Развод. Тайна с глазами мужа - Оксана Рэй

— То тебя могут пригласить в училище олимпийского резерва, — заканчиваю я за него. — Как ты и мечтал, — горло сжимает тугим спазмом.

Мой ребенок. Мой сын, который так упрямо идет к своей цели. Сейчас у него есть шанс добиться своего. Поступить. И как бы я не хотела, но я не могу ему рассказать о том, что творится дома. Иначе он не сможет сосредоточиться, его эмоции возьмут верх, он начнет ошибаться, и в итоге весь этот путь, который он с таким трудом преодолевал, окажется бесполезным.

— Да! Это будет нереально. Если все получится… мам, я не знаю, что со мной будет. Я, наверное, на седьмом небе буду от счастья, — он улыбается, но в глазах уже не детская радость, а что-то взрослое, серьезное. — Мам, ты как к этому относишься? Это же далеко. Я буду редко приезжать.

Я смотрю на него и вижу мальчика, который вырос. Который уже почти мужчина. Который через пару месяцев может уехать в другую жизнь. И который не знает, что его отец...

— Я считаю, — говорю я, и голос звучит на удивление ровно. — Что если это твоя мечта, то ты должен за нее бороться. А я всегда буду рядом. Даже если ты будешь жить в другом городе.

— Мам…, — он смущенно отводит глаза. — Ну ты чего... я же не навсегда уеду. Я приезжать буду. На каникулы.

— Знаю, сынок. Знаю.

Пауза. Он всматривается в экран, будто пытается разглядеть что-то за моим лицом.

— Мам, а у тебя всё хорошо? Ты какая-то... не такая.

Вот оно. Даже за тысячи километров, через экран телефона, он чувствует мое состояние. Считывает его. Материнское сердце бьется в унисон с детским, даже когда дети вырастают.

— Всё хорошо, Дим. Сегодня выдался на ужас тяжелый день. На работе аврал, потом собрание родительского комитета...

— Ну, ты как обычно, мам, — расслабляется он. — Ты только не перерабатывай, ладно? А то опять голова болеть будет неделю. Отдыхай побольше. И мелкой скажи, чтобы нервы тебе не мотала.

— Хорошо. А ты сосредоточься на соревнованиях. Выложись на полную. Я верю, что у тебя все получится.

— Спасибо, мам. Ладно, я побежал. У нас там сбор через пятнадцать минут. Тренер будет злиться, если опоздаем и опять заставит кругами по стадиону бегать. Я позвоню тебе завтра, ладно?

— Звони. Я люблю тебя.

— И я тебя. Пока!

Экран гаснет. Я сижу, прижимая телефон к груди, и смотрю в стену. Дима. Мой мальчик. Он так хочет попасть в это училище. Он это заслужил. Если я скажу ему сейчас, то он сорвется. Он бросит все и приедет, будет разбираться с отцом. Он проиграет соревнования. Упустит свой шанс.

Надо отгородить его от всего этого кошмара, пока он там. Потом, когда всё решится, когда соревнования закончатся… тогда я все ему расскажу. Не буду молчать, а сейчас. Сейчас на кону его мечта и я не могу ей рисковать.

Я сжимаю телефон в руке, смотрю на часы. Половина десятого. Матвей обещал вернуться до десяти. И я должна решить, что скажу, когда он переступит порог нашего дома.

Встаю, наливаю кружку чая. Руки действуют автоматически. Чайник, кружка, заварка. Одна ложка сахара. Размешать. Поставить на стол. Сесть. Смотреть в одну точку.

Я перебираю в голове варианты разговора. Тысячи вариантов. Миллионы. Но ни один не кажется правильным.

Может, просто показать ему телефон с открытым контактом Анастасии? Пусть сам объясняет. Пусть сам выкручивается. Интересно, что он придумает? Скажет, что это ошибка? Что это жена партнера по бизнесу? Или вообще сделает вид, что не знает такого номера?

Я усмехаюсь. Горько, одними уголками губ. Делаю глоток обжигающего чая и слышу, как в коридоре щелкает замок.

Глава 4

Вера

Я ставлю кружку на стол. Она ударяется с характерным звоном, заставляя меня вздрогнуть. Все внутри сжимается. Напрягается до предела. Делаю глубокий вдох, смотрю в сторону коридора, откуда уже доносится возня мужа.

Как начать разговор? Что спросить? Или, может, его любовница уже рассказала ему о том, что я все узнала?

Я сижу, не в силах пошевелиться. Сердце колотится где-то в горле.

Уверенные, тяжелые шаги разносятся по квартире. Он всегда ходит, как хозяин жизни. Шорох пакета. Стук ключей