Последняя любовь капитана Громова - Лина Филимонова
Боже, как мне повезло его встретить…
А сегодня нас ждет прекрасный вечер.
Я уже одета. Наношу последние штрихи. Второй слой помады. Немного пудры. С ресницами, кажется, все в порядке. Тушь легла идеально.
Сейчас, ещё немного лака на волосы, чтобы волны не распались от влажной дождливой погоды.
Борис уже должен подъехать. Но пока от него ничего. Телефон лежит на туалетном столике передо мной. И - молчит.
Так. Мы договорились в семь, а сейчас уже семь пятнадцать. Не критичное опоздание, но на Громова не очень похоже. Обычно он не опаздывает. А, если все же задерживается - пишет или звонит.
Ладно. Не буду волноваться. Просто подожду ещё.
Семь тридцать. Это уже довольно большое опоздание. И я сама написала Борису.
Он не ответил.
А сейчас я звоню - он не берет трубку.
Я начинаю волноваться. С каждой минутой все больше.
Может, что-то случилось? Я отгоняю эту мысль. Но она упорно лезет мне в голову. Слишком это все не похоже на Бориса...
Я помню, он сегодня собирался к офтальмологу на плановый осмотр, но это днем. Во второй половине дня ему нужно было вернуться на работу. После этого он должен был переодеться и приехать ко мне. Где он?
Семь сорок пять.
Я уже не просто волнуюсь - я в панике. Сто раз позвонила и написала. Борис не доступен. Не в сети. Не берет трубку…
Что-то случилось. Что-то плохое. Боже… Сердце колотится. Ладони вспотели.
Мне трудно дышать…
Пожалуйста… пусть с ним всё будет хорошо… Пусть он будет жив!
Звонок. Телефон. Я хватаю трубку.
- Борис!
- Инга, прости, у меня сегодня не получится.
- Что случилось?
- Да ничего, просто возникли кое-какие срочные дела.
- Понятно… - выдыхаю я.
А сразу позвонить нельзя было? Чтобы я не волновалась и не накручивала себя? Сорок пять минут! Это очень много.
Я злюсь. Вот прямо по-настоящему злюсь на Бориса. И - собираюсь высказать ему все это.
И, только я открываю рот, Громов произносит:
- Я позвоню тебе завтра.
И - бросает трубку!
Я стою с телефоном в руке, как помоями облитая. Что это было вообще? Я как будто сейчас не с Борисом разговаривала.
Он никогда раньше так себя не вел! Всегда был внимательным и чутким. Если опаздывал - предупреждал. Если по какой-то причине планы менялись - извинялся.
А тут.… он просто оборвал разговор!
* * * *
Что-то не так. Что-то изменилось. Я это чувствую даже на расстоянии.
Он не пишет мне: “Доброе утро”. Весь день не звонит.
Я тоже.
Я обиделась! По-настоящему. И жду извинений.
День тянется невыносимо долго. А тяжесть на сердце давит все сильнее и сильнее.
Вечером он приезжает. И я с порога понимаю: все плохо. У него, у нас, вообще… Все не так, как было.
Мы пьем чай. Почти не разговариваем. Так, какие-то ничего не значащие фразы.
И - он ни разу ко мне не прикоснулся.
Он отставляет чашку. И я думаю: вот, это оно. Сейчас он извинится, расскажет, что на него навалились какие-то серьезные проблемы. Я его успокою. И все будет, как раньше.
Но вместо этого Борис произносит:
- Инга, мне нужно уехать.
- Когда?
- Примерно через месяц. Разберусь со всеми делами - и улечу.
- Надолго?
Он молчит.
Смотрит в сторону. Я чувствую, что ответ будет очень неприятным. Но такого все же не ожидаю…
- Возможно, навсегда.
28
Инга
Я ничего больше не спросила.
Потому, что чувствовала: он все равно не ответит.
Он был не со мной.
Формально - да, он был рядом, пил чай, или делал вид, что пьет. Но его мысли были где-то далеко.
От был холодным и отстраненным. Совершенно чужим.
Допил чай, произнес:
- Мне пора.
И просто ушел.
А я долго сидела за столом, смотрела в чашку с недопитым чаем и чувствовала, что умираю…
Это было слишком хорошо. Все это время я была в раю. Громов был слишком идеален.
Так не бывает!
С самой первой встречи у меня в голове вертелась эта мысль, но я постоянно ее отгоняла. Я с самого начала боялась, что все закончится моим разбитым сердцем. И вот сейчас я чувствую, как оно разлетается на осколки, истекая кровью.
Я догадывалась, что мне будет больно, если мы расстанемся. Но не представляла, что настолько…
Я даже не плакала. Просто не могла.
Слёзы застыли где-то в груди, сдавив ее, не давая нормально вдохнуть. Горло как будто сковал спазм. А я превратилась в ледяное изваяние…. На несколько часов.
А потом я встала, убрала посуду, приняла душ и легла спать.
Я даже уснула. И во сне забыла, насколько я несчастна. Мне снился Борис. Мы с ним гоняли с ним на мотоцикле по цветущим лугам, он смеялся и целовал меня…
А утром мне позвонила Лера, мы обсуждали свадьбу, до которой осталось всего несколько дней, она весело щебетала… И тяжесть в груди немного отпустила.
Даже если Громов реально уедет навсегда… Уедет. Он так сказал. Он всегда делает то, что решил.
Ладно. Он уедет. А я останусь. Не одна! У меня есть дочь. И скоро будут внуки. Я буду бабушкой. И в этом обрету свое счастье.
Я была невероятно счастлива с Борисом. Целых полтора месяца. И я очень рада, что в моей жизни все это было. Даже если закончилось вот так…
Неужели закончилось?
Ещё два дня назад он был близким, родным, любящим. Он ездил со мной на репетицию свадьбы, пытался подружится с моей дочерью, строил планы на будущее… А сейчас уезжает навсегда?!
Куда? Зачем? Что случилось?
Что или кто заставляет его уехать?
Ольга, сына которой мы недавно встретили?
Ещё какая-то женщина?
Вдруг он влюбился? Да ну, это ерунда. Такое не случается по щелчку пальцев. Или… Со мной же случилось.
Или… он узнал, что у него все
