу.

Она не нуждалась во втором приказании. Автомобиль и так уже кренился и покачивался под напором воды.

— Ох, детка, — прошептала она виновато, целуя светлую макушку Софии, — что же я наделала!

В открытое окно тут же ворвался дождь. Я видел, как ледяные струи катятся по ее обнаженным плечам. Она замотала дочь в шелковую накидку от платья и прижала к груди.

— Ну ладно, ты был прав. Небось, счастлив теперь до безумия! — Иногда мне не верилось, что подобные слова могут слетать с ее уст.

Я стоял чуть ли не по пояс в грязной, холодной воде. От такой дерзости у меня даже дыхание перехватило.

— О да, — протянул я, смахивая воду с лица, — я в восторге! А теперь передай-ка мне малышку через окошко.

— Прости, мне очень жаль, что так вышло с машиной, — пробормотала Катерина, когда девочка благополучно перекочевала в мои руки. Удивительно, но стоило мне прошептать Софии ласково на ухо, как