Годовщина развода. Растопить лёд - Полина Измайлова

Сейчас я окончательно и бесповоротно понимаю, что никогда не переставала любить Артёма. Люблю. Буду любить. И хочу быть с ним счастлива. И никакие другие мужчины для меня не существуют.

— Влад, ты правда замечательный, очень хороший, но…

— Знаешь, как говорят? Всё, что произносится до “но”, не имеет значения?

— Имеет, Влад, правда имеет, — я говорю это искренне и горячо, чтобы не оставлять между нами неловкость и недомолвки. — Всё, что случилось с Василисой, заставило меня сделать переоценку ценностей, и я поняла, что слишком сильно застряла в своей обиде на мужа, что я готова перешагнуть всё и идти дальше. Я думаю, что так будет лучше. И я хочу этого.

— Спасибо за честность, Снеж, ты тоже замечательная и заслуживаешь счастья, как никто, — доверительно улыбается мне Влад, возвращаясь к образу рубахи-парня и друга. — А с тренершей мы повоюем. Ты не переживай. Я буду стоять за Василису как за свою дочь. Ну что, друзья?

— Друзья, Влад, — смеюсь, а он поднимается из-за стола и идет ко мне, и мы обнимаемся. По-доброму. Без единого намека на что-то романтичное.

Просто сейчас мне нужна поддержка.

Потом я еду домой, по дороге звоню Артёму, на фоне звучит детский смех, фоном — мультфильм, мы понимаем, что поговорить толком не удастся, так что переносим разговор на то время, когда я буду дома.

Я уже успокоилась. Взвесила все варианты, обдумала нашу позицию.

Нет, Аделина, правда будет на нашей стороне!

На телефоне высвечивается незнакомый номер. Сначала не реагирую — мало ли мошенники. Но настойчивость абонента заставляет переменить решение и всё-таки взять трубку.

— Слушаю.

— Снежана Игоревна, вас беспокоит…

Слышу название известного ток-шоу, на котором разбираются громкие скандальные дела. Быстро они подсуетились.

— Что вы хотели?

— Мы хотели бы предложить вам участие в ближайшей передаче. Ваше дело очень резонансное, как раз под формат нашего шоу.

Мне обрисовывают перспективы, предлагают даты, говорят о технических мелочах так, словно я уже согласилась.

— Подождите, не так быстро, я еще не давала своего согласия.

— Но как же? Разве вы не хотите рассказать свою правду? На вас же клевещут…

— Вы Антоновой то же самое говорите? — пытаюсь вывести их на чистую воду. — Она же тоже будет участвовать?

Девушка на том конце смущается, но недолго, она не может не быть акулой, работая в этом ток-шоу.

— Антонова еще не подтвердила участие, но если согласится, то это же только на пользу. Больше рейтингов, больше народа увидит вашу правду.

— И услышит этот базар, который обычно происходит на ваших шоу, — иронизирую я, понимая, что не хочу втягиваться ни во что подобное. — Простите, но я пока не готова вам ответить. Мне нужно проконсультироваться с адвокатом, по крайней мере.

— Хорошо-хорошо, мы вас не торопим, но всё же вы подумайте. Ваша позиция более выигрышная, общественность будет явно на вашей стороне. Вы же не хотите, чтобы эта горе-тренерша вышла сухой из воды и продолжала измываться над детьми?

— Спасибо, я подумаю.

А вот это запрещенный прием.

Эта девушка из ток-шоу хотела меня убедить, что без участия в нем Аделину не победить. Что же делать?

Продолжать работать сугубо в правовом поле или размазать ее на передаче, которая будет транслироваться на телевидении в прайм-тайм?

Глава 28

Снежана

Выхожу из такси в смятении чувств. Сложно понять, что же мне делать дальше. Нет, что нам делать?

Да, именно нам. Мне и Артёму. Мы должны защитить нашу дочь. Защитить свою семью. В то же время я не могу допустить, чтобы Аделина продолжала работать, продолжала калечить невинных детей, разрушать чужие жизни.

Мне навстречу выходит наша няня.

— Снежана Игоревна, добрый день.

— Добрый, а вы… уже уходите? А дети?

— Дети с вашим супругом, он прекрасно управляется.

— Да? — Я растеряна, хотя после звонка мужу понимала, что он дома с детьми, но чтобы совсем одного его оставить…

— Снежана, я не люблю непрошеных советов, но можно я всё-таки его дам?

Киваю, не совсем понимая, что она хочет сказать.

— Ваш супруг — прекрасный отец, вам следует больше доверять ему детей. Вообще, мы, женщины, часто выключаем наших мужчин из всего, что связано с детьми, боимся, что они не справятся, что не смогут накормить, одеть, погулять, поиграть — всё это чушь. Мужчины всё прекрасно умеют, особенно если деваться некуда. Поэтому надо чаще позволять им работать отцами. Поверьте, от этого всем будет только лучше. У меня большой опыт, я много работала в разных семьях. И вот там, где отцы постоянно взаимодействуют с детьми, отношения гораздо лучше. И для детей папа — это не просто функция, тот, кто приносит деньги в дом. Папа — это друг, помощник, защитник. Извините, что не удержалась, просто очень хочется вас поддержать, понимаю, что ситуация у вас непростая.

— Спасибо вам большое, вы правы. Действительно… Раньше Артём гораздо больше времени уделал детям, и я ему доверяла, просто сейчас…

— Сейчас вы тоже можете ему доверять. Поверьте.

— Да, я верю.

Она приветливо улыбается, и я отвечаю тем же. Совет оказался к месту.

— Я приготовила ужин и на завтра сварила бульон, чтобы вы отвезли девочке, немного разгрузила вас, пока Артём занимался с детками.

— Спасибо.

— Всего хорошего. До завтра.

— До завтра.

Поднимаюсь в квартиру, чувствуя, что этот короткий разговор пошел на пользу.

Мне надо доверять Артёму.

Надо.

Без него, сама, с этой ситуацией я точно не справлюсь.

И нужно сказать ему о ток-шоу. И о визите мамочек из клуба.

Нужно вместе съездить к адвокату.

И дневник…

Я должна тщательно его изучить, хоть это и больно. Именно дневник может стать нашим оружием.

Возможно, его нельзя будет предъявить в суде как доказательство чего либо, но то, что его можно использовать — думаю, однозначно.

Дети выбегают мне навстречу. Артём помогает снять верхнюю одежду, смотрит так… Я сама тянусь за поцелуем. Лера радостно кричит.

— Ура! Ура! Мама целует папу!

— Цеует! — пытается выговорить Игорёк, улыбаясь мне, тянет ручки. Артём подхватывает и его, и Леру, обнимаемся все вместе.

И я как-то расслабляюсь.

Чувствую, что я дома.

Я в своей семье.

Мы все вместе.

Мы со всем справимся и всё у нас будет хорошо!

— Устала? — тихо спрашивает муж.

— Немного.

— Есть хочешь?

— Чаю бы выпила.

— Я поставлю чайник.

— Я сама, занимайся детьми, раз уж ты няню отпустил.

— Ты против?

— Того, что отпустил? Нет, конечно. Я ее встретила, она сказала, что ты шикарно справляешься.

— Я очень по ним скучал, и я их люблю.