Случайный поцелуй - Наталья Васильевна Крынкина

– Здорово. Может, тогда все помирятся и станут жить дружно.

– Надеюсь, – вздохнула Рита. – Куда мы ещё с тобой сегодня пойдём?

– Давай покатаемся. Хочешь посмотреть на город сверху?

– Угу!

– Тогда поехали.

Двадцать четвёртая глава

– Ты ревёшь, что ли? – прислонившись к косяку, из кухни выглянула нахмуренная мама.

Рита попыталась незаметно смахнуть слезинку, но шмыгнуть носом получилось слишком громко, и ей пришлось кивнуть. Она сидела на обувном шкафчике, не раздеваясь и не желая двигаться.

– Ну вот, – вздохнула мама разочарованно, – сходила на свидание… Надо было платье надевать, чтоб второй раз позвали! – и приблизилась к своей девочке, обнимая за плечи. – Эх ты…

– Да он позвал, – выдавила Рита, отпуская слёзы и хлюпая носом, и разревелась пуще прежнего, – только я не знаю… Я боюсь…

– Ну, не реви, – мама утёрла ей слёзы и ласково погладила по волосам, – иди умойся и приходи пить чай. Руки ледяные, замёрзла вся. Давай-давай!

Преодолевая слабость и усталость, девушка медленно сняла верхнюю одежду и обувь. Проследовала в ванную, где долго умывалась и смотрела на жалкое отражение с красными глазами и распухшим носом. Голова раскалывалась, першило в горле. Кажется, она простудилась.

Мама ждала Риту на кухне. Сидела, держа на коленях мурчащую Мурку и поглаживая мягкую шёрстку. На столе стояли маленькие пузатые чашки с ароматным золотисто-коричневым напитком, над которым извивался пар, и высокая ваза с цветами, перевязанными нежно-сиреневой лентой. Рита удивлённо двинула бровкой:

– Папа подарил?

Мама отрицательно качнула головой и негромко оповестила:

– Светин Ваня приходил.

Рита опустилась на стул и заметила спрятавшиеся за вазой банку с мёдом и коробку конфет.

– А Светка?

– Не-а, – мотнула головой снова. – Сказал, что не хочет, чтобы она снова волновалась.

Она замолчала, и Рита, понимая, что информацию придётся вытягивать по кусочкам, задала наводящий вопрос:

– О чём договорились?

– А о чём договариваться? – хмыкнула та. – Они уже всё решили без нас, хотят пожениться и жить… там.

Что ж, ничего нового… Рита придвинула к себе чай. Горячий пар приятно защекотал нос, ладони обдало жаром, и она расслабленно выдохнула.

– Чем напугал тебя твой ухажёр? – шевельнулась мама и тоже взяла чашку. Глаза сверкнули любопытством и тревогой, и Рита поспешила её успокоить:

– Ничем. Я сама себя накручиваю.

– Что тебя беспокоит так сильно?

– Как-то неправильно всё, – почти прошептала, – подозрительно и слишком… просто… Так не бывает…

– Он тебе не нравится? – сочувственно спросила мама.

Рита подняла на неё большие круглые глаза. Да как же! Нравится. Очень нравится. Но она сбита с толку его поведением, которое никак не увязывается с тем, от чего девушку предостерёг Соломин. Ей бы поверить Антону и успокоиться, а она всё ждала и ждёт, когда он начнёт её обижать.

– М-м… что-то другое, – догадалась мама. – Слушай, тебе уже двадцать три года. Пора вылезать из своего панциря! Если будешь по каждому поводу лить слёзы, так и останешься ни с чем. Они не любят, когда мы плачем…

Рита потёрла увлажнившиеся глаза и шмыгнула носом.

– Не понимаю, – мама пожала плечами, – он что, какой-то не такой, как все? Кривой, больной? Женатый?

– Ну, мама-а-а! – с упрёком протянула дочь. – Не придумывай! Просто мы познакомились очень необычно, а потом он нашёл меня в интернете, когда я почти о нём забыла. Он вроде бы вежлив и будто ни на чём не настаивает и никуда не торопит. А я в сомнениях. Всё слишком… Слишком! – выпалила она.

Мама улыбнулась уголком рта:

– Ну, по-моему, ты всё усложняешь.

– Я его плохо знаю, и вообще он немного странный. Как будто чего-то не договаривает, скрывает что-то…

– Рит, – фыркнула женщина. – Ты ведёшь себя как какая-нибудь барышня литературная, – и покрутила пальцем у виска.

– И потом, – потупилась девушка, – он вряд ли вам понравится, – и вжала голову в плечи. – Он не окончил институт и работает в автосервисе.

Мама помолчала пару секунд, почёсывая Мурку за ушком, и наконец ответила:

– Ну, если ты нас не познакомишь, он и впрямь вряд ли нам понравится. Светин Ваня тоже звёзд с неба не хватает, однако имеет свою птицеферму и вполне прилично выглядит и разговаривает. Так что… делай выводы.

– Он же вам не нравился с папой, – напомнила Рита.

– Да нормальный он мужик! – шаркая тапками, в кухонном проёме появился отец. – И сестру твою вон как любит. И руки из плеч растут. Ну и ладно, что на медведя похож, не всем же балет смотреть – надо и мясом страну кормить!

Рита снова шмыгнула носом и отпила глоточек чая. Больно горлу…

– Сдаётесь? – улыбнулась она устало.

– Там всё так серьёзно, что упираться не имеет смысла, – отмахнулась мама. – И ты давай не вешай нос! Если нашёл, значит, не просто так.

Девушка опустила взгляд. Да-да, не просто так. Но зачем?..

* * *

Ночь прошла в полудрёме. Рита долго ворочалась в постели, прижимая к себе Мурку, и не могла уснуть. То мысли в голове одолевали, то закладывало нос и было нечем дышать. К утру она совсем разболелась: глаза простуженно заблестели и раскраснелся нос, который девушка без конца тёрла бумажными платочками. И тем не менее она собиралась пойти с Антоном на мотобол – обещала ведь… И приняла ещё одно важное решение, о котором сообщит ему вечером, когда они расстанутся после встречи.

Кое-как приведя себя в более-менее порядочный вид, она снова оделась потеплее и выглянула в окно. Машина Антона уже стояла на парковке, но водителя в ней не было. Да и поблизости его тоже не наблюдалось. Не успев сообразить, куда парень мог подеваться, девушка услышала трель дверного звонка. Недоумённо обернулась – неужели вычислил номер квартиры? – и, поправив тюль, выглянула из комнаты в коридор. К двери она подбежать не успеет: папа уже гремит ключами.

– Здрасьте, – послышался из подъезда знакомый голос.

Папа недоумённо поздоровался в ответ.

– Я к Рите, – сообщил гость негромко.

Вынырнув из комнаты в прихожую, она увидела в проёме рыжеволосого парня. Папа обернулся и с любопытством посмотрел на неё:

– Рит, это к тебе, кажется…

Антон был слегка смущён, на щеках его играла розовая краска. Он нервно вертел в пальцах длинный стебель с таким же розовым, как его щёки, цветком пушистой розы. Тёмно-синие глаза сверкали в тусклом подъездном свете, и он улыбался как-то несмело.

– Привет, – прозвучал её простуженный голос.

– Привет, – кивнул он, продолжая мяться за порогом.

Рита удивлена, и у неё к нему будет куча вопросов. Но только потом, когда никто не станет их подслушивать.

– Заходи, – она торопилась, теряя тапки